Сандра Хилл - Опороченная (Карнавал соблазнов)

Он прискакал в порт и увидел, как Тайкир грузит корабль. И тут же вспомнил, что брат отплывает на следующий день в Гент. Плохо ему будет без брата.

Тайкир едва взглянул на него. Его холодный вид говорил о бурлившем в нем гневе.

— Что такое?

— Твоя жена в Йорке и разыскивает тебя, — бесстрастным голосом сообщил ему брат, заканчивая со своими помощниками перебрасывать на борт последние бочки.

Эйрик удивленно поднял бровь:

— Идит? В Йорке? Разыскивает меня?

— Ты что, брал уроки у своего попугая, Эйрик?

— Да, но вот в уроках насмешничанья не нуждаюсь, братец. Почему жена разыскивает меня?

Тайкир подбоченился и осуждающе уставился на него:

— Ты безмозглый осел. Какого дьявола, ты думаешь, она ищет тебя? За пчелами ухаживать?

— Мне не нравится тон, каким ты со мной разговариваешь.

— И что ты с этим поделаешь?

Эйрик сердито сжал кулаки и удивился сам тому, что готов ударить брата. Тяжело вздохнув, он немного успокоился и спросил с подчеркнутой вежливостью:

— Дорогой брат, почему моя жена в Йорке?

— Потому что безмозглая женщина соскучилась по своему противному чурбану супругу, дорогой брат, — парировал Тайкир не менее вежливым тоном. — И потому что страшно за тебя тревожится. — Тайкир шумно выдохнул и посоветовал: — Поезжай домой, Эйрик. Поезжай домой и живи душа в душу с Идит. Не знаю за что, но леди любит тебя.

Эйрик усмехнулся:

— За то, что я милый чурбан, верно?

— Семья рассудит, — ответил Тайкир, шутливо ударив Эйрика по плечу. — Да, кстати, — небрежно добавил он, — ты случайно не знаешь, почему Идит упражняется стоять на голове?

Эйрик поперхнулся от удивления, и Тайкиру пришлось еще пару раз ударить его по спине, прежде чем он смог отдышаться.

— Ты лжешь, Тайкир. Знаю я тебя, ты все придумал.

— Да что ты говоришь! — возразил Тайкир, со скучающим видом разглядывая ногти. — Ну, может, я не так ее понял.

Братья засмеялись, обняв друг друга за плечи, после чего вместе отправились к Тайкиру на корабль и выпили прекрасной медовухи, которую Идит привезла ему в плаванье. Вскорости Эйрик уже рассказывал брату о планах Эдреда, заодно выразил свою радость, что Тайкир уедет из Британии, подальше от начинавшейся драки. Тайкир сообщил ему, что отчалит на рассвете, поэтому до отъезда они больше не увидятся.

— Ох, чуть не забыл, — воскликнул Тайкир, щелкнув пальцами. Затем пошел к сундуку и вернулся со свертком.

— Что это? — подозрительно спросил Эйрик.

Тайкир пошевелил бровями.

— Это мой подарок тебе на свадьбу. Я приобрел его с разрешения Идит вчера в одной из лавок на рынке.

— Мне? И зачем тебе понадобилось ее разрешение? К тому же ты и так подарил этого проклятого попугая нам на свадьбу.

— Нет, — засмеялся Эйрик. — Попугая я подарил Идит. А это подарок лично для тебя.

— А мне он понравится?

— Эйрик, ты будешь благодарить меня до конца своих дней.

Братья снова обнялись возле дока. Эйрик уже собирался ехать к поверенному Идит, когда Тайкир снова щелкнул пальцами.

— О, я забыл про кое-что еще.

— Что? Еще одна таинственная покупка?

— Нет, я просто подумал, что тебе было бы интересно знать, где сейчас Идит. — Тайкир оперся с надменным видом на огромный моток веревок, и Эйрику на миг захотелось схватить его и бросить в реку. Он уже знал, что ему не понравится то, что сейчас скажет ему Тайкир.

— Ну?

— Она пошла к Азе.

Ювелирная лавка Азы была закрыта, когда Эйрик подъехал к Медным воротам, и поначалу никто не ответил на его стук. Наконец появилась служанка. Узнав его, она показала ему рукой в сторону просторной прихожей. Эйрик прошел через нее на маленькую террасу и неожиданно замер от ужаса.

Идит и Аза сидели рядом на скамье возле окна. Идит рыдала, а Аза, обняв ее за плечи, шептала слова утешения.

— Идит? — окликнул ее Эйрик, приблизившись.

— Эйрик! — одновременно воскликнули Идит и Аза, вскочив со скамьи. Идит оказалась намного выше ростом миниатюрной Азы. Он-то всегда считал Азу самой красивой женщиной в мире. Но теперь увидел, насколько ошибался. Идит, его жена, была гораздо красивей. Величественней. И она принадлежала ему.

«И я люблю ее».

Он тепло улыбнулся жене, ожидая ее ответной улыбки. Вместо этого она взглянула полными боли глазами сначала на него, потом на Азу. В фиалковых глазах вспыхнули злые огоньки.

— О… о… — забормотала она и, оттолкнув его в сторону, выбежала через прихожую прочь на улицу.

— Что такое? — спросил он Азу.

Аза просто потрясла головой, словно была самым бестолковым существом на свете.

Эйрик развернулся и бросился вслед за женой, но та уже исчезла на людной улице. Он вскочил на коня и поскакал к дому поверенного. Пока пробирался сквозь толпу, настроение его все больше портилось. В дом он ворвался без стука.

Пораженная леди — вероятно, жена Бертрама — подняла глаза, и Эйрик грубо спросил:

— Где Идит? Тысяча чертей!

— А ты?.. — Пышнотелая особа приближалась к нему с поднятым медным черпаком.

— Ее муж.

— О! Противный чурбан?

При этих словах лицо Эйрика скривилось в гримасе.

Женщина опустила свое оружие и кивнула в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Вслед ему донеслось бормотанье:

— Может, хоть теперь-то она перестанет лить слезы.

Эйрик нашел Идит в одной из гостевых спален, она упаковывала свои пожитки в кожаную сумку.

— Добрые вести, жена, — сказал он ласковым голосом, словно только что вернулся с ристалища в Равеншире как в прежние дни еще до их ссоры, до смерти Стивена. Он закрыл за собой дверь и повернул ключ, чтобы им никто не мешал. Потом лениво прислонился к стене, пристально глядя на жену.

Она поглядела на него опухшими глазами и смерила пренебрежительным, осуждающим взглядом, на которые была мастерицей; так она смотрела на бестолковых слуг и безмозглых мужей. Боже, он любит эту женщину.

— Мы едем домой? — поинтересовался он, выразительно глядя на дорожную сумку.

— Не знаю, куда едешь ты, но я возвращаюсь в Равеншир.

— Тогда, полагаю, поедем вместе.

— Я не нуждаюсь в твоей компании.

— Зато я нуждаюсь в твоей, — нежно произнес он. Ее глаза широко раскрылись.

— С каких это пор?

— С того самого дня, когда ты вломилась в замок, дала пинка моей собаке и стала распоряжаться моей жизнью.

— Я не давала пинка твоей собаке, — запротестовала она. — Просто слегка пихнула. — Когда и другие его слова дошли до ее сознания, она покраснела. — А как же Аза?

— А что такое?

— Не надо играть со мной, Эйрик. Ты пришел к ней домой.

— Ну и что?

— Ничего, я же сказала тебе при первой встрече, что ты можешь иметь любовниц, только не привози их в Равеншир. Ну… ну, если тебе хочется этого…