Мэри Гилганнон - Возлюбленная леопарда

– Мне бы очень хотелось, Маргарита, но я должна ехать в Риверсмер. Если Ричард вернется, точнее, когда он вернется, я буду ждать его в теплом и уютном доме, в нашем доме. У него никогда не было настоящего дома. А это так много для него значит!

– Ах! Ты совсем как моя мать и наверняка любишь всю эту домашнюю возню – убирать, следить за стряпней на кухне, варить мыло. Неужели, Астра, ты хочешь растратить всю свою красоту на тяжелый домашний труд? Через год превратишься в затюканную заботами наседку, а я все еще буду элегантной и соблазнительной.

Астра снова рассмеялась, затем уложила в сундук знамя и кое-какие вещи, которые собиралась взять с собой в Риверсмер.

Господи, что же ему теперь делать? Николас де Ферес в ужасе взирал на последствия кровавой бойни. Пять трупов лежали перед ним, и дождь, смешиваясь с кровью, стекал в пенистые лужи. Шестой, победитель, безуспешно пытался встать на ноги. Кровь так и хлестала из открытой раны на спине Ричарда. Похоже на то, что и сам сэр Рэйвз вскоре отправится к праотцам.

Николас обтер трясущиеся окровавленные руки о кожаный плащ и попытался обрести душевное равновесие. Он поймал бегавшего в отдалении коня и порылся в седельной сумке, отыскивая какое-нибудь сухое тряпье. В конце концов он вытащил тунику и побежал к Ричарду. Николас сноровисто разорвал ее на полосы и стянул рану, остановив кровотечение, затем подтащил раненого к коню и попытался взгромоздить его в седло.

Это казалось невозможным: круп лошади находился слишком высоко над землей, а тяжкий груз мускулистого тела Ричарда был неподъемен для Николаса. После трехкратных попыток он выдохся. Юношу охватила паника. Если он не доставит сэра Ричарда куда-нибудь, где обработают его раны, хозяин умрет.

Вдруг в стороне тихо заржала кобыла. Николас решил попробовать по-другому. Он подбежал к кобыле, которая, к счастью, не шарахнулась в сторону как обычно, и, схватив ее за гриву, подтащил к тому месту, где лежал Рэйвз. Оставалось только молиться, чтобы она постояла смирно, пока он управится с Ричардом. Кисмет понюхала распростертое тело и как будто узнала хозяина, но запах крови заставил ее насторожиться. Николас мягко приговаривал и трепал ее шею, как всегда делал Ричард.

Когда лошадь успокоилась, Николас предпринял еще одну попытку. Напрягая каждый мускул, он поднял Ричарда и примостил между собой и кобылой. Она дрожала и таращила глаза, но не двигалась. Последним отчаянным усилием он перекинул Ричарда через седло.

Несколько минут Николас не мог сдвинуться с места и только тяжело дышал. Он сказал себе, что самое трудное уже позади и теперь осталось только скакать за помощью. Он еще раз проверил, устойчиво ли Рэйвз держится в седле, затем надежно привязал его кожаными ремнями к стременам и подвел кобылу к Султану.

Лишь с третьей попытки он оседлал коня. Пошатываясь от усталости и нервного потрясения, Николас пытался привести мысли в порядок и прогнать нависавший над ним черный ужас. Он должен помочь сэру Рэйвзу выжить. Все его будущее зависело от этого человека, который когда-нибудь сделает верного слугу рыцарем. Кроме того, он искренне любил сэра Ричарда и благоговел перед его отвагой и смелостью. Убить четверых в одиночку! Господи, если все обойдется, Николасу будет что порассказать!

Если обойдется… Николас воспрял духом, сосредоточился и внимательно оглядел невзрачный пейзаж, пытаясь решить, в каком направлении двигаться. Что-то темное, похожее на крышу дома, замаячило справа на горизонте, и он пришпорил коня.

Глава 40

Ричард умер и попал в ад. Его мучили раскаленными кочергами, которыми тыкали в грудь. Черти отыскали особенно чувствительное место и с визгом терзали его. Тело горело, жажда казалась невыносимой. Он хотел умереть, но это было невозможно, так как он уже умер.

– Дайте ему еще немного воды.

Вдруг мягкие руки приподняли его, и это смущало. Ведь в аду не бывает ангелов, и тем более таких ангелов. Астра?

Но это была не Астра. Незнакомая девушка со светло-карими очами нежно поддерживала его и поила благословенной влагой. Так ничего и не сообразив, он снова погрузился в забытье.

Когда он вновь очнулся, то понял, что жив. До него доносился аромат приготовляемой пищи, сухой и едкий запах дыма. Он лежал у очага. Возможно, в бреду он принял его за жар преисподней, лихорадка до сих пор сотрясала все его тело. Он попытался поднять голову, чтобы осмотреть жилище, но смог только краем глаза уловить чьи-то тени. Они двигались и переговаривались, но он ничего не понимал.

Ричард открыл глаза, и мир встал на свое место, как рама в картину. Николас стоял рядом с ним на коленях и улыбался своей щербатой улыбкой.

– Ну, кажется, вы живы, сэр Рэйвз. Паулина говорит, что вы очень упрямый и живучий, если так долго сопротивлялись смерти.

Ричард повернул голову и увидел девушку, которая, наверное, и была Паулиной, тем благословенным ангелом, подносившим воду. Наяву она оказалась так же прекрасна, как и в его видениях. Девушка радостно улыбнулась.

– Я… я ранен?

Николас кивнул.

– Вам насквозь пробили кольчугу, но и вы не остались в долгу. О, это было великолепно!

Постепенно перед глазами Ричарда всплыли подробности битвы. Он вспомнил, как упали двое, осталось поразить еще двоих. Или троих?

– А что случилось с последним?

Николас пожал плечами почти с застенчивостью.

– Я убил его ножом в спину. Этому я выучился у метателей ножей. Помните, тогда во дворце? Я упражнялся вместе с ними.

– Ты спас мне жизнь.

Николас улыбнулся еще более лучезарно.

– Убить последнего было проще всего. Потом я взвалил вас на лошадь и привез сюда. Хвала Господу, но вы очень тяжелый, сэр.

– А где мы теперь? – Он снова попытался поднять голову и осмотреться.

– На ферме Вильяма и Маргариты де Сэй. А это – их дочь, Паулина. Ее вы должны сердечно благодарить. Она зашила рану и заботилась о вас. Без нее вы бы умерли от потери крови. Копье задело вам легкое.

Ричард откинулся назад и закрыл глаза. Он мог умереть, но не умер, хотя избежать смерти в его положении было трудно, почти невозможно. Он вдруг осознал, какой это подарок – жизнь. Он не погиб неоплаканным, в безвестности на каком-то заброшенном поле во Франции, а получил еще один шанс начать все сначала.

– Ему нужен отдых, – произнес женский голос с сильным южнофранцузским акцентом. Ричард поднял голову.

– Нет, не уходите. Я… я хочу поблагодарить вас. – Он взглядом искал среди теней лицо девушки. Она наклонилась. – Я хочу отблагодарить вас за все, что вы сделали. Скажите Николасу, пусть принесет мою седельную сумку. У меня есть драгоценности, оружие, деньги. Я щедро вознагражу вашу семью.