Синтия Райт - Дикий цветок

— Послушай, Шел, я знаю тебя с самого твоего рождения. Я был уже здоровым парнем, когда ты еще только родилась. Я видел, как ты училась ходить и говорить и как вертела всеми в Дэдвуде одним мановением своего маленького розового пальца. Никто лучше меня не знает, какой сообразительной и упорной ты можешь быть, но это не значит, что ты готова к тому, чтобы управлять таким ранчо, как это! Мы тут, знаешь ли, не в бирюльки играем! Это…

— Мужское дело? — перебила его Шелби; она подалась вперед, глаза ее сверкали. — Можешь говорить прямо, мы оба знаем, о чем ты думаешь! Ладно, пускай я женщина, но умом-то я вполне могу поспорить с тобой!

— Попридержали бы вы лучше свой язычок, юная леди! Тайтес, развеселившись, улыбнулся побагровевшему Бену Эйвери и заметил:

— Тут она права, парень. Давай-ка послушаем, что она скажет.

— Благодарю вас, уважаемый мистер Пим!

Шелби сама вся пылала, но постаралась взять себя в руки и села, сообразив, что дядя ощетинится, пытаясь обороняться, если она останется стоять, нависая над ним, сидящим.

— Я много читала, слушала, что говорят другие фермеры в Коди, и думала. Я убеждена, что нам надо расширять хозяйство. Прежде всего, необходимо посеять кормовые травы…

— Глупости! — крикнул Бен. — Мы еще только начинаем. Мы не можем охватить все разом в первый же год!

— Дядя, милый, пожалуйста, послушай! Я же не говорю, что мы посадим много, — ровно столько, чтобы сделать кой-какие запасы для лошадей и коров на случай суровой зимы. Такое уже бывало, так что не стоит рисковать, тем более здесь, где трава так скудна. Нам и нужно-то засеять каких-нибудь несколько акров под сено и зерновые, но для этого необходимо оборудование. Мы можем купить конную молотилку в Биллингсе… Да, и большую такую сеноворошилку, и ветряную мельницу, ну и еще много всего. Я вам покажу список, перед тем как вы поедете…

— По-моему, ты, просто спятила! — объявил Бен. — Ты думаешь, тебе удастся заслать меня в растреклятый Биллингс и накупить эту немыслимую кучу всякой всячины? Тайтес, скажи хоть ты ей! Как тебе нравится эта ее сумасшедшая выдумка?

— Ну… — Пим в задумчивости поджал губы. — Наверное, мне тоже придется поехать с тобой в Биллингс. Шелби, тут главная, нравится тебе это или нет, — папаша ее в письме ко мне четко все расписал. Если она чего напортачит, тогда Фокс, может, и передаст вожжи тебе, парень, но сейчас пока я должен выполнять распоряжения твоей племянницы — и ты тоже.

Бен Эйвери так и осел на стуле всем своим большим телом; на макушке у него, точно флажок, встопорщился светлый вихор.

— Сдаюсь, хозяин!

Шелби пришлось сделать над собой невероятное усилие, чтобы не захлопать в ладоши.

— Я хочу превратить это ранчо в игрушку, мальчики! Вот посмотрите! Думаю, вам лучше отправиться в Биллингс поскорее, чтобы заранее разузнать цены и закупить с дюжину плененных лошадей. Я собираюсь заняться конезаводством.

Ее чуть прищуренные глаза сверкали.

— Так или иначе, осталось совсем немного времени до большого загона, а там и земля прогреется, и можно будет пахать ее, и сеять, и…

— У меня такое чувство, будто я сижу в мчащемся без машиниста поезде, — пробормотал Бен.

— Держись и наслаждайся быстрой ездой, — посоветовал Тайтес. — Ну что уж такого может случиться?

Бен хмуро посмотрел на него:

— Ты еще спрашиваешь? Там, где замешана Шелби, может случиться все, что угодно…

— Точно, — подтвердила она. — Я сотворю чудо!

— Ты понимаешь, о чем я говорю, — не сдавался Бен. — Кстати, как там у тебя с деньгами в твоем мешке с чудесами? Если мне не изменяет память, большая часть тех денег, что Фокс нам дал, уже распределена. И, сдается мне, я также припоминаю, как он говорил, что если в первый год ты сумеешь выкрутиться, он нам выделит потом больше. Шел, может, я что-нибудь забыл или перепутал?

Он искоса взглянул на нее с хитрым, самодовольным видом.

— Просто не верится, что девушка образованная, закончившая колледж может забыть, что нужно ведь платить за такие пустячки, как молотилки и ветряные мельницы…

Шелби снова вскочила, глаза ее метали молнии. Тайтес попытался предотвратить раздор между дядей и племянницей.

— Не бери на себя слишком много, парень! — предостеpeг он, протягивая руку к Бену. — Ты можешь запросто наговорить лишнего, а ведь на самом деле ты вовсе так не думаешь! Шелби, конечно же, собирается поступить разумно и посоветоваться с отцом насчет этих планов. Существует ведь такая штука, как телеграф, не забывай, и, уверен, она сумеет убедить его прислать нам деньги, необходимые для…

— Нет, — возразила Шелби. — Я не буду просить у папы. Я собираюсь раздобыть эти деньги сама, не прикасась к тому, что у нас отложено на повседневные расходы.

Она уже была на ногах и, обойдя вокруг стола, с жаром, размахивая руками, заговорила. Он ничего не узнает о наших кормовых посадках или о племенных лошадях, а потом, когда первый наш год закончится и мы вдруг получим прибыль, он просто… не поверит своим глазам! Да уж, тогда нам будет, чем гордиться! Знаете, когда-нибудь, надеюсь, отец позволит мне откупить у него ранчо. Я заслужу это своим трудом и заработаю каждый цент на его покупку, я буду так стараться, как никому и не снилось, и делать больше, чем просил папа.

Солнечный лучик сверкнул в волнистых, закрученных на голове огненных волосах Шелби; она на мгновение умолкла и подняла кулачок:

— Если вы оба поддержите меня, мы сможем разделить наш успех!

Бен, почесав в затылке, поинтересовался:

— Может, тебе лучше было стать проповедником? Ты меня, конечно, здорово воодушевила, вот только ты, кажется, забыла кое о чем упомянуть, малышка. Где, скажи на милость, ты собираешься достать все эти деньги?

Он посмотрел на Тайтеса; на лице у того ясно отражалось беспокойство.

— У меня есть замечательный план — простой и гениальный! — воскликлуна Шелби. Она остановилась между ними и наклонилась, обхватив их обоих за плечи. — Он настолько блестящий, что вы удивитесь, как сами до него не додумались.

— Что-то я не очень в этом уверен, — пробормотал Бен. Ее сияющее личико было, однако, всего в каких-нибудь дюймах от него, и он, не удержавшись, легонько, хотя и не слишком весело, улыбнулся ей. Она была неотразима со дня своего рождения.

— Я лично надеюсь, что ты права, моя рыбка, — сказал Тайтес. — Рассей же наконец, наши сомнения, а? Как ты собираешься добыть эти деньги?

— Я их выиграю в покер в салуне Парселла! Сияющая, ослепительная улыбка Шелби стала еще шире, глаза ее лукаво блеснули.

— Вот видите, вам совершенно не о чем беспокоиться! Я прекрасно знаю, что делаю. С такими идеями нам никогда не придется обращаться к папочке за деньгами!