Кэтрин Харт - Неотразимая

Даже когда Мэтт снова нежно уговаривал ее согласиться на это плавание, она громко возражала.

— Мне это совсем не по душе, ты знаешь.

Мне будет очень плохо, и все будет из-за тебя.

Из-за тебя и твоего безрассудного брата и моей безмозглой подружки.

— Но мы будем рядом с тобой всю дорогу, — убеждал он, — будем держать тебя за руку.

— Тебе, скорее всего, придется держать мою голову, — предсказала она.

— Всего два дня, дорогая, я тебе обещаю, ты никогда больше не ступишь на борт ни одного плавающего судна. Кроме того, так ты сможешь увезти с собой свою медную ванну.

Разве не стоит рискнуть из-за этого? Ты же знаешь, не так легко было протащить этого медного монстра по шатким сходням в док.

— Мне это все не понадобится, если я умру! Я клянусь, Мэтт Ричарде, если что-нибудь случится и я утону, то я буду преследовать тебя весь остаток твоих дней.

Он опрометчиво посмеялся над ней.

— И я буду дорожить каждой минутой твоего призрачного общества, — театрально заявил он.

Не успело судно отчалить от берега, как Джейд, верная своему слову, сразу же позеленела и, шатаясь, добралась до небольшого ведра, которое ей подставила чья-то заботливая рука.

— Надо же! — посочувствовал Джордан. — Если ей так плохо уже сейчас, то каково же будет, когда мы начнем трястись по крутым порогам?

— Полагаю, мы это скоро узнаем, — сказал Мэтт. — Я думаю, беременность тоже оказывает какое-то влияние на ее чувствительный желудок, от этого ей вдвойне тяжело. Но это еще одна из причин, почему я хочу как можно быстрее добраться до Орегона. Я не хочу, чтобы Джейд потеряла этого ребенка, пытаясь совершить этот последний переход через горы.

Страшно подумать, что это могло случиться во время ее падения там, в Голубых Горах.

Пока Джейд в жалком состоянии лежала на кушетке, Блисс занималась девочками.

— Тебе так идет быть матерью, Блисс, — сказала Джейд подруге. — Ты так хорошо умеешь обращаться с детьми.

Улыбка Блисс была немного грустной.

— Может, когда-нибудь это и произойдет, но для этого надо сначала стать женой.

Как Мэтт и обещал, кто-то постоянно был рядом с Джейд. Он сам или Блисс, даже Джордан и маленькие девочки, все по очереди смотрели за ней.

В конце первого дня их путешествия Блисс объявила ей:

— Если ты хочешь увидеть новое лицо, которое хочет позаботиться о тебе, то Гвен О'Нилл выразила желание посидеть немного возле тебя.

Джейд застонала.

— Боже мой! Неужели они тоже здесь, на борту? Я начинаю думать, что у меня появилась вторая тень, и ее зовут Син О'Нилл.

Почему же они не поехали в Калифорнию?

— Я задала Гвен тот же самый вопрос, хотя не совсем в такой форме. Она сказала, что Син выбрал Орегон, потому что там хорошая земля, подходящие цены, и, похоже, он больше похож на Ирландию, как ему говорили.

— Ну, не думаю, что здесь он ошибся. Там сочная зеленая растительность, и, как я слышала, климат на побережье очень похожий. — Она вздохнула. — Если нам повезет, то, может, его охватит тоска по дому, и он вернется на родину. Как приятно было бы осознавать, что нас разделяет половина земного шара.

Периоды, когда они «преодолевали пороги», были самыми тяжелыми. Пароход весь дрожал и трясся, словно в приступе лихорадки, и желудок Джейд трепетал и колыхался в такт дрожащей палубе. К концу первого дня она чувствовала себя, как выжатый лимон, да и выглядела не намного лучше. Темные круги под глазами, от слабости слезы иногда струились по ее бледным щекам. Она была несказанно благодарна, когда судно пристало на ночь к берегу, дожидаясь следующего дня, чтобы преодолеть последние мили их путешествия по реке.

На следующее утро Джордан был таким веселым, что Джейд хотелось бы вышвырнуть его за борт.

— Ты уверена, что не хочешь выйти на палубу? — спрашивал он у нее. — Сегодня замечательный день. Мы плывем по тихой воде, солнечные блики ярко отражаются в реке, словно сверкающие бриллианты. Воздух такой свежий и чистый, что ты обязательно почувствуешь себя лучше.

— Пожалуйста, оставь меня наконец, — взмолилась она. — Мэтт, вышвырни отсюда своего брата. Не знаю, сколько еще я смогу выносить его жизнерадостность.

Мэтт со смехом подчинился. Вскоре после этого Джейд предложила Блисс вывести девочек на прогулку.

— Им нужно выбраться из этой душной каюты и размяться на свежем воздухе, — сказала она ей.

— А ты справишься здесь одна?

— Раз у меня под рукой есть ведро, то все будет нормально. И мне хочется немного побыть одной.

— Ну хорошо. В любом случае, мы скоро вернемся. Да и плыть осталось совсем недолго.

Раз ты уже однажды видела палубу, то значит, ты видела их все, они одинаковые.

— Я знаю. От Ирландии до Ричмонда очень далеко.

Вскоре желудок у Джейд успокоился, и в теплой тихой комнате ее охватила дремота.

Она почти заснула, когда услышала, что дверь в каюту открылась. Слишком усталая, чтобы поднять голову и посмотреть, кто из ее заботливых сиделок вернулся, она не обратила внимания не легкий шум — пока до ее ушей не донесся тихий басок Сина О'Нилла.

— Я так и думал, что найду тебя в таком жалком состоянии, — хмыкнув, произнес он. — Ты никогда не станешь моряком, Джейд Донован.

Глаза Джейд сразу распахнулись, и она приподнялась на локте.

— Теперь мое имя Ричарде, и теперь тебе лучше убраться так же, как ты пришел, пока я не закричала. Если Мэтт застанет тебя здесь докучающим мне, у него появится желание снова сломать твой нос.

Злодейская улыбка заиграла у него на губах.

— Давай, ори, дорогая. Все твои защитники наверху, где дует сильный ветер и вода громко шумит под лопастями винта, так что заглушит все твои жалкие вопли. Уж я не говорю о шуме работающих двигателей. Ты можешь кричать, пока не посинеешь, и никто тебя не услышит.

Как и многие мужчины из переселенцев, Син носил на поясе пистолет. Теперь он спокойно начал снимать оружие с пояса. Он осторожно положил кобуру на пол, его руки стали расстегивать ремень на брюках.

— Убирайся! — выкрикнула она, отодвинувшись от него как можно дальше, насколько позволяла ее маленькая кушетка.

— Нет, пока я не получу того, за чем пришел. Я слишком долго ждал, чтобы удовлетворить свою страсть, и сейчас это может быть последним шансом, хотя, думаю, поскольку мы будем жить в одном городе, возможность будет появляться время от времени.

— Я не хочу тебя, Син. Когда ты поймешь это своей тупой ирландской башкой?

Он засмеялся.

— Меня не волнует, хочешь ты или нет, любовь моя. Главное, что я хочу этого, здесь и сейчас.

— Ты говоришь, как самоуверенная свинья, какой ты был и остался, — выпалила Джейд так храбро, что даже сама не ожидала. Ее сощурившийся взгляд быстро скользнул по маленькой комнатке. Она была настолько крошечной, что у нее не было шанса проскочить мимо него к двери. Он удачно загнал ее в ловушку, и его зловещая улыбка говорила ей о том, что он прекрасно понимал это.