Кэтрин Харт - Пепел и экстаз

Джексон пожал плечами.

— Ну что ж, все же это на четыре больше, чем было у нас до того. Где вы их укрыли?

— Я хотел поставить их на якорь в бухте Баратария, но увидев, что там все разрушено, отправился к другому островку, поблизости. Что, черт возьми, там произошло?

Джексон фыркнул:

— Этот идиот Клэборн не способен видеть дальше собственного носа. Три месяца назад он направил туда войска с приказом уничтожить находящуюся там базу Жана Лафита. Он едва не заставил меня поверить, что Лафит не только пират, но и британский шпион. Только вчера я узнал, что Лафит несколько месяцев пытался предупредить Клэборна о готовящейся англичанами атаке. Но этот дурак из-за какой-то там личной обиды предпочел проигнорировать все его предупреждения. Если бы он вовремя прислушался к его словам, мы не страдали бы сейчас от недостатка людей и оружия, которого нам особенно не хватает.

— Неужели все так плохо, генерал? — Рид вопросительно поднял брови.

— Сынок, если бы англичане знали, как мало у нас людей и оружия, они напали бы сегодня же вечером и захватили бы Новый Орлеан и всю Миссисипи. Единственные траншеи, что у нас есть, это те, что мы сами вырыли по прибытии. Единственные запасы — те, что я приказал сделать. Только мои люди и умеют по-настоящему драться. Черт! Удивляюсь, как это еще Клэборн не послал англичанам приглашение на блюдечке с золотой каемочкой!

— Может, мне послать одно судно за оружием назад, к побережью? Мы могли бы потом переправить его в Новый Орлеан по нижнему руслу.

Генерал задумался.

— Можно попробовать, но ограничьтесь одним кораблем. Хотя я сильно сомневаюсь, что они успеют вернуться до атаки англичан. А пока мы будем рады любой паре рук, которую вы сможете предоставить в наше распоряжение для рытья траншей.

В дверь постучали и в ответ на разрешение генерала войти на пороге появился лейтенант. Отсалютовав, он сказал:

— К вам Жан Лафит, сэр. Джексон кивнул.

— Да, пусть войдет. Я ждал его.

Немедленным желанием Рида было тут же встать и уйти, но Джексон взмахом руки приказал ему остаться. Вынужденный подчиниться, Рид снова сел и, внутренне собравшись, приготовился к встрече с соперником.

Войдя, Жан ловко отсалютовал, приветствуя генерала. Внезапно он заметил Рида и вздрогнул от удивления.

— Привет, Рид. Не ожидал увидеть тебя здесь.

— Вы знакомы?

Мгновение поколебавшись, Рид ответил:

— Да, сэр. Как поживаешь, Жан?

— Бывало и лучше, но сегодня я пришел не за тем, чтобы жаловаться, а предложить генералу Джексону помощь.

— Что это за помощь, Лафит? — спросил Джексон.

— Я предлагаю вам свои услуги, как и услуги моих людей, которые, в отличие от жителей Нового Орлеана, умеют драться. К тому же они знают как свои пять пальцев окрестности города и проходы через топи. Единственное их желание, как и мое, это доказать свою преданность Америке.

Глаза генерала заинтересованно блеснули.

— Сколько человек вы можете предложить?

Жан пожал плечами.

— Пятьдесят… восемьдесят… может, и все сто. Все зависит от того, сколько людей мне понадобится на судах и новой базе. Естественно, я с радостью предоставлю в ваше распоряжение и несколько своих кораблей, но только с условием, что команды на них будут мои.

Пока генерал обдумывал это предложение, Рид спросил Жана:

— Ради чего ты делаешь все это после того, как Клэборн изгнал тебя с Гранд-Тер?

Взгляд светло-карих глаз обратился к Риду.

— Потому что я американец, — в голосе Жана звучала откровенная гордость, — и мне хочется помочь в защите моей новой родины. Однажды мне уже пришлось бежать из своего дома, оставив позади все, что было мне дорого, и я не желаю, чтобы это повторилось снова. И потом, — он криво усмехнулся, — ты ведь знаешь, англичане мне никогда не нравились.

— Вашим людям придется самим позаботиться об орудиях и боеприпасах, — произнес Джексон.

Жан усмехнулся:

— Да, до меня дошли слухи, что вам не хватает оружия. Возможно, в этом я тоже смогу вам помочь.

Мгновенно заинтересовавшись, Джексон наклонился вперед.

— Садитесь, Лафит, и давайте все как следует обсудим…

В конечном итоге оба они остались довольны, чего никак нельзя было сказать о Риде. Жан согласился доставить с острова оружие и боеприпасы, за которые, как обещал генерал, правительство Соединенных Штатов с ним впоследствии полностью рассчитается. Было решено также, что Жан предоставит в распоряжение генерала корабли и команды, если понадобится, и поможет в составлении подробных карт водных путей в топях, организовав наблюдение за линиями обороны в этих районах.

Со своей стороны Джексон проследит за тем, чтобы Клэборн отправил президенту письмо с просьбой объявить амнистию Лафитам и всем остальным людям Жана, обвиненным в пиратстве.

В завершении генерал приказал Риду всячески помогать Жану, регулярно докладывая ему лично, как идут дела.

Заметив по лицу Рида, что задание явно не доставило тому никакого удовольствия, Джексон добавил:

— Как я вижу, капитан Тейлор, вы с Лафитом не питаете друг к другу особой любви, но времени у нас в обрез, и сейчас все личные обиды должны быть отставлены в сторону. К тому же я все равно не могу вас никем заменить. Вы, как вы сами сказали мне, знаете эти топи так же хорошо, как и он, и потом вы единственный, кто сможет поддерживать дисциплину как среди его людей, так и моих солдат. Я знаю, вы сделаете все, как надо, и я могу полностью на вас положиться.

Как ни неприятна была Риду мысль о тесном сотрудничестве с Жаном, он не мог отказать генералу. Надо же было такому случиться! Денно и нощно общаться с собственным соперником, который к тому же был, возможно, отцом будущего ребенка Кэтлин — нет, это было просто невыносимо! Если они с Жаном не прикончат друг друга еще до окончания военных действий, это будет настоящим чудом!

Когда они вышли из кабинета Джексона, Жан заметил:

— Итак, mon ami[24] мы снова сражаемся вместе, как в добрые старые времена.

— Мы больше с тобой не друзья, и вряд ли когда-нибудь снова будем ими, — прошипел в ответ Рид. — Если бы не генерал Джексон, я тут же вызвал бы тебя на дуэль.

На лице Жана появилась улыбка.

— Ты вызвал бы меня на дуэль?

Рид кивнул.

— Без твоей команды, естественно, чтобы они не вонзили мне нож в спину после того, как я тебя прикончу, — язвительно добавил он.

В глазах Жана появилась печаль.

— Мне жаль, что дошло до этого между двумя такими друзьями, какими мы когда-то были с тобой. Я не держу на тебя никакого зла, Рид.

— Не могу сказать того же о себе, и меня, признаюсь, удивляет твое отношение. Ты, что в конце концов понял, что не любишь мою жену?