Джейн Фэйзер - Почти невеста

– Форэ – стряпчий?

– Он самый.

Она расставила на столе чаши.

– Лукавый мерзавец, – высказался Джек.

Он принялся барабанить пальцами по столу.

– Мне приходилось прежде иметь с ним дело.

– Какого рода? – спросила Тереза.

– Неприятное дело. Много лет назад он пытался меня шантажировать.

– И что это был за шантаж? – спросила Арабелла, с любопытством подаваясь к нему.

Глаза ее широко раскрылись. Джек ущипнул ее за нос, и впервые за много дней улыбка осветила его глаза.

– Любопытство убило кошку, моя дорогая.

– Скажи мне. Это касалось женщины? Неужели ты обесчестил невинную девушку?

Его улыбка стала шире.

– На первый вопрос – ответ «да», на второй – «нет». И это все, что я собираюсь сказать тебе по этому поводу. Кроме разве того, что я выкинул его за дверь, а его шляпа полетела вслед.

– Ну, тогда ты не можешь к нему обратиться лично, – решила Тереза. – Для тебя он ничего не станет делать ни за вознаграждение, ни без него.

– Не будет, – согласился Джек, и лицо его снова стало сумрачным.

Он поставил свою чашу.

– Где его нынче можно найти?

– Рю Сент-Оноре, – сказала Тереза, пожимая плечами. – Он теперь бывает в свете, этот мэтр Форэ. Революция пошла ему на пользу. – В ее голосе прозвучала горькая ирония.

– Так как же к нему подобраться наилучшим способом?

Джек уставился в свою чашу будто ответ лежал в ее рубиновой глубине.

– Вопрос заключается в том, кому лучше взять это на себя, – задумчиво проговорила Арабелла. – Как насчет графини Данстон? Ведь, в конце концов, это мой второй титул, и уж по крайней мере в нем нельзя усмотреть никакой связи между парижским стряпчим и домом Сент-Джулзов.

– Мадам обладает манерами и сумеет найти подход к этой свинье, – сказала Тереза. – Форэ польстит внимание аристократки, английской дворянки, пытающейся разыскать подругу. Особенно если эта женщина обратится к нему с мольбой.

Она оглядела Арабеллу прищуренными глазами:

– Ну разумеется, не в таком облике.

– О, думаю, я мастерица по части маскировки, – заявила Арабелла. – У меня куча туалетов.

Она посмотрела на мужа, сидевшего молча.

– Джек?

– В чем дело? – спросил он, заключая ее лицо в ладони и глядя ей в глаза, будто пытался читать в ее душе. – Зачем тебе это делать, Арабелла?

– Ради твоей сестры, – ответила она, не сводя с него глаз. – Ради тебя. Потому что я нахожу этот план разумным. Потому что он сработает.

«И во искупление нашего семейного бесчестья», – добавила она мысленно, но это побуждение было не самым главным.

Медленно он отвел руки от ее лица и позволил им опуститься. Когда Джек заговорил, его голос звучал, как всегда, ровно.

– Какая у тебя одежда, кроме костюма для верховой езды?

– Батистовое платье, в котором я была на пароме. Есть еще одно. Оба очень простые, но, думаю, подойдут.

Он кивнул:

– Тереза, понадобится коляска. Она не может прийти к нему пешком, особенно если принесет королевский выкуп.

– Я могу почистить телегу, – весело сказал Марсель. – Потребуется немного времени, чтобы привести ее в божеский вид. Она будет выглядеть достойно, но не настолько экстравагантно, чтобы привлекать внимание. Если мадам сядет на скамью, то ее платье не достанет до пола телеги и не запачкается остатками грязи от картофеля и оленьей кровью.

– Править буду я, – сказал Джек, поднимаясь с места. – Пойдем, Арабелла. Тебе надо переодеться.

– Еще кое-что, – вмешался Жан Марк, все еще сидевший у огня. – Если вам удастся вытащить графиню из Шатле нынче вечером, вы не сможете вывезти ее из города до рассвета, когда откроют ворота.

– Я не оставлю ее в этой адской дыре, если смогу вызволить сейчас, – заявил Джек, решительно сжимая губы.

– Одну ночь вы можете провести здесь в полной безопасности, – быстро сказала Тереза. – Ей надо отдохнуть и набраться сил перед таким утомительным путешествием.

Она вопросительно посмотрела на Арабеллу, и та ответила едва заметным кивком, подтвердившим наихудшие подозрения пожилой женщины.

Если Джек и заметил этот безмолвный обмен репликами, то виду не подал. Он сделал нетерпеливый жест Арабелле, и она последовала за ним на чердак для хранения яблок, не возразив ни слова.

– Принесу воды, – сказал он.

Он поднялся вслед за ней по приставной лестнице минуты через две с кувшином горячей воды и тазом. Она разделась до сорочки, причесалась, стараясь пригладить спутанные волосы, столь мучительно и тщательно уложенные утром.

– Форэ – скользкий негодяй, – сказал Джек, наливая воду в таз. – Не знаю, что ты сделала сегодня утром, чтобы проникнуть в тюрьму, но, что бы это ни было, не следует повторять это с Форэ. Жеманься, скули, льсти, покажи себя английской дворянкой до мозга костей. Поведай ему только ту часть правды, которая потребуется. Скажи, что в Лондоне от эмигранта ты слышала, что твоя близкая подруга заключена в Ле Шатле. Скажи ему номер заключенной и придумай для нее имя. Например, виконтесса де Самюр… Она английская аристократка и твоя подруга детства и…

– Джек, я знаю, что сказать, – перебила она.

Арабелла повернулась к нему и обхватила его руками.

– Знаю, любовь моя, для тебя чистый ад, что кто-то ведет игру вместо тебя, но иногда приходится использовать инструменты, оказавшиеся под рукой. – Она улыбнулась и провела пальцем по его губам. – Вспомни, ты ведь игрок. Ты знаешь, к какой стратегии прибегнуть, чтобы добиться наилучшего результата, когда можно с честью отступить, а когда атаковать.

Он крепко, до боли, сжал ее запястья.

– Никогда прежде я никому не разрешал играть вместо меня.

– Понимаю. Но в этом случае должен.

Он знал, что она права. Джек выпустил ее руки и переключил свое внимание на неотложное дело. Через полчаса Арабелла была одета в платье кремового и бронзового цветов, шею ее целомудренно прикрывала кружевная косынка, волосы скромно уложены вокруг головы, под подбородком завязаны бронзовые ленты соломенной шляпки. Белые перчатки и башмачки из лайки дополняли костюм. На ней не было драгоценностей, и без украшений в ушах и на шее она чувствовала себя почти обнаженной. Год назад в стоячей воде Кента она бы этого изъяна и не заметила.

Джек оглядел ее очень внимательно, потом одобрил коротким кивком и повернулся к своему чемодану на полу. Он извлек из него кожаный мешочек, открыл его, и на соломенный матрас излился дождь золотых монет.

Арабелла с удивлением смотрела на золотые ливры, суверены, гинеи. Как можно обладать таким количеством золотых монет? Одно дело – банковские счета, но совсем другое – живое золото.