Джейн Фэйзер - Шарады любви

— Я думала, что если не могу дать вам полного удовлетворения в постели, то по крайней мере в состоянии разделить угрожающую вам опасность. Возможно, я слишком молода и кое в чем интеллектуально не доросла до вас, сэр, но в том деле, которое вам предстоит сейчас, я имею немалый опыт. И если вы так настаиваете, мы превратим нашу семейную жизнь в своего рода брак по расчету. В том, что я не буду нигде об этом болтать, можете не сомневаться.

Линтон ни разу не прервал этот поток признаний только потому, что был ошеломлен. Ведь он специально обрушился на жену с разыгранной злостью, чтобы чуть-чуть ее наказать. Через несколько минут Джастин собирался прекратить эту игру. И вдруг Даниэль стала молоть подобную чушь! Но чушь ли? Она никогда нарочно не болтала ерунду!..

— Вы скрывали что-то от меня, разве нет? — воскликнул граф, вскакивая со стула. — Я же еще в прошлый раз предупреждал вас, что нового обмана могу не снести!

— Я никогда не скрывала ничего такого, чего бы вы сами уже не знали. — Голос Даниэль вдруг сорвался и перешел на шепот. — Может быть, вы и не подозревали, что мне известно о…

— Известно о чем?

Джастин схватил Даниэль за руки и потянул на себя с такой силой, что она чуть не упала.

— Известно о чем? — повторил он.

— Отпустите меня!

Даниэль вырвалась и бросилась к двери. Но Линтон одним прыжком преградил ей дорогу:

— Говорите!

— Если вы… вы… сами не хотели сказать мне о том, что… что восстановили отношения с… с Маргарет Мейнеринг, то почему не заставили прикусить языки свою мать и сестру?

У Джастина просто челюсть отвисла.

— Восстановил что?!

— Ну, уже все говорят о том, что вы вновь сошлись со своей бывшей любовницей… — Вам так сказала моя мать?

— Сестра. А ее накрутила ваша матушка. Она боялась, что я узнаю все от кого-нибудь еще и стану слишком бурно реагировать. И они отправили парламентером Беатрис.

Имя Беатрис Данни произнесла с таким сарказмом, что Джастин, отлично знавший свою матушку и не меньше — сестрицу, мгновенно все понял. Так вот в чем крылась причина внезапного охлаждения Даниэль к его семье! И она все эти месяцы держала в себе эту тайну!

— Пойдемте сядем.

Он взял Даниэль за руку и усадил за стол. Затем сел сам и, помолчав несколько секунд, спросил:

— Почему вы не рассказали мне об этом раньше? Вы же знали характер наших теперешних отношений с Маргарет.

— Я так думала. Но после того как вокруг все стали говорить о вас и Маргарет, я поняла, что доверяла вам напрасно.

— Вы думали, что я обманывал вас? И сейчас так считаете?

Даниэль посмотрела на Линтона широко раскрытыми глазами. Неужели она ошибалась?

— Если… если это не так… я прошу у вас прощения.

— Не понимаю, — осторожно сказал Джастин, машинально вертя в руках нож, — чем я заслужил ваше недоверие?

— А вы мне до конца доверяли? Если да, то почему не признались, что были любовником моей матери?

— Небеса! — воскликнул Джастин. — А это кто вам сказал?!

— Никто мне этого не говорил. Просто я на вечере у Альмаков сидела у камина за ширмой и случайно подслушала разговор герцогини Эвонли с леди Алмерой Дрелинкорт. Они очень удивлялись, как вы могли жениться на дочери своей любовницы. Называли это чудовищным. В чем я с ними не согласна.

Джастин вздрогнул, подумав о том, каким страшным должно было стать подобное открытие для юного, простодушного создания.

— Конечно, я должен был вам сказать, Даниэль. Но решил этого не делать. Видите ли, наш роман с Луизой начался и закончился задолго до вашего рождения. Я сам был тогда почти подростком. Но если бы мне стало известно, что о нем еще вспоминают, то я больше не держал бы вас в неведении. По правде говоря, я даже не подозревал, что кто-то вообще помнит обо всем этом.

— Это не оправдание, Джастин, — с сердцем сказала Даниэль. — Такой важный для меня факт вы не имели права скрывать. И должны были рассказать мне о нем давным-давно. Я бы, наверное, правильно все поняла. И мне было бы даже приятно узнать, что моя мама все-таки была когда-то счастлива. Поймите, Джастин, меня совершенно не интересует, сколько у вас было в жизни любовниц. Но речь идет о моей родной матери. Как вы могли хранить от меня такую тайну! После того, что я пережила, после всего, что между нами было. Наконец, после нашей необычайной встречи, когда вы избавили меня от побоев булочника… И теперь у вас хватает совести и духу спрашивать, почему я вам не доверяю?!

— Я не знаю, чем заслужить ваше прощение, Даниэль. Это был с моей стороны совершенно бездумный поступок. Оправдаться мне просто нечем. Пожалуй, только тем, что вы заполнили собой все мои мысли, не оставив места для трезвых рассуждений. Но и это — не оправдание!

Даниэль почувствовала себя Атлантом, с плеч которого вдруг свалился мир. Конечно, Джастин должен был все ей рассказать. Он не сделал этого, но ведь умышленного обмана не было!..

— Инцидент исчерпан, — тихо сказала она. — Я была глупа, а вы действовали бездумно. Мы квиты, не правда ли?

Джастин тоже почувствовал огромное облегчение. Он потянулся к Даниэль, и она сама упала в его объятия.

— Мы все начнем сначала, любовь моя, — шептал граф. — Отныне и навсегда между нами будет только правда. Какой бы горькой она ни была.

— Только правда, — эхом повторила Даниэль, смотря ему в глаза.

— Даете слово, Данни!

— Слово Вареннов.

— Тогда я удовлетворен. А теперь, дражайшая супруга, нам пора ехать. Впереди нас ждет одно большое общее дело…

Глава 16

— Как вам нравится эта маленькая де Сан-Варенн, мадам Верини? — спросила Мария Антуанетта одну из своих фрейлин.

— Она столь же очаровательна, сколь и молода, — ответила та, бросив взгляд через огромный, заполненный гостями зал Тюильрийского дворца на дальнюю стену, у которой сидела в окружении поклонников Даниэль. — Но она отлично знает себе цену, — добавила фрейлина. — И ее мужу надо быть начеку. Особенно сейчас. Весенний воздух особенно опасен.

— В ваших словах есть некоторая доля истины, — возразила королева. — Но мне кажется, что брак вознес их прямехонько на небеса. Они ни на кого не обращают внимания и смотрят только друг на друга. Вы заметили, как блестят ее глаза в присутствии мужа?

Мария Антуанетта рассмеялась, что в последнее время с ней случалось крайне редко:

— Я надеюсь, эта девочка добавит атмосфере нашего мрачного и затхлого дворца немного свежести и тепла.

Мадам Верини с готовностью согласилась. Запущенный, промозглый дворец Тюильри с его темными высокими потолками, узкими окнами и заросшим садом действительно выглядел уныло по сравнению с Версалем, откуда минувшим октябрем королевскую семью со всем двором выдворила восставшая толпа. Теперь весь двор короля Людовика XVI и его августейшей супруги был вынужден изнывать в заточении в стенах Лувра и Тюильри, опасаясь показываться на площадях и улицах города. Основным развлечением не только женской, но и мужской его половины стали сплетни и распространение за спиной друг друга всевозможных грязных слухов. Неудивительно, что всякая новая фигура воспринималась здесь с большим облегчением.