Ольга Болгова - Неуместные происшествия, или Переполох в Розингс Парке

— Что потом? — удивилась леди Кэтрин. — Потом я заснула.

— Исключительно замечательно… — вздохнул Тинкертон.

— Заснули? — разочарованно вытянул шею судья — А подозрительные шаги, шум?.. Неужели не было чего-то такого?..

— Это — все, — миледи с достоинством взглянула на него. — Теперь я хотела бы услышать ваш отчет о произведенном следствии.

Генерал крякнул посмотрел на судью. Сыщик закатил глаза, отчего сэр Юстас с мстительным удовлетворением отметил, что даже этот пройдоха Тинкертон не нашелся с ответом на заявление леди Кэтрин.

Она выжидающе молчала. Судья заерзал, не зная, что рассказать хозяйке Розингса. На его счастье в этот момент отворилась дверь, и на пороге библиотеки появился дворецкий.

— Что случилось, Дуглас? — леди Кэтрин прекратила гипнотизировать взглядом сэра Юстаса, и грозно посмотрела на дворецкого.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — поклонился он. — Пришло письмо от лондонского ювелира.

— Спасибо, Дуглас, — кивнула миледи. — Джентльмены, как видите, дела хозяйки Розингса не терпят отлагательств. Представляете, мой ювелир утверждает, что не получал моего пакета, который я ему отправила чуть не неделю назад. И еще смеет мне говорить, что де не видел его. Естественно, я настаиваю, что пакет у него. Надеюсь, теперь он наконец признает, что нашел мой пакет, а не будет вновь юлить и оправдываться… — она с сожалением улыбнулась генералу. — Вынуждена отложить нашу беседу, поскольку мне необходимо срочно ознакомиться с этим письмом…

Судья облегченно поклонился вслед уходящей даме и упал в кресло, платком оттирая пот со лба.

— Ничего не прояснилось, увы, — заметил он и глотнул хереса из своего стакана.

— Никогда не стоит пренебрегать малым, ибо из мелочей состоит великое, — Тинкертон подошел к шкафу с книгами. — Когда я осматривал место происшествия, упомянутая книга — целая и невредимая — лежала на туалетном столике. Но в остатках обгоревшего полога нашлось несколько истлевших книжных страниц…

Тинкертон вытащил из шкафа какой-то фолиант и уткнулся в него.

Судья недоуменно взглянул на Бридла, тот пожал плечами и вызвал дворецкого.

— Пригласите сюда мисс Мэри Беннет, Дуглас… гррр-м…

Ночью Мэри приснился сон, что она золотая рыбка и плавает в каком-то пруду, изящно порхая в прозрачной зеленоватой воде, и вдруг замечает на дне пруда какой-то блестящий предмет. Она спускается ниже, ниже, чтобы рассмотреть, что это, и видит перед собой сверкающий изумрудом зеленый змеиный глаз… В этот момент какая-то неведомая сила повлекла ее вверх, навстречу бликам солнцам, и вот она уже бьется на берегу, у ног коварного рыболова. «А хороша рыбка!», — услышала она и проснулась в холодном поту…

Потом Мэри долго размышляла, что мог означать этот изумрудный змеиный глаз, но так и не пришла ни к какому выводу. И она знала, что спасла ее не неведомая сила, а сам мистер Тинкертон, и у нее сразу теплело на душе, когда она вспоминала, как он подхватил ее своими сильными руками, вытащил из воды и понес к дому, а она прижималась к его груди, успокаиваемая его ласковыми словами.

С утра она чувствовала себя вполне хорошо, и мистер Бейтс разрешил ей встать, добавив, что хорошо начатое — наполовину сделанное. Поэтому когда Лиззи передала ей просьбу мистера Тинкертона ответить на некоторые вопросы следствия, то она с нетерпением ожидала приглашения на беседу, мечтая вновь увидеться с джентльменом, занимавшим все ее мысли.

Когда она вошла в библиотеку, и мистер Тинкертон улыбнулся ей и подвинул для нее кресло, она почувствовала себя совершенно счастливой. Но судья посмотрел на нее с подозрением и резким тоном спросил, что с ней случилось у пруда, отчего настроение Мэри моментально испортилось.

— Не… не знаю, — тихо ответила она и закусила задрожавшую нижнюю губу.

Сэр Юстас нахмурился и что-то подобрал со стола, завертел в своих руках, и тут Мэри увидела, что он держит массивный серебряный перстень с изумрудом, и этот изумруд вставлен… в оправу, похожую на змеиный глаз…

— Я… я любовалась кувшинками, — еле слышно добавила она, в замешательстве уставившись на драгоценный камень. — Они только-только зацвели и так изящно качались на поверхности воды…

— Мы вас спрашиваем не том, что вы делали у пруда, — раздраженно сказал судья, — а о том… О чем же мы спрашиваем? — он вдруг задумался и в рассеянности оглянулся на Тинкертона.

— Гррр-м, — отозвался генерал, глядя, как сыщик ловким движением забрал перстень из рук оторопевшего судьи, надел его на свой безымянный палец, после чего покрутил кистью, с довольным видом любуясь игрой бликов на драгоценном камне.

— И откуда это у вас такой дорогой перстень? — с нескрываемой завистью в голосе поинтересовался судья. — Платина, старинная работа, да и изумруд… пара карат, похоже…

— Три, — похвастался Тинкертон. — Три карата. По наследству.

— Да откуда же у вас такие родственники, что могут передать по наследству столь ценные вещи? — фыркнул судья.

— Откуда, откуда? Оттуда, — ухмыльнулся сыщик и мягким голосом спросил у вздохнувшей с облегчением Мэри:

— Как случилось, что вы оказались в воде?

— Кхм… — она откашлялась. — Я любовалась кувшинками и ждала…

— Это мы уже слышали, — перебил ее сэр Юстас, с трудом оторвавшись от созерцания перстня Тинкертона. — Как вы вдруг попали в пруд?

— Не помню, — прошептала Мэри и сморщила лоб. — Я стояла… Кажется, нагнулась, чтобы рассмотреть кувшинку поближе… и вдруг каким-то образом оказалась в воде…

— Вас кто-то толкнул?

— Не знаю, — честно призналась девушка. — Я стояла, любовалась кувшинками… У них лепестки будто слеплены из воска — они безмятежны, покойны как все неживое, не склонное ни к необузданным чувствам, ни к непостоянству… Странно, но я не увидела тогда золотых рыбок, а они определенно должны были там плавать… как мне теперь кажется…

Судья многозначительно крякнул.

— Тут начал накрапывать дождь, — испуганно затараторила Мэри. — И вдруг — я сама не поняла, как — я оказалась в воде…

— А кто-нибудь был рядом с вами? — насупился Фэйр. — Ну там, шум какой послышался, шаги, дыхание…

— Н-нет, — Мэри испуганно оглянулась на генерала.

— Ну-ну, не стоит так волноваться, детка, гррр-м, — пророкотал генерал. — Все ведь обошлось…

— Мы верно поняли вас, мисс Беннет: вы не помните, как оказались в воде, не видели ничего подозрительного, не встретили кого-нибудь по дороге? — зловещим голосом перечислял судья.

— Верно, — растерялась Мэри и жалобными глазами посмотрела на Тинкертона. Тот ободряюще ей улыбнулся и протянул руку, помогая девушке подняться с кресла.