Кэрол Финч - Сладкое предательство

– Думаю, мы не сможем быть просто друзьями после того, что испытали, – невесело отозвался он. – Когда-то я думал, что мы не просто друзья, но и любим друг друга. Но в отношении тебя я не могу испытывать только одно чувство. С тех пор как я познакомился с тобой, все мои чувства перепутались. Сейчас будет трудно выделить какое-то одно и забыть все остальные. Нас так долго связывали странные отношения любви вперемешку с ненавистью, что после них будет очень нелегко перейти к просто теплой дружбе.

Глаза Сабрины наполнились слезами.

– Ридж, я…

– Проклятие, не говори больше ничего, – прорычал Ридж.

Голос его прозвучал намного более резко, чем ему хотелось, но, черт побери, на него опять нахлынули чувства, от которых в крови загорелся огонь.

– Мы оба знаем, что у нас нет будущего. Мы живем в совершенно разных мирах. Ты сейчас отправишься назад в Санта-Фе, чтобы предать суду Боуэна и Уиншипа, а я нужен здесь. Когда начнется изгнание индейцев навахо с их земель, они должны знать, что я здесь, рядом с ними, что я прослежу, чтобы с ними обращались по справедливости. Мой долг поддержать их. Я ничего не могу предложить тебе, ты принадлежишь сцене. Твое предназначение – доставлять радость и удовольствие зрителям. Волею обстоятельств наши пути на какое-то время соединились, но теперь это время истекло. – Ридж замолчал, подцепил ногой ком земли с чахлой травой и сердито отбросил его в сторону. – Да и что это за дружба? Ты ведь будешь за тысячу миль от меня, в окружении мужчин, готовых исполнить любой твой каприз.

Сабрина закусила губу, с трудом сдерживаясь, чтобы не заплакать. Ей так хотелось верить, что после того, как они обрели рай в объятиях друг друга, они навсегда останутся добрыми друзьями, но, кажется, их счастье было всего лишь прекрасным сияющим мгновением. Оно прошло, и не осталось ничего, словно его и не было. Ридж прав – кажется, впервые они согласны в чем-то. Однако очень больно сознавать, что бесполезно цепляться за обломки прошлого, потому что они никогда больше не увидят друг друга.

Боясь разрыдаться, Сабрина вставила ногу в стремя, вскочила на коня и направила Сержанта в сторону пастбища. И, только отъехав на порядочное расстояние, она дала волю слезам. Они горячими ручьями текли по щекам девушки. Чувства, которые она так старательно подавляла в присутствии Риджа, вырвались наружу. Ей казалось, будто сердце у нее в груди угасает подобно сгоревшей свече, что ее принуждают жить, когда внутри все умирает.

Сабрина вернула жеребца на пастбище, переоделась и тайком пробралась в свою хижину. Она закрыла за собой дверь, упала на кровать, и мертвая тишина окружила ее. Только теперь она до конца осознала, что ее роман с Риджем Теннером закончился. Боже, как больно сознавать, что чувства, которые бурлят в душе, никогда не найдут выхода.

«Но это к лучшему», – пыталась убедить себя Сабрина. Ридж всегда будет только странствующим повесой, он всегда выбирал свободу. Это у него в крови. А ее удел – новые города, новые сцены и то, что она умеет делать лучше всего: петь, танцевать и перевоплощаться.

Бывают в жизни ситуации, когда одной любви недостаточно. Ни она, ни Ридж не в состоянии измениться, переделать себя. Они слишком похожи и слишком разные. «И потом, – напомнила себе Сабрина, – Ридж так и не признался мне в любви». Хотя это только осложнило бы расставание. Его место здесь, и она никогда бы не стала частью его жизни, как бы ей этого ни хотелось. Сабрина в отчаянии вздохнула, перевернулась на спину, моля небо ниспослать ей сон и дать забыться. Только во сне они с Риджем могли обрести счастье. Только в этом призрачном мире фантазии она могла притвориться, что ее чувство к Риджу достаточно сильно.

Однако что бы ни случилось, она увезет частичку Риджа с собой; она получила дар, который никто не сумеет отнять у нее, – его ребенка, их ребенка. Уже больше двух месяцев она знала, что в ней зародилась новая жизнь. Ребенок Риджа вырастет, зная, что он любим и желанен. Он не будет страдать в детстве, как страдала Сабрина. Если общество на Восточном побережье примет ее, она позаботится о том, чтобы ее успех на сцене пошел на пользу ее ребенку. Если у нее будут слава и деньги, она создаст для этого ребенка дом, полный любви. Эта любовь заменит ему отсутствие отца. Он вырастет и станет мужчиной, достойным любви женщины. Он унаследует многие прекрасные качества своего отца.

С этой успокоительной мыслью Сабрина заснула. Ей приснился сон, который снился каждую ночь. Она была в раю, где не было других границ, кроме полночи и рассвета. Только в этом тайном мире она позволяла признаться себе, что любит. Здесь она забывала о своих опасениях и страхах, только здесь наслаждаясь радостью жизни, которую предлагал ей мужчина, открывший ей тайну страсти.

Глава 24

Был уже поздний вечер, когда Ридж, хитро улыбаясь, направился к Боуэну, который пригласил его к себе в кабинет. Теннер догадывался, что идет прямо в ловушку. Предупреждение Сабрины помешало Боуэну и Уиншипу заманить ничего не подозревающего Риджа в ловушку. Теперь опасность запутаться в собственных кознях грозила им самим.

Боуэн недовольно посмотрел на Риджа, который, как всегда, вошел в его кабинет без стука и доклада. «Наконец настала пора избавиться от этого докучливого посредника», – подумал Боуэн, с трудом сдерживая злорадство, – ему стоила больших усилий не выдать своего нетерпения.

– Вы хотели меня видеть? – спросил Ридж как ни в чем не бывало.

Он рассеянно окинул кабинет взглядом и заметил военного инспектора Хайрама Сайкса, вальяжно развалившегося в кресле. Напротив расположился Уиншип. «Итак, все подготовлено», – подумал Ридж, на лице его не дрогнул ни один мускул. Боуэн и Уиншип хотели обвинить его в краже военного довольствия и передать в руки инспектора Сайкса. «Как это удобно», – усмехнулся про себя Ридж. Сайке прибыл, чтобы лично наблюдать за проведением военной операции и произвести учет на складе форта. Когда обнаружится недостающее имущество, негодяи под присягой покажут, что это дело рук Риджа, и Сайксу придется доложить о случившемся в военный департамент.

– Вы ведь помните полковника Сайкса? – осведомился Боуэн, указывая жестом на инспектора.

– Разумеется. – Ридж кивком поприветствовал военного инспектора, а потом сосредоточил все свое внимание на полковнике. – Что это за неотложное дело вы собираетесь обсудить со мной на ночь глядя? – спросил он.

– Полковник Сайке, казначей Уиншип и я сейчас займемся учетом на складе. Я счел необходимым просить вас посторожить мой кабинет, пока мы будем заняты, – объяснил Боуэн.

– Вы доверяете свой кабинет постороннему? – усмехнулся Ридж. – Как это непохоже на вас, полковник. Я даже начинаю подозревать, уж не замышляете ли вы что-то.