Фабио - Викинг

– И все же скажи.

Тогда он повернулся к ней, оперся на локоть и внимательно посмотрел на жену.

– Хорошо, слушай. Я хочу, чтобы мы с тобой делили все, что у нас есть – наши мысли, страхи, сердца, тела и даже наши души. Но в первую очередь, у нас должно быть простое доверие друг к другу и честность, а ты отказалась от этого.

Зная, как она его обидела, Рейна собрала всю свою смелость, чтобы подойти к нему снова. И все-таки она подошла. И когда стала рядом с Виктором, их взгляды встретились, и они долго-долго смотрели друг на друга. Наконец, она нарушила молчание:

– Мне очень жаль…

Он взял ее руку в свою ладонь и спросил по-прежнему сурово:

– Только жаль?

Вздохнув, она вытащила свой кинжал из ножен и молча вложила его в руку мужа.

– Ты можешь доверять мне, Виктор.

Он взглянул на оружие, прекрасно понимая, что значило для Рейны отказаться от своего оружия. И, все еще боясь поверить, спросил:

– Ты отдаешь мне свой кинжал?

– Да.

Она сбросила рывком одеяло и, кинув взгляд на низ его живота, увидела, что он возбужден и очень хочет ее. И тогда, улыбнувшись уголочками губ, она спросила:

– А ты мне отдашь свой?..

Вместо ответа, Виктор отложил ее кинжал в сторону и, повалив Рейну на себя, шлепнул ее, а затем поцеловал.

– Ага! Так вот, к чему все это раскаяние и мрачный вид! Ах ты, чертенок!

– При чем тут чертенок? – возмутилась она, чувствуя, как с души сваливается огромная тяжесть. – У меня нет рогов! Виктор усмехнулся:

– Ну уж, нет! У тебя, госпожа моя, есть и рога и хвост!.. И очень миленькие, надо сказать.

Молодая женщина поудобнее устроилась на муже и возразила:

– Нет у меня никаких рогов. Просто я устала воевать и хочу заключить мир, по крайней мере в нашей опочивальне.

Вот теперь уж Виктору не удалось скрыть свое удивление.

– Моя маленькая валькирия хочет установить мир?

– Отдала я тебе свой кинжал, или нет? – вопросом на вопрос ответила Рейна.

– Ага, только это ни о чем не говорит – сегодня утром ты его отдала какому-то бандюге, – напомнил он, но жена взъерошила его волосы и сказала:

– Я все равно не позволила бы ему причинить тебе вред. Я все время следила за вами, и если бы он хоть поцарапал тебя, я бы его кастрировала там же. У меня, знаешь ли, есть уже опыт по этой части.

Виктор поморщился:

– Ах, вот значит, как! – И начал поднимать ей подол платья. Затем он перевернул жену на спину, а сам лег на нее и, слегка прикоснувшись к ее плоти своим напрягшимся стволом, спросил:

– А почему бы ты стала меня спасать, Рейна?

Молодая женщина застонала от наслаждения, пытаясь сама своим телом найти это горячее мужское копье, на котором только и могла обрести успокоение. У нее еще хватило сил, чтобы ответить:

– Я бы спасла тебя потому, что ты такой красивый!

Словно обидевшись, Виктор слегка отстранил от нее свои чресла.

– И это единственная причина?

Рейна закусила губу.

– Еще потому, что ты так добр ко мне.

– И все? – Он проникал в нее, но лишь чуть-чуть, словно дразня…

– Потому, что ты прекрасно любишь меня…

– А может, – занимаешься любовью?

– Да! О, да!

– А еще почему? – муж проникал все глубже и глубже в ее недра.

Рейна, улыбнувшись, предположила:

– Может, все остальные причины появятся позже, в свое время?

Виктор приподнялся на локтях, заглянул в глаза жене, дунул на прядь ее волос, закрывшую ей лоб, и медленно опустился на нее…

В следующую секунду из соседней комнаты, раздался лисий лай, потом Фрейя жалобно заскулила.

Рейна мягко, но решительно отстранила мужа и спрыгнула с постели.

– Это Фрейя. Она что-то опять волнуется.

Виктор улыбнулся и тоже встал, торопливо оделся и пошел за женой в соседнюю комнату.

Рейна уже укладывала лису поудобнее возле очага и озабоченно щупала ее живот.

– Ой, посмотри, Виктор! – воскликнула она. – Посмотри, как Фрейя напряглась!

– Ничего удивительного, по-моему у нее схватки.

– Схватки?

– Она сейчас будет щениться, дорогая.

– Милосердный боже! – Рейна беспомощно посмотрела на мужа. – Мы должны ей помочь!

Однако, помощи никакой не потребовалось, и Виктору с Рейной, стоявшим на коленях возле лисы, оставалось только стать свидетелями самого удивительного чуда природы – рождения нового существа.

Крохотный серебристо-каштановый пушистый комочек появился на свет на глазах у растроганных людей, и они, услышав его первый беспомощный и жалкий писк, бережно подтолкнули новорожденного к теплому пушистому материнскому животу.

Виктор подмигнул жене и вдруг увидел у нее в глазах слезы. Сердце у него сжалось от нежности к Рейне, и все страхи и сомнения, мучившие его в последние дни, внезапно исчезли без следа, а вместо них пришла уверенность в том, что все у них с Рейной будет хорошо.

Только-только появился на свет другой лисенок, как до них снаружи, донеслось царапанье и тихое подвывание какого-то зверя. Муж с женой удивленно и несколько встревоженно посмотрели друг на друга.

– Что это, волки? – спросила Рейна.

– Да нет, вроде не похоже. К тому же, волков заперли по моему приказу в сарае, – Виктор торопливо поцеловал жену в лоб и, успокаивая, сказал: – Ты тут пока посмотри за Фрейей, а я схожу на разведку.

– Хорошо, – согласилась женщина, и он вышел, но тут же вернулся. Ее удивило, что Виктор шел задом наперед и что-то приговаривал. Казалось успокаивающе и ласково кого-то ободрял:

– Давай, давай, заходи! Присоединяйся к нам, дружок. Здесь тебе нечего бояться!

Рейна с удивлением рассмотрела у его ног крупную серо-каштановую лису, настороженно поглядывавшую по сторонам.

– Да это же дружок Фрейи! – расхохоталась она. – Вот это, да!

Лиса сердито зарычала на нее.

– Осторожно! Это не ручная Фрейя! Он довольно дик и недоверчив! – предупредил Виктор, а затем подошел к Рейне и подмигнул ей, а лис медленно двинулся вперед, обнюхивая все по пути, затем остановился снова и поглядел на свою подругу. Впрочем Фрейе было не до него… На свет появлялся третий лисенок. Рейна кивнула в сторону незваного гостя и спросила мужа:

– Что это он заявился к нам?

– Думаю, что это его позвал инстинкт, – ответил Виктор. – Я однажды прочитал где-то, что самцы лис помогают своим самкам при родах. Видишь даже животные стремятся сохранить свою семью!

Рейна задумчиво посмотрела на лиса и сказала:

– Он так насторожен! Что мы с ним будем делать?

– Давай оставим их в покое. Пусть они сами разбираются, – ответил Виктор, не очень, впрочем, уверенно.

Один за другим появились на свет еще трое лисят. И снова людям пришлось помогать Фрейе, а лис сидел в углу, изредка порыкивая для порядка. Наконец, все закончилось. Виктор вытер руки мокрым полотенцем, отдал его Рейне и встал. Увидев на глазах у жены слезы, обеспокоенно и нежно спросил: