Бетина Крэн - Леди Удача

Дважды ему удалось снова ощутить запах роз, и он вел в порт, к докам. Пес уворачивался от пинков, которыми его норовили наградить матросы, шмыгал между грохочущими телегами, вынюхивал и выглядывал. «Еда!» Пес остановился возле булочной, пустил слюни. Это было ошибкой, целая минута ушла на то, чтобы избавиться от сладостного запаха сдобы и корицы. След успел остыть, и пес остановился, окруженный великим множеством новых для него, солоноватых и непонятных запахов. Он был в порту.

Пес опустил голову, стыдливо поджал хвост. Все из-за еды! И тут в его собачьем мозгу всплыло сладостное воспоминание — сандаловое дерево, и сразу припомнились сильные крепкие руки. «Сиятельство»! Надо найти «сиятельство», вот что! Значит, нужно бежать домой.

Пинноу тащил Чарити по безлюдным улицам и переулкам, да и те быстро сменились кварталами трущоб и кабаков, которые тоже вскоре остались позади, и пошли склады, какие-то длинные строения. Они приближались к порту.

Наконец барон, ни на секунду не позволявший ей забыть о стилете, втолкнул ее в какой-то полуразвалившийся кирпичный склад и, подталкивая, погнал по темному лабиринту между сложенными ящиками и бочками. Впереди замаячил свет, и они вышли на свободный пятачок, освещенный фонарем. Посреди стояла бочка, за которой, как за столом, сидели несколько оборванцев и играли в карты. Завидев барона, они оторвались от своего занятия и с интересом принялись разглядывать его самого, его стилет и пленницу.

— Ты! — Барон вперил взгляд в ближайшего оборванца. — Пойди скажи своему капитану, что у меня есть для него новое предложение.

В следующее мгновение он уже тащил Чарити по какой-то шаткой лестнице, затем втолкнул внутрь помещения, почти полностью забитого канатами, сетками для подъема грузов, рулонами парусины, и наконец выпустил ее. Чарити повернулась, потирая руку. Барон стоял в дверях, поигрывая стилетом, который ему явно нравился, и смотрел на нее.

— Вам это не пройдет даром, барон. — Чарити пыталась собраться с силами. До этого она была парализована страхом перед стилетом, коловшим ей ребра. Теперь в голове прояснилось… и она поняла, что оказалась в ловушке.

— Дорогуша, я притащил тебя в порт. Ты у меня в руках. Теперь надо только дать знать твоему драгоценному виконту, сколько он должен заплатить за тебя. Подумать только, ты отдалась этому мерзавцу, а потом как ни в чем не бывало согласилась выйти за меня! Ну, ты мне заплатишь, и той же монетой.

И барон пошел на нее, сверкая глазами. Губы его кривились в плотоядной ухмылке. Чарити попятилась, заметалась, полезла на груду свертков с парусиной, по бочкам. Но барон поймал ее, и она оказалась припертой к дальней стене. Костлявое тело Пинноу прижалось к ней, лезвие стилета коснулось ее горла.

— Ах ты, ведьма! Я помню вкус твоих губ… и могу заставить тебя извиваться и стонать от страсти… — И барон схватил ее за грудь.

— Мне ваши прикосновения противны, — прохрипела Чарити и толкнула барона изо всех сил. Тот пошатнулся, изумился. Вдруг лицо его побагровело, он размахнулся и ударил ее кулаком по голове.

От страшного удара искры посыпались у нее из глаз… а затем наступила темнота и Чарити мешком свалилась на пол возле кирпичной стены.

Леди Маргарет и леди Кэтрин явились домой далеко за полдень, обе в прескверном настроении.

— Нет, ваши жуткие амулеты — это просто бич какой-то! — ворчала леди Кэтрин, развязывая ленты шляпы. — Удивительно, как леди Мельбурн не свалилась в обморок!

— Дура ваша леди Мельбурн! Можно подумать, она хорьковых лапок никогда не видала! — огрызалась старая дама, снимая шаль.

— Скоро мне никуда нельзя будет и носа показать! — Леди Кэтрин сжала пальцами виски. — За какую-то неделю вы со своими кошмарными лапками перепугали половину моих знакомых!

Эверсби поспешно вбежал в переднюю, но, увидев, что это всего-навсего старухи вернулись домой, не смог скрыть своего огорчения.

— Я-то думал, это Вулфрам вернулся! — вырвалось у дворецкого.

— А что, Вулфрам сбежал? — осведомилась леди Маргарет.

— Он сегодня во время прогулки сорвался с поводка у Брокуэя и Джордана и удрал. Вот уже несколько часов как его нет.

— Этого еще недоставало! — воскликнула леди Кэтрин.

— Понимаете, он увидел, как леди Чарити уходит с тем джентльменом, и бросился за ними вдогонку… — Эверсби покосился на Брокуэя и, превозмогая смущение, добавил; — Мне не хотелось бы тревожить вас из-за пустяков, и, возможно, это вообще не мое дело, но… леди Чарити тоже до сих пор не вернулась.

— Но куда она могла пойти? — изумилась леди Кэтрин.

— И что за джентльмен такой? — нахмурилась леди Маргарет. Эверсби поправил галстук, откашлялся и, проверив, тут ли Брокуэй, заговорил:

— К ее сиятельству зашел утром с визитом некий джентльмен. Госпоже виконтессе, судя по всему, джентльмен этот был знаком. Она приказала подать чай в гостиную, однако когда я принес его, мне было сказано, что гость не задержится и чай пить не будет… Я вернулся на кухню. А потом Брокуэй сказал мне, что видел, как миледи вышла на крыльцо с этим джентльменом, и добавил, что ему это показалось странным… — Тут Эверсби взмахнул рукой, давая знак Брокуэю, что пришла его очередь продолжить рассказ.

Брокуэй сделал шаг вперед.

— Я не сразу сообразил, что же мне показалось таким странным. Тут еще Вулфрам принялся лаять и рваться как безумный, поводок отвязался, потом я бежал за псом. И только вернувшись домой, я понял, что же меня удивило: ее сиятельство вышла на улицу, не надев ни шляпки, ни перчаток! И держался этот джентльмен к миледи что-то очень уж близко, и шли они слишком быстро…

— Ад и преисподняя! — Леди Маргарет накинулась на Эверсби: — Кто он, этот джентльмен? Как он выглядел? Имя у него было?

— Высокий, светловолосый… кажется, ее сиятельство назвала его «барон»… — Эверсби покраснел, кинул умоляющий взгляд на Брокуэя. Тот только беспомощно пожал плечами. — Барон Минноу… или Пенни?

— Пинноу? — Леди Маргарет чуть не задохнулась. — Барон Пинноу!

— Именно! — хором подтвердили дворецкий и лакей.

— Боже всемогущий, смилуйся над нами. — Леди Маргарет побледнела и схватилась за свои амулеты. — Он явился в Лондон.

— Да кто это? — не выдержала леди Кэтрин, ничего не понимая, но сильно перепугавшись.

— Барон Пинноу, за которого чуть не выскочила Чарити в Девоншире. Он сильно обозлился оттого, что венчание не состоялось, да еще все кончилось для него конфузом. И, уходя из церкви, поклялся отомстить… — Тут старуха подскочила как ужаленная и завопила: — Надо немедленно сообщить его сиятельству! Чарити в беде!

Брокуэй бежал почти всю дорогу до конторы Рейна, где его, увы, не нашел. Он кинулся в клуб, но и там верного лакея ждала неудача: его сиятельство виконт Оксли где-то на деловой встрече, сказали ему. Брокуэй и в конторе, и в клубе оставил сообщение для хозяина и вернулся домой расстроенный. Хозяин мог воротиться еще очень не скоро.