Десять «за»… (ЛП) - Куин Джулия

Конечно, она искренне за него порадовалась (что он живой и все такое), но лично для нее… в общем, его немертвость была ей чрезвычайно некстати.

«Господи! — едва не застонала она. — Только этого мне сегодня не хватало!»

Она отклонила предложение помощи, несмотря на всю его вежливость, и кое-как умудрилась подняться на ноги, не поставив себя в еще более глупое положение.

— Что привело вас на пустошь? — поинтересовался немертвый мужчина столь непринужденно, словно они беседовали где-нибудь на церковном подворье, и все вокруг было исключительно чинно и благородно.

Она молча уставилась на него. Лежит тут на своем одеяле… на одеяле? У него здесь одеяло???

Ничего хорошего это не означает.

— Зачем вам это знать? — услышала она собственный голос. И окончательно уверилась, что утратила всяческий разум. Ведь совершенно ясно, что ей нужно молча обойти его и бежать в дом. Или переступить через него. Или даже наступить на него. Но уж во всяком случае, не заводить с ним беседу. Промчаться мимо той влюбленной парочки в саду гораздо безопаснее для ее репутации, чем быть обнаруженной наедине с этим странным мужчиной здесь на пустоши.

Хотя, даже если он и собирался наброситься на нее и изнасиловать, пока ничто не указывало на то, что ему не терпится это сделать. Он лишь пожал плечами и ответил:

— Мне любопытно.

Несколько мгновений она пристально разглядывала его. Похоже, она никогда его не видела, правда, тут слишком темно. А говорит он так, будто они знакомы.

— Я вас знаю? — спросила она.

Он загадочно улыбнулся.

— Не думаю.

— А должна бы знать?

Тут он рассмеялся и твердо ответил:

— Вовсе нет. Но из этого не следует, что мы не можем приятно побеседовать.

Тут Аннабель пришла к заключению, что он повеса и прекрасно об этом осведомлен. Абсолютно неподходящая компания для незамужней леди. Она бросила взгляд в направлении дома. Она должна уйти. Право же, просто обязана.

— Я не кусаюсь, — успокоил он ее. — И ничего такого, о чем вам стоит волноваться. — Он сел и похлопал по одеялу рядом с собой. — Садитесь.

— Я постою, — отказалась она. Поскольку не совсем еще сошла с ума. По крайней мере, очень на это надеялась.

— Вы уверены? — Он послал ей обворожительную улыбку. — Здесь гораздо удобнее.

Говорил паук мухе! Аннабель едва удалось сдержать нервный смешок.

— Прячетесь от кого-то? — спросил он.

Она как раз снова смотрела в сторону дома, и от этого вопроса сердце у нее подскочило.

— И лучшим из нас порой приходится таиться, — почти сконфуженно добавил он.

— Так вы и сами прячетесь?

— Не то, чтобы, — ответил он, наклонив голову так, что стало похоже, будто он пожал плечами. — Скорее, я жду своей очереди.

Аннабель изо всех сил старалась выглядеть равнодушной, но тут ощутила, что брови ее непроизвольно ползут вверх.

Он посмотрел на нее и слегка улыбнулся. В этой улыбке не было ни грана порочности, и все же она это почувствовала: волну предвкушения, дрожь возбуждения…

— Я мог бы рассказать вам подробнее, — промурлыкал он, — но боюсь, это не вполне пристойно.

Все, происходящее с ней сегодняшним вечером, «не вполне пристойно». Хуже уж точно не будет.

— Не то, чтобы я спешил делать выводы, — продолжил он, — но, исходя из цвета вашего платья, можно заключить, что вы не замужем.

Она коротко кивнула.

— А это означает, что мне ни в коем случае не следует сообщать вам, что я был здесь с женщиной, которая не является моей женой.

О! Это заявление должно бы ее шокировать. Нет, в самом деле, должно! Но ничего подобного не случилось. Этот мужчина был невероятно обаятелен. Прямо-таки лучился обаянием. Ну вот, теперь он улыбается ей так, будто у них появился общий секрет, некая тайная проделка. И она ничего не может ему противопоставить — настолько ей хочется принять в этой проделке участие. Ей вдруг захотелось стать частью его клуба, его группы, его… да чего угодно. В нем было что-то такое… очарование, притягательность… и она знала, просто знала, что если бы ей удалось перенестись во времени и в пространстве, видимо, в Итон, или куда-нибудь еще, где он учился, он оказался бы тем самым мальчишкой, рядом с которым хочет сидеть весь класс.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Некоторым это дано от рождения.

— Так от кого же вы прячетесь? — спросил он. — Скорее всего, речь идет о слишком ретивом поклоннике, хотя из-за него одного вы вряд ли убежали бы так далеко. Гораздо проще и безопаснее для репутации тихонько затеряться в толпе.

— Мне не стоит об этом говорить, — пробормотала она.

— Ну конечно же нет, — согласился он. — Это было бы нескромно. Но гораздо занятнее, если вы все же расскажете.

Она крепко сжала губы, пытаясь не улыбнуться.

— Вас будут искать? — спросил он.

— Чуть позже.

— Тот, от кого вы сбежали? — кивнул он.

Аннабель подумала о лорде Ньюбури и его оскорбленной гордости.

— Думаю, у меня есть немного времени до того, как он отправится на поиски.

— Он? — осведомился мужчина. — Сюжет развивается.

— Сюжет? — скривилась она. — Совершенно неудачное сравнение. Это вовсе не та книжка, которую всем захотелось бы прочесть. Уж поверьте.

Он усмехнулся, потом снова похлопал по одеялу.

— Садитесь же. А то вы стоите, а я тут разлегся. Это оскорбляет во мне джентльмена.

Она, как могла иронично, изогнула бровь.

— Возможно, в таком случае, вам следует встать?

— О, нет! Это совершенно невозможно. Все сразу станет слишком официальным, вам не кажется?

— Ну, принимая во внимание, что мы не представлены, некоторая официальность совсем не повредит.

— Да нет же, — возразил он. — Все как раз наоборот!

— В таком случае, мне стоит представиться?

— Вот этого не делайте! — несколько театрально провозгласил он. — Что угодно, только не называйте своего имени. Во мне немедленно проснется совесть, а это последнее, что нам сейчас нужно.

— Так у вас имеется совесть, в самом деле?

— Увы, да.

Какое облегчение. Он не собирается тащить ее в темноту и лапать, как недавно лорд Ньюбури. Несмотря на это, ей следует вернуться в бальный зал. С совестью, или без, он явно не тот тип джентльмена, с которым юной незамужней барышне стоит оставаться наедине. Уж в этом-то она совершенно уверена.

И ей немедленно вспомнился лорд Ньюбури — тип джентльмена, с которым ей как предполагается, пристало общаться.

Она села.

— Отменный выбор! — поздравил он.

— Всего на минуточку, — пробормотала Аннабель.

— Конечно-конечно.

— Дело вовсе не в вас, — заметила она. Слегка развязное заявление, но ей не хотелось позволять ему думать, что она осталась из-за него.

— Нет?

— Там… — Она махнула рукой в сторону сада. — Мужчина и женщина, и они…

— Наслаждаются обществом друг друга?

— Вот именно.

— И вы не можете вернуться в дом.

— Мне бы не хотелось им мешать.

Он бросил на нее сочувственный взгляд.

— Да, неловкая ситуация.

— Ужасно.

Он задумчиво нахмурился.

— А тем мужчине с женщиной будет, по-видимому, еще более неловко.

Аннабель с шумом выдохнула, выражая возмущение, которого вовсе не чувствовала, а ведь должна бы. Ее словно одурманила его близость, возможность ощущать себя причастной к его шуткам.

— …Или женщине с женщиной. Я бы не отказался взглянуть на это.

Она отвернулась, инстинктивно пытаясь скрыть румянец, и тут же почувствовала себя дурочкой. Ведь кругом совсем темно, так что он все равно бы ничего не заметил.

А может быть и заметил. Что-то в нем говорило, что он способен понять, покраснела ли собеседница, по шепоту ветра и расположению звезд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Этот мужчина отлично знал женщин.

— Думаю, разглядывать их вы не стали? — спросил он и добавил: — Наших влюбленных друзей.

Аннабель покачала головой.

— Я постаралась как можно скорее убраться оттуда.

— Безусловно. Очень разумно с вашей стороны. Хотя и не слишком удачно. Знай мы, кто они, я смог бы предположить, сколько времени им понадобится.