Колин Фолкнер - Предназначено судьбой

Беатриса неуверенно улыбнулась.

А леди Родерик тем временем переключила внимание на Джиллиан.

— А что ты мне скажешь, внучка? — спросила она, взмахнув ножом. — Ты довольна? Внук у меня красивый, богатый. Завидная партия для девушки из такого семейства, как ваше.

Джиллиан отрезала себе маленький кусочек пирога и передала блюдо сестре. Нелестные слова графини о семействе Холлингсворт почему-то совсем ее не обидели.

— Честно говоря, Дафна, я совсем не рада.

— Хорошо. Люблю честных женщин. Дамы обычно такие лгуньи. Вот почему я предпочитаю не иметь с ними дело. Объясни, почему ты не хочешь стать женой моего внука? По-моему, у вас могли бы получиться красивые мальчики и девочки.

Джиллиан взяла ломтик хлеба.

— Я вообще-то собиралась выйти замуж за другого человека.

— И вы были обручены?

— Нет.

Графиня слушала, сосредоточенно жуя.

— Мой отец был против, но я люблю этого человека.

— Досадно, — вздохнула Дафна, но ее голос тут же вновь стал деловитым. — И все же твоя сестра права. Она умная девочка, сообразительная. Может быть, я даже подыщу ей мужа. Вы с Дунканом — идеальная пара. — Она ухмыльнулась, обнажив на удивление крепкие зубы. — Как горошины в стручке. — Кивнула головой, намазала хлеб маслом. — Ваш брак я одобряю. Целиком и полностью. Считай, что мое разрешение у вас есть. А если родите внука, я благословлю и его.

Джиллиан повысила голос:

— Но вы не понимаете! Я не хочу выходить за него замуж!

Графиня поморщилась:

— Ты думаешь, я хотела выходить замуж за его деда? Ничего подобного! — Она громко фыркнула. — Я уже выбрала себе женишка, одного никчемного кузена. Мы с ним даже целовались. Считали, что без ума друг от друга.

Джиллиан залилась румянцем. Ведь они с Джейкобом тоже впервые поцеловались во время праздника Майского дерева, во дворе церкви.

Леди Родерик небрежно пожала плечами:

— Но отец рассудил иначе. Да и граф, упокой Господь его душу, дураком не был. Сначала я презирала его и ненавидела, а потом полюбила… — Она растроганно улыбнулась. — Полюбила всем сердцем. — С этими словами она вновь потянулась за колбасой. — Ты тоже полюбишь Дункана. Дай срок.

Джиллиан комкала салфетку, не зная, что сказать. Она полюбит графа Кливза? Это невозможно. Ведь ее сердце уже отдано Джейкобу. Однако спорить со старухой было бессмысленно, и Джиллиан решила сменить тему. Она показала на корзину со свежими фруктами:

— У вас такой ухоженный сад. Даже странно, особенно если учесть состояние, в котором находится сам дом.

Кажется, графиня сказала, что любит честность? Вот пусть и получает.

— По лестнице прямо ходить опасно. Вы не боитесь, что упадете?

— Чего мне бояться? Неужели ты думаешь, что я сама хожу по этой лестнице? — Она воздела палец, на котором посверкивал крупный рубин. — А Чарли на что? Этот мальчик в два счета доставляет меня наверх на своем горбу.

У Джиллиан на лице, должно быть, отразилось крайнее изумление — графиня так и покатилась со смеху. Взмахнув морщинистой рукой, усыпанной перстнями, она сказала:

— Шучу, милая. Неужто ты думаешь, я стану тратить силы этого чудесного юноши на подобную ерунду? — Она доверительно сообщила: — Ты лучше ешь побольше, деточка. Вон какая худенькая. Знаешь, сколько сил тебе понадобится, чтобы справиться с твоим мужем?

— А можно спросить? Скажите, почему дом в таком запущенном виде?

— Конечно, можно. — Леди Родерик вытерла губы белой батистовой салфеткой. — Это все Алджернон. — Она понизила голос. — Страшный скупердяй.

— Он что, не давал денег на ремонт дома? — поразилась Джиллиан.

Дафна пожала плечами:

— Мне это было все равно. У меня есть мой сад, мои лакеи. К чему старухе изящные интерьеры?

Джиллиан заметила:

— Но ведь теперь все состояние перешло к Дункану?

— Похоже на то, — кивнула графиня, пригубив кофе.

Джиллиан вскочила и с жаром выпалила:

— Что же он сидит, сложа руки? Нельзя допускать, чтобы такая чудесная леди жила в этом сарае! Дункан должен…

— Что должен Дункан? — раздался зычный мужской голос.

Из-за кустов появился граф собственной персоной.

5

Джиллиан отшатнулась. Вот уж не ожидала она, что Дункан слышит их разговор!

— Д-доброе утро, сэр, — пролепетала она. — А мы вот тут завтракаем с вашей бабушкой.

— И перемываете мне косточки в мое отсутствие. Типичное женское поведение, — саркастически заметил он, кивнул Беатрисе и подошел к графине. — Доброе утро.

— Доброе, доброе, — хмыкнула Дафна.

— Дорогая, — ядовитым голосом обратился Дункан к Джиллиан, — не хотели бы вы прогуляться со мной по саду? Я желаю поговорить с вами наедине.

Джиллиан тянула время. Пока Дункана не было рядом, она чувствовала себя героиней, но в его присутствии ей становилось не по себе. Во всяком случае, ей совсем не хотелось гулять с ним по саду наедине. Лучше уж остаться здесь, с женщинами.

— Но я забыла шляпку, сэр, а солнце такое яркое. Если позволите, я схожу за ней…

Дункан безо всяких церемоний взял ее за локоть и повел за собой:

— Ничего, прогулка будет недолгой. Обещаю, солнце не повредит вашу нежную кожу.

— Всего хорошего, бабушка. До свидания, Беатриса.

Беатриса кивнула и неуверенно улыбнулась.

Дункан и Джиллиан довольно долго шли молча по каменной тропинке, мимо маленького водопада, мимо кустарников и зарослей. Дункан все время держал Джиллиан за локоть, и девушка очень остро ощущала это прикосновение.

Наконец, удалившись на изрядную дистанцию, Дункан сказал:

— Извольте не обсуждать мое поведение за моей спиной. Нам предстоит стать мужем и женой. Мы должны быть всегда заодно. С одной стороны мы, с другой — весь остальной мир. Я не потерплю, чтобы жена обо мне сплетничала. Думал, что вам можно не объяснять такие элементарные вещи. Где ваше воспитание? Где ваш ум, наконец?

— Но мы говорили вовсе не о вас.

— Я слышал, как вы произнесли мое имя.

Джиллиан резко остановилась, выдернула руку. Ей было трудно разговаривать с этим человеком, когда он держал ее за локоть. Восстановив безопасную дистанцию, она повторила:

— Мы говорили вовсе не о вас, а о доме. А вам должно быть стыдно, что вы заставляете леди Родерик жить в таких условиях.

— Что вы такое несете? — вскипел Дункан.

— Не смейте на меня кричать!

Он понизил голос:

— У моей бабки есть все, что ей нужно: ее лакеи, чудесный сад. Я такого нигде больше не видел.

— Сад красивый, но я говорю о доме.

— О доме? — Он пожал плечами. — Наверно, не мешает его слегка оштукатурить и подкрасить.