Вирджиния Браун - Нефритовая луна

В этот момент Стив слишком рано отпустил ветку, которую придерживал, и Иден, шедшая следом за ним, едва успела пригнуться. Однако листья все же задели ее волосы, и за ворот ей посыпались какие-то жуки. Иден выронила сверток с бельем и отчаянно завизжала.

Прекрасно понимая, как нелепо выглядит, Иден все же не могла удержаться — запустив руку за ворот рубашки, она пыталась избавиться от цепких насекомых, однако у нее ничего не получалось.

Стивен какое-то время молча наблюдал за своей спутницей, а потом шагнул к ней и ухватился за ее воротник. Не обращая внимания на протесты женщины, он стянул с нее рубаху и несколько раз встряхнул. Затем тщательно осмотрел рубашку и вернул Иден.

— Теперь чисто, — сказал он. — Можешь надевать. Знаешь, с тобой одни неприятности.

Подавленная и униженная, Иден выхватила рубашку из рук Стивена — его нелестные слова в ее адрес очень обиде-пи женщину. Поспешно отвернувшись, она надела рубашку. Ей ужасно хотелось ответить своему спутнику какой-нибудь колкостью, но она сдержалась, боясь еще больше разозлить его. Подобрав с земли свой сверток, Иден со вздохом пробормотала:

— Что ж, я готова.

Стивен ухмыльнулся и снова зашагал по тропе. Потом вдруг оглянулся и проговорил:

— Я начинаю думать, что вы страдаете странной манией, миссис Миллер. Похоже, вам нравится разгуливать по джунглям в полуголом виде. Должен заметить, я полностью одобряю ваше поведение.

Даже праведный гнев не помешал Иден почувствовать, что за дьявольской ухмылкой и лукавым взглядом золотистых глаз Стивена скрывалось непреодолимое влечение к ней. Мысленно улыбнувшись, она подумала о том, что это открытие сулило новые и весьма интригующие возможности.

— Это древняя карстовая воронка. Индейцы называют ее «священный колодец». — Стив остановился у края огромной впадины. Отвесные стены уходили вниз футов на пятьдесят, а на самом дне мерно покачивались темные воды. Когда Иден подошла слишком близко к краю, Стив вытянул вперед руку и преградил ей путь. — Осторожнее. Здесь очень ненадежная почва, она может осыпаться в любую секунду.

И тотчас же, словно в подтверждение его слов, вниз посыпались мелкие камни. Иден отступила на шаг и, вцепившись в руку Стивена, спросила:

— Ты что, собираешься туда спрыгнуть?

Он внимательно посмотрел на нее. Ее волосы были влажными от пота, и золотистые пряди липли к щекам. Капельки пота также скопились на лбу и над верхней губой, и казалось, что они поблескивают, словно бриллианты. Рубашка, тоже влажная, облепляла вздымавшиеся груди этой очаровательной женщины. Да, она была на редкость привлекательной…

Стив отвернулся и пожал плечами:

— Не говори глупости. Как я, по-твоему, потом залезу обратно? Известняк на стенках не выдержит меня. Вот смотри…

Стив кивком указал на край воронки, и Иден, проследив за его взглядом, увидела двух горделивых птиц с зелено-синим оперением. Птицы дрались, сидя на выступе известняка в некотором отдалении от людей, и порода с шорохом осыпалась прямо в воронку, где с тихим бульканьем исчезала под водой. Внизу же, в нефритово-зеленой воде, восседала на плавающих ветках огромная цапля и прихорашивалась в лучах солнца. А рядом с ней кружили над водой прекрасные бабочки с великолепными голубыми крыльями, превосходившими по размеру чайные блюдца.

Услышав возглас восхищения, Стивен снова повернулся к Иден и увидел, что на губах ее играет едва заметная улыбка. Немного помедлив, он пробормотал:

— Пошли, мы не можем стоять здесь весь день.

Еще несколько минут они брели по узкой тропе, затем, миновав огромную, нависшую над ними глыбу, подошли ко входу в пещеру. Повернувшись к спутнице, Стив подал ей знак следовать за ним.

В пещере было гораздо прохладнее, чем снаружи, и царила гробовая тишина. Тишина эта всегда успокаивала Стива — казалось, здесь, прячась среди камней, обитали души людей, давно ушедших из мира живых. Со стен свисали сталактиты, а сквозь круглый пролом в потолке в пещеру пробивался столб солнечного света, озарявший гладкую поверхность огромного озера.

— Сюда, — сказал Стив.

Следовавшая за ним Иден в восхищении воскликнула:

— Как здесь красиво! А вода такая ч истая, что видно дно! Здесь, наверное, очень мелко.

— Нет, просто так кажется, — ответил Стив.

Он указал належавшие неподалеку выдолбленные тыквы. Горлышки этих «кувшинов» были перевязаны веревками, и в каждом сосуде имелось небольшое отверстие для воды, надежно закупоренное пробкой. Когда Стив поднял связку тыкв и протянул их Иден, сосуды глухо зазвенели, ударяясь один о другой.

— Можешь пока наполнить калебасы. Озеро очень глубокое, и вода здесь, возможно, самая чистая во всем Кинта-на-Роо. Озеро питает подземный источник, и древние майя считали его священным. Они верили, что здесь — врата в подземный мир, где обитают души умерших. И конечно же, они иногда приносили в жертву подвернувшуюся под руку девственницу, чтобы задобрить таким образом своих богов.

— Восхитительно, — с улыбкой пробормотала Иден. — Но ведь я уже была замужем, так что мне ничто не грозит.

Стив рассмеялся и проговорил:

— Знаю. И думаю, ты им не подойдешь. Так что можешь чувствовать себя в безопасности.

Иден склонила голову к плечу и, внимательно посмотрев на своего спутника, спросила:

— Неужели я действительно в безопасности? Ты в этом уверен?

Стиву не очень понравился такой поворот их разговора.

— Да, в безопасности. Бывших девственниц распродают по десять центов за дюжину. Вот мыло. Я пойду в эту сторону, а ты — вон туда. Третий сталактит слева.

Иден посмотрела на свисавший с потолка конус, очень напоминавший зуб дракона. Прямо под ним она заметила тонкую тропку, спускавшуюся к самой воде.

— А если я потеряюсь?

— Тогда кричи.

— Что ж, только это мне и останется, — ответила она. Она снова улыбнулась, и Стивен впервые заметил, что у нее необыкновенно густые и длинные ресницы, отбрасывавшие на щеки темные тени и походившие на бабочек на ее жемчужной коже.

О черт! Стив почувствовал, как земля уходит у него из-под ног — словно он ступал по воздуху. Да, его ждали серьезные неприятности. Давненько он не чувствовал этого жжения, этого специфического ощущения в паху.

Когда же Стив вновь заговорил, не узнал собственного голоса.

— Я буду… недалеко. Так что не беспокойся.

Чувствуя себя идиотом, он поспешно отвернулся, будто опасался, что женщина может последовать за ним. А она молча смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду.

Стив сразу почувствовал: что-то изменилось. Казалось, что внезапно рухнула та стена, которую он пытался возвести между ними. И он знал: всему виной ее проклятая женственность — перед ней ни один мужчина не сумел бы устоять. Но будь он проклят, если капитулирует перед этой женщиной. Нет-нет, он не сдастся, не такой уж он глупец!