Кейт Куинн - Хозяйка Рима

Впрочем, жизнь пока не оставила ее, хотя она и захлебывалась собственной кровью, а сломанные ребра мешали ей дышать. Арий шагнул вперед, чтобы перерезать ей горло.

— Mitte! Mitte!

Крики толпы оглушили его. Он растерянно обвел взглядом трибуны. Перед ним предстало море лиц и лес протянутых рук; большие пальцы подняты вверх в знаке пощады. Зрители были настроены милосердно, и мнение их было единодушно: пощадить последнюю из амазонок.

Глаза щипало от пота. Арий отвел меч в сторону, опустился на одно колено и приподнял раненую амазонку за плечи. Из ран на теле хлестала кровь.

Она мутными глазами посмотрела на Ария и дрожащей рукой приподняла его забрало. В следующее мгновение он вздрогнул: умирающая амазонка обратилась к нему на языке, которого он не слышал уже более десятка лет. На его родном языке.

— Прошу тебя… — прохрипела она.

Арий удивленно уставился на нее. Она закашлялась, и кровь запузырилась на ее губах.

— Прошу тебя…

Он снова заглянул в ее огромные, полные отчаяния глаза.

— Пожалуйста…

Его пальцы скользнули в ее спутанные волосы. Вцепившись в них, он оттянул голову назад, обнажая длинную шею. Амазонка со вздохом закрыла глаза. В следующий миг Арий вонзил ей в горло меч, там, где под светлой кожей еще пульсировала жилка.

Наконец ее истерзанное тело застыло в неподвижности на его руках, и он осмелился поднять голову. Публика замерла в молчании, как будто не веря собственным глазам. Запятнанный кровью с головы до ног, Арий медленно встал.

В следующий миг в нем заклокотала ярость демона, и он со всей силы ударил мечом о мраморную стену. Затем еще раз и еще. Казалось, мышцы спины не выдержат напряжения и лопнут. Наконец лезвие с неприятным хрустом разломилось пополам. Арий отбросил обломки в сторону, сорвал с головы шлем и швырнул его вслед обломкам меча.

Клокотавшая в нем ярость вырвалась наружу, превратившись в крик, даже не крик проклятья, а, скорее, в протяжный звериный вой.

Публика ответила бешеными рукоплесканиями, которым, казалось, не будет конца.

Толпы неистовствовали, кричали, истошно вопили, осыпали похвалой, и этот гам обрушивался ему на голову подобно ливню. Зрители швыряли в Ария монетами, забрасывали цветами, вскакивали со своих мест и дружно выкрикивали его имя.

И лишь тогда из его глаз покатились слезы. Он стоял один на огромной арене в окружении тел мертвых женщин и тысяч лепестков роз.

Глава 2

Тея

— Согласись, что он великолепен, — лениво произнесла Лепида. — А ты как думаешь, Тея?

Я пробормотала в ответ что-то невнятное и потянулась за бутылочкой с розовым маслом. Моя хозяйка распласталась на массажном столе из зеленого мрамора в бане дома Поллиев, напоминая прекрасную черноволосую русалку, лежащую среди безвкусных мозаичных изображений рыб под позвякивание бутылочек с благоуханными притираниями и ароматическими водами.

— Честное слово, я раньше не видела никого подобного ему. Он намного интереснее Беллерафона. Беллерафон слишком галантен. Этот Арий, он настоящий варвар. — Лепида повернула руку, чтобы я смогла втереть розовое масло ей в бок. — В нем есть что-то необузданное, тебе не кажется? Я имею в виду, что цивилизованный человек, не дикарь, не стал бы убивать женщин. Но этот Арий, он зарубил их всех, и даже глазом не моргнул.

Я энергично впилась кончиками пальцев ей в спину, и та сразу же выгнулась дугой.

— Он и выглядит как настоящий варвар. С головы до ног в крови, и, похоже, сам не замечает этого. Впрочем, настоящий мужчина и не должен заботиться о том, грязные ли у него руки, как ты считаешь? Беллерафон теперь никогда не вступает с противниками в ближний бой. Боится запачкать кровью свою очаровательную бородку. Но, действительно, что это за зрелище такое получается? Разве за тем я хожу на игры, чтобы наблюдать, как на арене кто-то осторожничает? Нет, я хожу посмотреть что-то увлекательное и волнующее. Посмотреть на кого-то, кто способен привести меня в трепет.

Перед моим мысленным взором возник Арий, держащий в руках умирающую амазонку.

— …и тогда он просто вышел вперед с таким видом, будто даже не слышал восторженных криков зрителей! Он равнодушен к восторгам публики. Он делает это потому, что ему это нравится. — Лепида томно положила руки за голову. — Скажи, Тея, по-твоему, он красив?

— Не знаю, госпожа. Не желаешь, чтобы я потерла пемзой тебе пятки?

— Да, возьми пемзу и хорошенько потри их. Признайся, Тея, ты ведь тоже находишь его красивым. Даже не пытайся отрицать, я же видела твое лицо, когда он сражался. — Лепида коротко рассмеялась. — Такие грубые натуры нравятся тем, кто сам по натуре низок.

— Ммм, — пробормотала я. — А как нареченный жених моей госпожи, нравится ей?

— Марк? — презрительно фыркнула Лепида. — Тебе известно, что ему сорок шесть? Его сын лишь на два года старше меня. Не понимаю, почему мне нельзя вместо Марка выйти замуж за его сына? Какой смысл быть молодой и красивой, если тебе придется связать жизнь со скучным стариком, у которого к тому же изуродовано плечо? Он постоянно твердит мне о своих книгах, как будто мне интересно слушать рассказы о его никому не нужной, дурацкой библиотеке. — Лепида потянулась за кубком с вином. — И если отец действительно хочет удачно выдать меня замуж, то пусть лучше присмотрится к другим женихам. Можно подумать, кроме этого Марка, никого больше нет. Мне нужен кто-то, кто молод, кто способен возбуждать меня. Мне нужен настоящий мужчина.

Лепида накрутила на палец локон волос.

— Как ты думаешь, что за человек этот Арий?

Мне было неприятно слышать его имя из ее уст.

— Поздравляю тебя, Варвар!

— Отличное зрелище!

— Неплохо… эй, куда ты?

Не глядя по сторонам. Арий прошел через всю трапезную гладиаторской казармы на Марсовой улице. Небрежно бросив плащ прямо на пол, он нагнулся над длинным столом и схватил кувшин с вином.

— Эй, послушай, это для всех нас!

Он принялся пить прямо из кувшина, жадно глотая вино, хотя и не испытывал жажды. Другие гладиаторы, что ввалились сюда, расточая поздравления и завистливые восклицания, постепенно умолкли.

Арий покачнулся на пятках. С горлышка кувшина на пол упала единственная капля кислого вина, и он вытер ладонью губы. Какой-то миг он разглядывал кувшин, болтавшийся за ручку у него на пальце, а затем швырнул его о стену. Глиняные осколки разлетелись по всему полу. Гладиаторы, сыпля проклятиями, отскочили в стороны.

— Проклятый Варвар! — пробормотал какой-то галл.