Джулия Куин - Виконт, который любил меня

Ознакомительный фрагмент

– Похоже, мне не помешает еще стакан лимонада, – заикаясь, пробормотал он.

– Возможно, не помешает что-то покрепче, – предложил Энтони. – Вроде настоя болиголова.

Мисс Шеффилд зажала ладонью рот, вероятно, чтобы удержаться от испуганного смешка.

– О нет, лимонада вполне достаточно, – вкрадчиво ввернул Колин.

– Может, мне принести вам стакан? – озабоченно спросила Кэтрин. Энтони заметил, что она уже сделала первый шаг, готовая воспользоваться любым предлогом, лишь бы улизнуть.

Колин покачал головой:

– Нет-нет, я вполне способен сам дойти до стола. Но, насколько я помню, следующий танец наш, мисс Шеффилд.

– Я готова освободить вас от обязательств, – отмахнулась она.

– О, но я не смогу жить в мире с собой, если оставлю вас без партнера! – запротестовал Колин.

Энтони заметил, что мисс Шеффилд явно встревожилась при виде дьявольского блеска в глазах Колина. Похоже, тот испытывал неподдельное наслаждение от происходящего. Что же все-таки он задумал? Такая реакция просто неестественна! Впрочем, что-то в мисс Шеффилд задевало Энтони. Раздражало. Ему просто не терпелось вступить с ней в битву. И победить.

– Энтони, – заговорил Колин с таким невинным и серьезным видом, что у Энтони зачесались руки убить его на месте, – ты никого не пригласил на этот танец?

Энтони ответил уничтожающим взглядом.

– Прекрасно. Надеюсь, ты потанцуешь с мисс Шеффилд?

– Уверена, что в этом нет необходимости! – выпалила вышеупомянутая особа.

Энтони снова пронзил негодующим взглядом сначала брата, а потом и мисс Шеффилд. У последней был такой вид, словно он только что в ее присутствии обесчестил десять девственниц.

– Разумеется, необходимо, – театрально огорчился Колин, игнорируя невидимые кинжалы, которые метали глаза собеседников. – Мне в голову не пришло бы покинуть молодую леди в час беды! Джентльмены так не поступают!

Он картинно содрогнулся. Энтони серьезно подумывал о настоятельной необходимости повести себя не по-джентльменски. Например, врезать Колину в челюсть.

– Уверяю, – поспешно заметила мисс Шеффилд, – что я предпочитаю одиночество любым тан…

Довольно! С него довольно!

Энтони буквально плавился от бешенства. Собственный брат выставил его дураком! И он не собирается выслушивать оскорбления остроязычной старой девы!

Положив тяжелую руку на плечо мисс Шеффилд, он отчетливо произнес:

– Я сделаю все, чтобы вы не совершили тяжкой ошибки, мисс Шеффилд.

Кейт оцепенела и выпрямилась. Он не понимал, как ей это удается: ее спина и без того была прямее палки.

– Полагаю, вы вот-вот скажете то, о чем скоро пожалеете, – пояснил он.

– Нет, – задумчиво протянула она. – Не думаю, что на роду мне написаны сожаления.

– Ошибаетесь, – зловеще прошипел он и, схватив ее за руку, буквально потащил в круг танцующих.

Глава 3

Виконта Бриджертона заметили танцующим и с мисс Кэтрин Шеффилд, старшей сестрой прекрасной Эдвины. Это может означать одно: внимания автора не избежало то обстоятельство, что старшая мисс Шеффилд стала пользоваться небывалым успехом со времени странного и неожиданного заявления младшей мисс Шеффилд на музыкальном утреннике Смайт-Смитов.

Кто и когда слышал о девушке, нуждающейся в разрешении сестры, чтобы выйти замуж?

Кроме того, автор хотел бы знать, кто решил, что слова «Смайт-Смит» и «музыкальный утренник» имеют право употребляться в одном предложении?! Автор посетила одно из этих собраний и не услышала ничего, что могло бы хоть отдаленно считаться музыкой.

Кейт с досадой поняла, что ничего не сможет поделать. Он виконт, она – ничтожество из Сомерсета. Оба стоят посреди переполненного бального зала. И не важно, что она невзлюбила его с первого взгляда. Придется танцевать с ним.

– Совершенно ни к чему тащить меня, – прошипела она.

Энтони картинно ослабил хватку.

Кейт стиснула зубы и поклялась себе, что этот человек никогда не женится на ее сестре. Слишком он холоден, слишком высокомерен. И пусть она немного несправедлива, но он слишком красив, а бархатные карие глаза и волосы абсолютно одного оттенка! Высок, выше шести футов, хотя, вероятно, не более чем на дюйм, а губы, хоть и классических очертаний (Кейт достаточно серьезно изучала искусство, чтобы выносить подобные суждения), чересчур плотно сжаты, словно он не умел улыбаться.

– А теперь, – бросил Энтони, как только ноги стали двигаться в ритм знакомой мелодии, – вы объясните, почему ненавидите меня?

Кейт сбилась с такта и наступила ему на ногу. Ничего не скажешь, человек он прямой.

– Прошу прощения?

– И совершенно ни к чему калечить меня, мисс Шеффилд.

– Уверяю, это вышло совершенно случайно.

Тут она сказала правду, хотя не слишком жалела об очередном доказательстве собственной неуклюжести.

– Интересно, почему мне трудно поверить вам? – задумчиво спросил Энтони.

Кейт поспешно решила, что честность будет ее лучшей стратегией. Поэтому она ответит искренностью на искренность.

– Возможно, – коварно улыбнулась она, – потому что знаете: приди мне в голову нарочно наступить вам на ногу, я бы так и сделала.

Он откинул голову и рассмеялся. Такой реакции она не ожидала. Правда, если хорошенько подумать, она сама не знала, на какую реакцию надеялась, но уж точно не на такую.

– Прошу вас быть более сдержанным, милорд, – настойчиво прошептала она. – Люди начинают оборачиваться.

– Люди стали оборачиваться две минуты назад, – парировал он. – Нечасто такой человек, как я, танцует с такой женщиной, как вы.

Укол был метко направлен, но, к несчастью для него, не попал в цель.

– Неверно, – дерзко ответила Кейт. – Вы уж точно не первый из влюбленных в Эдвину идиотов, пытающихся завоевать ее благосклонность, ухаживая за мной.

– Значит, не поклонники, а идиоты? – широко улыбнулся Энтони.

Поймав его взгляд, Кейт поразилась неподдельно веселому блеску в этих бархатных глазах.

– Надеюсь, вы не собирались скормить мне столь восхитительную приманку, милорд?

– И вы, конечно, не клюнули, – кивнул он.

Кейт опустила глаза, решив посмотреть, нельзя ли будто случайно снова наступить ему на ногу.

– У меня очень жесткие туфли, мисс Шеффилд, – заметил он.

Она резко вскинула голову.

Уголок его губ скривился в издевательской усмешке.

– А также зоркий взгляд, – добавил он.

– Очевидно, так и есть. Придется мне смотреть в оба, особенно в вашем присутствии.

– Боже правый, – протянул Энтони, – неужели это комплимент? Пожалуй, меня может хватить удар от потрясения!