Патриция Хэган - Безумная страсть

Казалось, на то, чтобы пересечь кухню и выйти в вестибюль, ушла вечность. Наконец, посередине длинного коридора, опоясывавшего весь дом, она заметила бледный золотой лучик света. Двери в гостиную между главным вестибюлем и прихожей были открыты. Вдруг до них донеслись голоса. Эйприл узнала Ванессу и почувствовала невольное волнение. Ведь это ее родная сестра!

Но в ту же секунду девушка поняла: Ванесса мертвецки пьяна.

- …плевать на то, что ты слышал в этом вонючем городе! - заплетающимся языком проговорила Ванесса. - Янки не посмеют сюда сунуться… Ты что, Зик, нарочно меня злишь?

Она закашлялась и замолчала. Послышался звон: очевидно, Ванесса дрожащей рукой наливала себе очередную порцию виски.

- Скажи спасибо, что тебе не надо драться на этой проклятой войне! Живешь здесь, как у Христа за пазухой, да еще смеешь ворчать, ублюдок!…

- Что?! Да ты с ума спятила! Ничего себе - «как у Христа за пазухой»! - насмешливо передразнил ее Зик. - Чего тут хорошего-то? Слуги удрали. Серебро ты все продала. Интересно мне знать: осталось ли хоть что-нибудь в твоем вонючем Пайнхерсте, кроме земли? Да и ту отнимут янки, когда придут сюда…

- Не отнимут, не бойся. Я пущу их на постой. Скажу, что сочувствую Северу. Они не тронут мою землю. Кроме того… - Ванесса снова закашлялась. -…не придут они сюда, - с пьяным упрямством повторила она.

- Черт тебя побери, проклятая пьянчужка! Выслушай же меня, наконец!

Послышался звон разбитого стекла. Это Зик, выхватив стакан из рук Ванессы, гневно швырнул его в камин.

- Я же говорю - война складывается явно не в пользу Юга. Послушай доброго совета: давай продадим к черту эту проклятую землю и уберемся отсюда! Можем двинуться в Мексику…

- Ты что, спятил? - завопила Ванесса. - Да мой Пайнхерст - самое большое, самое богатое поместье во всей Алабаме! Я не уеду отсюда. Ни за что и никогда… Слышишь, ублюдок? Ты можешь убираться на все четыре стороны, а я останусь. Только бы продержаться до конца войны, а там уж я сумею возродить Пайнхерст. Я верну ему былую славу. Он даже станет еще краше, чем был! Ну, а если тебя это не интересует, то пошел к черту!…

- Не пей больше, Ванесса…

- Не смей мне указывать, ублюдок! Я у себя дома…

Послышался шум борьбы, и Кейд решил воспользоваться благоприятным моментом. Отпихнув Эйприл в сторону, он одним гигантским прыжком пересек коридор и очутился на пороге гостиной. Широко расставив ноги, вооруженный до зубов, с лицом, сияющим от предвкушения победы, верзила Кейд представлял страшное зрелище.

Эйприл бросилась за ним и остановилась в нескольких метрах слева.

У Ванессы от ужаса глаза на лоб полезли. Но при виде Эйприл ее взгляд запылал ненавистью.

- Кто это еще, черт возьми? - испуганно спросил Зик и, кивнув Эйприл, добавил: - А ты не могла придумать ничего получше, чем явиться сюда?

Однако Ванесса мгновенно протрезвела и на удивление быстро овладела собой.

- Ты что себе позволяешь? - в ярости накинулась она на Кейда. - Врываешься в мой дом, как разбойник… Да я сейчас же прикажу тебя арестовать. А этой девчонке и вовсе здесь не место! Наш отец лишил ее наследства! У нее нет никаких прав на этот дом…

- Заткнись! Говорить буду я…

Кейд угрожающе помахал оружием перед носом у Ванессы, и она сразу умолкла. Он сразу понял, что сестра и в подметки не годится Эйприл. Правда, Ванесса была в весьма элегантном платье, открывавшем напоказ роскошную грудь. Золотистые локоны - почти такие же, как у Эйприл - очень мило спускались на ее щеки. Но было в лице Ванессы нечто такое… Жестокое, что ли, что сразу отвратило от нее Кейда. Нет, эта женщина ему не нравится. Решение пришло мгновенно - Ванесса должна умереть, а он получит свою любимую…

- Эйприл может доказать, что дом предназначался ей, - Кейд говорил уверенным, непререкаемым тоном. - Она рассказала мне, что отец завещал ей Пайнхерст и в доказательство подарил кольцо. У кого кольцо, тот и владелец поместья.

Эйприл чертыхнулась про себя. И зачем она только рассказала Кейду об этом злополучном кольце? Глупость, непростительная глупость! Между тем Ванесса и Зик обменялись тревожными взглядами. «По крайней мере, - с удовлетворением подумала Эйприл, - у меня хватило ума не говорить Кейду, куда я спрятала драгоценность. Этот секрет знаю только я!»

- Ну так вот, - продолжал торжествующий Кейд, - выходит, вы оба - просто парочка взломщиков, и, на мой взгляд, самое разумное - это поскорее от вас избавиться. Вы мне совершенно не нужны. Я проделал слишком долгий путь и теперь намерен до конца войны отсидеться здесь, в этом прелестном местечке. А чтобы мне никто не мешал…

Эйприл увидела, как Кейд вскинул ружье, и мгновенно поняла, что он задумал. Надо было действовать, и действовать быстро. Она бросилась к Кейду и с силой оттолкнула его. От неожиданности он потерял равновесие и во весь рост растянулся на полу. Раздался выстрел. Пуля попала в потолок и задела люстру, осыпав всех дождем осколков.

Опомнившись от неожиданности, Зик рванулся вперед. Эйприл отступила в коридор. Двое мужчин, вцепившись друг в друга мертвой хваткой, покатились по полу. Зик заметил нож в левой руке Кейда и сейчас именно за ним и охотился. Изо всех сил сжав его руку, Зик все-таки заставил Кейда выпустить смертоносное оружие. И, завладев ножом, не раздумывая всадил его в глотку противника.

Эйприл словно окаменела. Она не могла даже крикнуть, а лишь с ужасом и отвращением наблюдала за тем, как у Кейда из раны струей хлынула кровь. Эйприл закрыла глаза, и перед ней снова встала горестная картина: кровь ее возлюбленного, убитого человеком, который и сам сейчас исходил кровью…

- Убери его отсюда!

Эйприл очнулась, услышав резкий окрик Ванессы.

- Убери отсюда этого сукина сына. Выкопай яму и брось его туда… Делай же что-нибудь, черт возьми, только убери его!

Зик с угрожающим видом пошел на Эйприл.

- А с ней что прикажешь делать?

Ванесса окинула сестру холодным взглядом:

- Первым делом надо узнать, где спрятано кольцо.

Эйприл медленно покачала головой не в силах вымолвить ни слова. Наконец овладев собой, она проговорила:

- Дело вовсе не в кольце, Ванесса. Пайнхерст принадлежит нам обеим, тебе и мне. И папа с этим согласится! Я поговорю с ним, все объясню…

- Ты опоздала, драгоценная сестрица! - прервала ее Ванесса, презрительно усмехнувшись. - Отец умер еще в шестьдесят втором году.

- О Господи… - выдохнула Эйприл не в силах поверить в то, что на самом деле уже давно было ей известно - со времени того достопамятного сеанса в Белом доме.

- Да, он мертв, Пайнхерст принадлежит мне, и ни о каком совместном владении я и слышать не желаю! Я уже много раз говорила тебе это… А теперь давай сюда кольцо!