Диана Гэблдон - Чужеземец. Запах серы

Тяжелый гобелен из шерсти и плотного шелка пропускал только очень сильный ветер. Я откинула нижний край, и дым потянулся под каменную арку. Холодный, сырой воздух, заструившийся в комнату, действовал освежающе и успокаивал пульсацию в висках, которая началась, когда я смотрела в отражение в воде и вспоминала.

За спиной раздался негромкий стон, Джейми пошевелился на сквозняке. Отлично. Стало быть, он не в глубоком обмороке.

Опустив гобелен на окно, я взяла курильницу, закрепила на острие шарик опиума и подожгла его от восковой свечки. Потом поставила курильницу на столик у изголовья кровати, стараясь не вдыхать опасные испарения.

Времени было не много. Нужно скорее заканчивать приготовления, иначе дым опиума погрузит его в слишком глубокий сон.

Я расшнуровала ночную рубашку и быстро натерла тело лавандой и валерианой. Аромат был приятный, пряный, легко различимый и пробуждающий воспоминания. Аромат, который вызывал у меня в памяти тень человека, пользовавшегося такими духами, и тень человека позади него: тени, пробуждавшие вызывающие смятение воспоминания о сегодняшнем ужасе и прошлой любви. Аромат, который должен напомнить Джейми часы боли и ярости, окутанные его волнами. Я решительно растерла остатки травы между ладонями, уронив на пол благоухающие крупицы.

Глубоко вздохнув, чтобы набраться смелости, я взяла флакон с нашатырным спиртом. Постояла немного у кровати, глядя на исхудавшее, покрытое щетиной лицо. В лучшем случае он проживет еще день; в худшем — несколько часов.

— Ну что ж, проклятый шотландский ублюдок, — мягко сказала я. — Посмотрим, насколько ты на самом деле упрямый.

Вынула его искалеченную руку из воды и отставила миску в сторону.

Я открыла флакон и поднесла его к носу Джейми. Он фыркнул и попытался отвернуться, но глаз не открыл. Я вцепилась в волосы у него на затылке, чтобы не дать ему отвернуться, и снова сунула в лицо флакон. Он медленно покачал головой из стороны в сторону, как разбуженный бык, и слегка приоткрыл глаза.

— Еще не все, Фрэзер, — прошептала я ему в ухо, стараясь подражать четким согласным Рэндалла.

Джейми застонал и свел плечи. Я схватила его за них и грубо встряхнула. Кожа его была настолько горячей, что я едва не отпустила его.

— Очнись, шотландский ублюдок! Я еще не закончил с тобой!

Он начал подниматься на локтях с такой покорностью, что сердце мое едва не разорвалось. Голова качалась из стороны в сторону, потрескавшиеся губы бормотали что-то похожее на «пожалуйста, подождите немного», все снова и снова.

Потеряв силы, он перекатился на бок и снова упал лицом в подушку.

Комната постепенно наполнялась опиумным дымом, у меня начала слегка кружиться голова.

Я стиснула зубы и сунула руку ему между ягодицами, вцепившись в одну из них. Он пронзительно вскрикнул — высокий хриплый звук, откатился в сторону и свернулся в клубок, зажав руки между ног.

Я провела час в своей комнате над отражающей чашей, вызывая воспоминания. Я вспоминала Черного Джека Рэндалла и Фрэнка, его праправнука в шестом поколении. Такие разные мужчины, но так пугающе похожие физически.

Мое сердце разрывалось, когда я вспоминала Фрэнка, его лицо и голос, его манеры, то, как он занимался со мной любовью. Я пыталась стереть его из памяти, сделав выбор в том каменном кольце, но он всегда оставался со мной — туманная фигура в дальних тайниках моей души.

Мне становилось плохо, стоило подумать о том, что я предала его, но в крайних случаях я силой очищала сознание, как учила меня Гейлис — концентрируясь на пламени свечи, вдыхая аромат терпких трав, успокаиваясь… и тогда я могла извлекать его из тени, видеть черты лица, снова ощущать прикосновение руки — и не рыдать.

Но в этом полумраке был еще один мужчина, с такими же руками, с тем же лицом. Вобрав взглядом свет свечи, я и его вывела из тени, я слышала его, смотрела на него, видела сходство и различие, создавала… что? Подобие, маску, впечатление, притворство. Затененное лицо, шепот и любящее прикосновение — вот что я могла создать, чтобы обмануть сознание, погруженное в горячечный бред. И я покинула свою комнату, помолившись за душу ведьмы Гейлис Дункан.

Джейми теперь лежал на спине, иногда корчась от боли в ранах. Неподвижный взгляд не узнавал меня.

Я начала ласкать его таким знакомым способом, проводя по ребрам от грудины к спине, легко, как это делал Фрэнк; сильно нажимая на больной кровоподтек, как наверняка делал тот, другой. Наклонилась вперед, медленно провела языком вокруг уха, и прошептала:

— Сопротивляйся! Дай мне отпор, ты, грязный трус!

Его мускулы напряглись, челюсть сжалась, но он по-прежнему смотрел вверх. Значит, выбора нет. Придется воспользоваться ножом. Я понимала, что сильно рискую, но уж лучше я убью его сама, чем буду спокойно смотреть, как он умирает.

Я взяла со стола нож и решительно провела им по груди Джейми, прямо по только что зажившему шраму. Он ахнул от боли и выгнул спину дугой. Схватив полотенце, я сильно потерла рану. Не допуская ни малейшего колебания, я заставила себя провести пальцами по его груди, зачерпнув крови, и беспощадно растерла ее по губам Джейми. Была одна фраза, которую мне не требовалось придумывать, потому что я слышала ее. Низко наклонившись над ним, я прошептала:

— А теперь поцелуй меня. …

К этому я готова не была.

Вскочив с постели, он швырнул меня через всю комнату. Споткнувшись, я рухнула на стол, и гигантские подсвечники закачались. По стенам заплясали тени.

Я сильно ударилась спиной, но вовремя пришла в себя, чтобы увернуться, когда он бросился на меня. С нечленораздельным рычанием, вытянув вперед руки, Джейми шел на меня.

Он оказался сильнее и быстрее, чем я ожидала, хотя и неуклюже спотыкался и наталкивался на мебель. Он загнал меня в угол между жаровней и столом, и я слышала его хриплое, прерывистое дыхание, когда он схватил меня. Он ударил меня левой рукой по лицу. Будь у него нормальная сила и реакция, он убил бы меня этим ударом. Но я рванулась в сторону, и его кулак ударил меня по лбу, и я повалилась на пол, слегка оглушенная.

Я заползла под стол. Пытаясь дотянуться до меня, Джейми потерял равновесие и упал на жаровню. Раскаленные угли раскатились по каменному полу комнаты. Я схватила с кровати подушку и начала сбивать искры, прожигающие покрывало. Занявшись этим, я не заметила его приближения, и сильный удар по голове сбил меня с ног.

Кровать перевернулась, когда я попыталась встать на ноги, ухватившись за нее. Я лежала под ее защитой, пытаясь прийти в себя. Я слышала, как Джейми в полутьме разыскивает меня, то прерывисто дыша, то неразборчиво ругаясь по-гаэльски. Неожиданно он заметил меня и упал сверху на кровать. Глаза его в тусклом свете были совершенно безумными.