Лори Макбейн - Парус любви

– Рина! Люсьен! Вы говорите, что Ри жива? Я услышал выстрелы и прибежал, хотя прошло несколько бесконечно долгих минут, прежде чем я отыскал вас. И это стоило мне ушибленного пальца ноги, – сказал Ричард, появившись в дверях. Он был босиком и в широком халате. – С вами ничего ие случилось? – спросил он с участием, заметив заплаканное лицо Сабрины.

– Все в порядке, Ричард, – уверила его Сабрина. – Мы непременно вернем Ри домой! – воскликнула она, не в силах скрыть свою радость.

– Рина, по-моему, ты... – перебил ее Люсьен, по в этот миг в кабинет вторглись несколько мускулистых парней во главе со взволнованным Баттсриком.

– Ваши светлости, вас не ранили? Кто стрелял из пистолета? Где преступник? – воинственно спросил он, обводя комнату своим острым взглядом. Не ускользнул от его внимания и лорд Ричард со своими вздыбленными рыжими волосами и в ночном халате. – Неужели это были кузены, ваша светлость?

– Это была леди Кейт. Она одна, но ранена и поэтому опасна, Баттерик, – предостерег герцог. – Она пробралась в дом через подземный ход; тем же путем она, вероятно, и попытается бежать.

– Эта дьяволица? Из них двоих она самая подлая. А лорд Перси? Как вы думаете, он поджидает ее, ваша светлость? – спросил Баттерик, чтобы быть подготовленным к встрече с ними обоими.

– Вполне возможно, – произнес герцог каким-то странным тоном и покачал головой. – Перси мертв. Нам предстоит иметь дело только с Кейт.

– Этого вполне достаточно, – пробормотан Баттерик, подумав, что предпочел бы иметь дело с разъяренным быком. – Я пошлю пару ребят к дальнему выходу. Если она там появится, ее схватят. А я, взяв с собой еще пару ребят, пойду с другой стороны. Мы поймаем ее в ловушку, – пообещал Баттерик. – После этой ночи она никому больше не сможет причинить зло.

Кейт посмотрела на мирно спящего малыша. Не обрашая внимания на рану и на кровь, льющуюся на стеганое одеяльце, она слегка притронулась к шелковистой светловолосой головенке. Проклиная тьму, она старалась получше рассмотреть черты лица мальчика. Тлеющие в камине угли почти не отбрасывали света, в их слабом мерцании тени казались еще темнее, а она и без того плохо ориентировалась в этой темной комнате. Сослепу она наткнулась на лошадь-качалку, однако, невзирая на поднятый ею шум, нянька продолжала громко храпеть на своей узкой кровати в углу. На другой детской кроватке продолжала мирно дремать маленькая девочка. Она вспомнила, как давным-давно спала здесь, еще не ведая того, что сулит ей будущее. В темноте детская выглядела точно так, как в те времена, когда они с Перси жили в Камарее.

– Перси, – ласково прошептала Кейт. – Я пришла за тобой. Пора нам отправиться в путь, Перси. Проснись, мой любимый, – сказала она, глядя на ангельское личико Эндрю Доминика. Затем медленно взяла на руки спящего малыша.

Она баюкала его на груди, обнимала маленькое тельце, в котором теплилась драгоценная искра жизни.

– Милый Перси, – промурлыкала она, направляясь к двери. – Милый, милый Перси. Кейт пришла за тобой.

Услышав храп няни, а затем ее громкий кашель, Кейт замерла. Она стояла впотьмах, глядя, как шевелится под одеялом фигура.

– Кто вы такая? Ответьте, пожалуйста, – произнес ворчливый голос. – Ваша светлость?

Услышав, что няня шарит на прикроватном столике, Кейт в раздражении закусила губу. Неожиданно зажегшийся свет застал ее врасплох.

– Я же спрашиваю, кто вы такая? Я вас не знаю. – Голос был обеспокоенный, дрожащий. Старая женщина все еще боролась со сном, по явно почувствовала неладное. – Что у вас там в руках? Вот беда, ничего не вижу без очков, – раздраженно пробормотала няня. – Что вы тут делаете, молодая женщина? Что вы держите в руках? Боже милостивый, да это же лорд Эндрю, что вы тут... – Няня так и не договорила, ибо в этот момент Кейт повернула свое лицо к разоблачительному свету, решив, что это самый надежный способ заставить замолчать назойливую старушенцию.

После чего быстро вышла, и вслед ей понесся ужасающий вопль, заметавшийся по коридорам большого дома. Однако к тому времени, когда брат и сестра рука об руку вошли в коридор, где находилась детская, в их ушах он прозвучал не громче, чем стон ветра в деревьях.

– Я, кажется, понимаю, почему Люсьен хочет присутствовать при поимке Кейт, – говорил Ричард, дрожа от холода: сквозняк обдавал холодом его босые ноги. – Впечатление такое, будто он смертельно ненавидит ее, терпеть не может. И все же знаешь, Рина, – сказал он каким-то странным тоном, – я думаю, что он бог весть почему жалеет ее. Хотя мне казалось, что Люсьен не склонен проявлять чрезмерное сострадание к другим. Пожалуйста, пойми меня правильно, – быстро прибавил он, – Люсьен – хороший человек, но временами он бывает слишком суров, даже неумолим.

– Ты прав, Ричард, но ведь, в конце концов, Кейт принадлежит к его семье, – сказала Сабрина. Она и сама была слегка удивлена необычным поведением мужа.

– Вероятно, ты права, хотя это и трудно объяснить. Знаешь ли, Рина, когда скончался наш отец, я вроде бы ничего не должен был чувствовать. Насколько помню, говорил я с ним всего один раз в жизни и был при этом очень испуган. Но когда ты сообщила мне о его смерти, – Ричард замялся, прежде чем сделать свое признание, – я был опечален. Сам не знаю почему, я почувствовал, что понес утрату.

Сабрина с пониманием улыбнулась брату, затем, прижавшись к его плечу, сказала:

– Это совершенно естественно. Ты горевал о том, чего никогда не знал, а имел полное право знать. Ты оплакивал не Джеймса Всррика, тебе незнакомого, а некоего идеализированного человека, который мог быть тебе хорошим отцом, – попыталась объяснить Сабрина. В ее голосе, как и всегда, когда она говорила об их покойном отце, зазвучали негодующие нотки.

– Но ведь ты, Рина, не горевала и не плакала? – спросил Ричард, глядя на все еще прекрасное лицо сестры.

– Нет, – коротко ответила она, – он был мертв для меня еще задолго до смерти. Он покинул нас, Джимми, и с этого дня существовал для меня лишь как некое существо, не заслуживающее ничего, кроме презрения. – Горькая обида, жившая в ее душе все эти годы, так и не прошла. – Вообще-то говоря, – добавила она, возвращаясь к прежней теме разговора, – хорошо зная Люсьена, я подозреваю, что ом хочет проследить, чтобы с Кейт не случилось ничего худого. Такая ошибка может стоить жизни. Конечно, Кейт не в своем уме, но ведь она вполне способна на хладнокровное убийство. Не думаю, чтобы на этот раз ей удалось избежать виселицы. – Подняв глаза, Сабрипа увидела, что навстречу им идет, шатаясь, как пьяный моряк, обычно очень чинная няня.

Ричард тоже с изумлением уставился на невысокую женщину, которая быстро приближалась к ним мелкими шажками.