Хазарский меч - Елизавета Алексеевна Дворецкая

Ударили стрелы – кого-то рядом вынесло из седла. Так всегда бывает.

Вот лава врезалась в пеший строй. Азар вскинул меч, готовясь рубить, преследовать бегущих и снова рубить сверху вниз. Но простора для ударов не было, он даже не видел врага – впереди была мешанина из людских и конских тел, его кобыла скакнула в сторону, чтобы не споткнуться о другую, упавшую.

Сзади налетел еще кто-то из разогнавшихся всадников. От толчка Азар покачнулся в седле; удержался, но на миг потерял из виду место боя. А когда глянул вперед, обнаружил, что прижат к самому русскому строю – тот не рухнул, как должен был, а устоял и даже продвинулся навстречу.

Это что – пешие наступают на конных? Стыр Хуыцау, как такое возможно?

По шлему звонко щелкнула стрела. Перегнувшись с седла, Азар рубанул мечом бородатого здоровенного руса, сунувшегося с топором к самой морде лошади, но тот ловко закрылся щитом. Азар отметил краем глаза, как рядом кого-то тащат с седла, надавил пяткой конский бок. Умная кобыла начала пятиться, чтобы развернуться в тесноте.

Но развернуться они не успели. Широкое жало копья ударило лошади в пах, и она взвилась на дыбы. Силясь удержаться в седле, Азар вцепился в поводья; опытный воин, прошедший десятки битв, он ничего не мог сделать, когда лезвие ростового топора ударило прямо в лицо, вминая наносник шлема в кости черепа, и смело с седла на обжигающий кровавый лед…

…Остановить бегущую конницу Карабай сумел только у самой границы камышей, откуда они начинали разгон.

– Стой, стой, шакалы! – надрывался он в бессильной ярости, потрясая плетью. – Ишак дери вашу бабку!

Мало-помалу уцелевшие всадники остановились – опомнились при виде стены деревьев впереди.

– Где наш бек? – выкрикнул Карабай. – Кто-то из вас его видел, шайтуновы дети?

Карабай не рвался вперед, а напротив, по приказу самого тархана остался позади – на всякий случай. Он быстро понял, что первый натиск не удался и надо отходить. Это обычное дело – отойти, вновь разогнаться и ударить еще раз. Но где господин? Сколько Карабай ни вертелся, оглядываясь по сторонам, не мог найти ни знакомый шлем с конским волосом, ни бунчук с красным и белым хвостом. Зато стяг русского вождя, где раскинул крылья черный ворон, все так же краснел над плотным русским строем, перегородившим реку.

Перед строем остался целый вал из десятков людей и лошадей – насаженных на копья или зарубленных. Кто-то еще дергался, долетало истошное ржанье… вот прервалось, видно, бедную лошадь добили. На белом раскрошенном копытами льду от камышей и до вала из трупов тянулись многочисленные дорожки из капель, потеков, луж крови. Во власти хазар оставалась вся река позади, но они не могли ни стоптать этот заслон, ни обойти сбоку. Да и удайся им то, они попали бы в тесноту между этим строем и тем, что был ближе к городу.

– Господин! – закричал Карабай, поднимаясь в стременах и вертя головой.

Да куда же он запропал! Нужно привести людей в чувство и снова вести в бой!

– Давай «колесо»! – К нему подскакал Тумак-паттар, настоящий хазарин, хоть и менее родовитый, чем Азар. – Что ты застыл, ждешь, пока бородатые сами сюда придут?

– «Колесо»! – поняв его, прокричал Карабай. – Стрелами бей! Пошел, пошел!

Где бы ни был господин, он не похвалит, если они будут терять время, стоя с открытым ртом.

«Колесо» было испытанным приемом степняков: растянувшись вереницей, ясы и хазары погнали коней не прямо на русов, а по кругу перед ними. Каждый, проносясь мимо русского строя, успевал метнуть три-четыре стрелы.

Но русов это не смутило: передний ряд щитов опустился к земле, над ним вырос второй, и теперь русов прикрывала от ливня стрел сплошная стена высотой в человеческий рост. Уже скоро она оказалась вся сплошь утыкана стрелами, но держалась. Сами русы, прячась за этой стеной, тоже били из луков, но целили больше в лошадей. Получив стрелу в круп, кони бесились, дыбились, сталкивались, ломали срой, теснили друг друга. В сплошном потоке стрел наметились промежутки. Вот пала одна лошадь, другая… «Колесо» сдвинулось назад, чтобы кони не спотыкались о трупы. Потом «колесо» сдвинулось назад еще, а на льду темнели трупы коней, отмечая те места, где оно крутилось совсем недавно.

– Ерантай, в обход! – Карабай, видя, что он по-прежнему старший, махнул рукой, посылая часть людей попробовать обойти русский строй сбоку.

Ерантай кивнул и поскакал со своим десятком, огибая русов, но с той стороны оказалась такая же стена щитов. В удальцов тоже летели стрелы; один, двое завалились с седел, и Ерантай, бешено скалясь от злости, отступил.

Шум позади строя как-то изменился. Карабай встал в стременах – ратники под началом Заволода, так и не дождавшись помощи от конницы, давно уже пятились – хотя в битве «долго» и «быстро» различаются с трудом, – не сдержали натиска дружины Улава и побежали.

– Карабай! – позвал рядом задыхающийся голос.

Старик обернулся. К нему подъехал Ерантай: шлем слегка набекрень, на куполе свежая, блестящая ссадина от стрелы.

– Бек… Азар… – Ерантай сглотнул. – Он убит.

– Что, шайтун тебя возьми?

– Я видел… его кафтан… под конем… не шевелится.

Карабай помедлил, стараясь уложить это в голове. Кафтан не шевелится? Под конем? Беков кафтан с другим не спутаешь, это ясно. Азар-тархан убит? Совсем? Вот так, как бывает убит всякий простой человек?

– Тьфу! – только и мог он плюнуть в досаде: долгий век научил его принимать даже самые неожиданные повороты.

Отвлекая его от этих мыслей, за стеной щитов раздался повелительный крик. И стена вновь пришла в движение: выровнялась и двинулась вперед. Властный голос выкрикивал: «Шаг! Шаг!» Вот-вот они начнут теснить конных в заросли смятого камыша.

– Назад, усал-тесел! – в досаде крикнул Тумак-паттар.

Промчавшись через изрядно вытоптанное камышовое поле, конница втянулась в рощу.

– Назад, в город! – кричал Тумак. – Возвращаемся, иначе они нас отрежут!

– Но тело нашего господина! – на скаку, увлекаемый общим потоком, воскликнул Карабай. – Мы не можем… бросить его.

– Иди туда, если хочешь оставить там и свое тело! – закричал в ответ Тумак. – А мне дороже наши заводные лошади и тюки!

По своему следу поредевшая конница возвращалась в обход рощи к Ратиславлю. На месте битвы они больше ничего не могли сделать.

* * *

С дружным ревом оружники Ярдара ударили на смолян и даже смогли немного потеснить, но строй нигде не разорвался. Вскипела яростная схватка, но вскоре замедлилась: пространство льда между тем и другим войском оказалось так плотно завалено телами