Дороти Гарлок - Волшебный цветок

Откуда-то послышался скрип.

— Иди в дом, Кристин! — прошептал Густав.

— Ничего, пусть остается, — раздался голос из темноты. Густав вскочил на ноги, держа ружье наизготове. Тот же голос произнес: — Это я, Бак.

— Бак, дорогой, наконец-то! Я так волновалась! — Кристин сбежала с крыльца и бросилась в объятия Бака. — Ну и ночка, не дай Бог еще когда-нибудь пережить такую! Как ты?

— Прости, что заставил тебя волноваться, любовь моя, — проговорил Бак, не разжимая объятий. — Дело подошло к развязке. Войдем в дом, я расскажу тебе все по порядку. Пошли, Гус, Берни скоро подойдет.

Роза Гафни радостно приветствовала Бака и провела его в ярко освещенную кухню.

— Мы оставили для вас ужин, — сказала Бонни. — Когда придет Берни, я подогрею.

Все вопросительно смотрели на Бака, дожидаясь, когда он расскажет им последние новости. Бак тотчас же выложил главное:

— Форсайт мертв. Его убила экономка. Первой пришла в себя Кристин.

— О Господи! — ахнула она. Потом добавила: — Наверное, миссис Гаффпи тебя не слышит…

— Я все слышу, — прервала Роза. — Когда мне нужно, я все прекрасно слышу. Одно могу сказать: эта женщина оказала большую услугу городу.

— Садись и расскажи все по порядку. — Кристин сняла с головы Бака шляпу и повесила на крюк у двери. Потом села на диван

поближе к нему.

Бак рассказал обо всем, что произошло с того момента, когда он остановил фургон перед салуном. Рассказал о том, как отреагировала толпа, узнав о трупах, и о том, что до приезда шерифа территории Монтана порядок в городе будет поддерживать лейтенант Колье со своим отрядом.

— Диллон заходил в вашу комнату над кафе. И он сообщил, что судья Уильяме в городе. Суд должен состояться завтра в девять утра, в отеле. Они с Кливом как раз готовились идти вручать повестку Форсайту. Позже, когда мы с Берни уже собирались уходить, Диллон пришел еще раз и сказал, что полковник мертв.

— Мне казалось, Рут де Бери — очень милая женщина, — с грустью в голосе заметила Бонни.

— По словам Диллона, — сказал Бак, — Форсайт ее избивал, и это продолжалось уже несколько недель, а то и дольше. Они с Кливом видели синяки па лице Рут.

— Да, я припоминаю, она несколько недель назад перестала ходить в церковь, — проговорила Роза. — Бедняжке пришлось зарабатывать себе на жизнь. Ее муж вернулся с войны и вскоре скончался, оставив ее без средств.

— Парнишка, который работал у Форсайта и спал в каретном сарае, услышал ее крики. Он подошел к окну и заглянул в дом. Рут сидела на полу рядом с трупом Форсайта, и все кругом было залито кровью. Парень выбежал на улицу и позвал сержанта из воинского патруля. Тот посмотрел, что случилось, и доложил лейтенанту, который как раз в это время разговаривал с судьей в холле отеля.

— Бедняжка. Что теперь с ней будет?

— Не знаю, но, по-моему, любая женщина имеет право защищаться. По словам Диллона, жена священника и многие другие — на ее стороне.

— Хоть Рут де Бери и спала с этим негодяем Форсайтом, люди хорошо к ней относятся. Все понимают, что женщине нелегко прожить одной, — добавила Роза.

На веранде застучала деревяшка Берни, потом раздался стук в дверь. Густав бросился открывать. Берни вошел в кухню и с усталым видом опустился на стул.

Роза хотела встать, по Бонни решительно положила руку ей на лечо:

— Сидите, я сама подам им ужин.

— Думаю, Бак уже рассказал вам новости, — проговорил Бери, потирая культю. — Со своей стороны могу только добавить:

— Ничего, пусть остается, — раздался голос из темноты. Густав вскочил на йоги, держа ружье наизготове. Тот же голос произнес: — Это я, Бак.

— Бак, дорогой, наконец-то! Я так волновалась! — Кристин сбежала с крыльца и бросилась в объятия Бака. — Ну и ночка, не дан Бог еще когда-нибудь пережить такую! Как ты?

— Прости, что заставил тебя волноваться, любовь моя, — проговорил Бак, не разжимая объятий. — Дело подошло к развязке. Войдем в дом, я расскажу тебе все по порядку. Пошли, Гус, Берни скоро подойдет.

Роза Гафни радостно приветствовала Бака и провела его в ярко

освещенную кухню.

— Мы оставили для вас ужин, — сказала Бонни. — Когда придет Берни, я подогрею.

Все вопросительно смотрели на Бака, дожидаясь, когда он расскажет им последние новости. Бак тотчас же выложил главное:

— Форсайт мертв. Его убила экономка. Первой пришла в себя Кристин.

— О Господи! — ахнула она. Потом добавила; — Наверное, миссис Гаффни тебя не слышит…

— Я все слышу, — прервала Роза. — Когда мне нужно, я все прекрасно слышу. Одно могу сказать: эта женщина оказала большую услугу городу.

— Садись и расскажи все по порядку. — Кристин сняла с головы Бака шляпу и повесила на крюк у двери. Потом села на диван поближе к нему.

Бак рассказал обо всем, что произошло с того момента, когда он остановил фургон перед салуном. Рассказал о том, как отреагировала толпа, узнав о трупах, и о том, что до приезда шерифа территории Монтана порядок в городе будет поддерживать лейтенант Колье со своим отрядом.

— Диллон заходил в вашу комнату над кафе. И он сообщил, что судья Уильяме в городе. Суд должен состояться завтра в девять утра.

в отеле. Они с Кливом как раз готовились идти вручать повестку Форсайту. Позже, когда мы с Берни уже собирались уходить, Диллон пришел еще раз и сказал, что полковник мертв.

— Мне казалось, Рут де Бери — очень милая женщина, — с грустью в голосе заметила Бонни.

— По словам Диллона, — сказал Бак, — Форсайт ее избивал, и это продолжалось уже несколько недель, а то и дольше. Они с Кливом видели синяки на лице Рут.

— Да, я припоминаю, она несколько недель назад перестала ходить в церковь, — проговорила Роза. — Бедняжке пришлось зарабатывать себе на жизнь. Ее муж вернулся с войны и вскоре скончался, оставив ее без средств.

— Парнишка, который работал у Форсайта и спал в каретном сарае, услышал ее крики. Он подошел к окну и заглянул в дом. Рут сидела на полу рядом с трупом Форсайта, и все кругом было залито кровью. Парень выбежал на улицу и позвал сержанта из воинского патруля. Тот посмотрел, что случилось, и доложил лейтенанту, который как раз в это время разговаривал с судьей в холле отеля.

— Бедняжка. Что теперь с ней будет?

— Не знаю, но, по-моему, любая женщина имеет право защищаться. По словам Диллона, жена священника и многие другие — на ее стороне.

— Хоть Рут де Бери и спала с этим негодяем Форсайтом, люди хорошо к ней относятся. Все понимают, что женщине нелегко прожить одной, — добавила Роза.

На веранде застучала деревяшка Берни, потом раздался стук в дверь. Густав бросился открывать. Берни вошел в кухню и с усталым видом опустился на стул.