Джил Лэндис - Полевой цветок

Ночное происшествие вновь всплыло в ее памяти, и она оглядела поляну, ища взглядом остальных – «проколотых носов», боевую группу Фонтейна, самого Фонтейна. Куда они делись? Индейцев нигде не было видно, не было видно и Фонтейна. В лагере оставались только она и этот блондин.

Ее беспокойство усиливалось. Дэни провела рукой по своим спутанным волосам, вытащила из них несколько сосновых иголок и снова надела шляпу. Бросив быстрый взгляд в сторону деревьев, она убедилась, что мул и лошади находятся там, где она их оставила. Приятный запах оленины, медленно жарящейся над огнем на вертеле, смешался с ароматом кофе. У Дэни потекли слюни. Неожиданно она почувствовала, что так голодна, что может съесть целого бизона.

Дэни стряхнула листья и пыль со своих штанов, поправила куртку, потом наклонилась и подняла тяжелое кожаное седло. Не говоря ни слова, она повернулась и пошла мимо мужчины, стоящего между ней и ее лошадью.

– Послушайте… – Он протянул руку, пытаясь ее остановить. – Я хочу извиниться за то, что произошло между нами. Пожалуйста…

Дэни резко остановилась и сердито уставилась на него, перенеся весь свой вес на одну ногу и держа седло обеими руками.

– Говорите. – Дэни надеялась, что голос ее прозвучал так же строго, как голос Большого Джейка, но на всякий случай сердито прищурилась.

– Во-первых, – начал он, – меня зовут Грейди Маддокс, и я не хотел причинить вам зла. – Он протянул ей руку, но она лишь холодно посмотрела на него. Смутившись, он опустил руку и продолжил свое объяснение. – Это все вышло случайно. Я не хотел сбивать вас с ног вчера ночью. Трой всегда жалуется на то, что я опережаю события, но…

Увидев, что она быстро теряет интерес к его сбивчивому рассказу, он начал сначала.

– Мы искали место для стоянки, когда Трой… то есть Трой Фонтейн, мой друг, который согласился быть моим проводником в этой экспедиции… Ну, в общем, мы с ним разминулись. Точнее, я заблудился и, когда увидел индейцев, не знал, друзья они или нет, и поэтому решил убежать. Когда я выбежал на поляну и увидел вас, я хотел только вас предупредить, но когда я приблизился к вам, то зацепился ногой за ветку или еще что-то и врезался прямо в вас.

Дэни внимательно посмотрела на него.

– Вот почему вы решили меня… обыскать?

– Понимаете, вы так сопротивлялись, что я подумал: возможно, вы хотите сначала убить меня, а потом уже задавать вопросы.

– Надо было мне вас убить, – тихо сказала Дэни.

– Но почему? Я только хотел спасти вашу жизнь!

– Меня не нужно спасать.

Она оглядела лагерь, не желая спрашивать, где находится его друг, и еще меньше желая столкнуться с Фонтейном в лесу. Она вспомнила о боевой группе Фонтейна и поняла, что попалась на удочку. Гнев ее усилился.

– Послушайте, – сказал он голосом, в котором сквозило отчаяние, – и вытянул вперед обе руки. – Я извинился. Что я еще могу сделать?

– Вы можете посторониться и дать мне пройти.

Седло все сильнее тянуло Дэни к земле, солнце поднималось по небосклону, время шло, и Дэни начинала терять терпение.

– Послушайте. – Он шагнул к ней. – Позвольте мне понести его.

Грейди потянулся к ее седлу, но Дэни отступила на шаг.

– Не подходите ко мне. Я сама его донесу.

Прямо позади нее раздался низкий голос с легким акцентом. Она лишь один раз слышала его, но узнала сразу. Он принадлежал Трою Фонтейну.

– Оставь ее в покое, Грейди.

Дэни никак не прореагировала на его слова, и он добавил:

– Единственный способ завоевать доверие дикого животного – это оставить его в покое.

Она резко повернулась к нему и была застигнута врасплох живым проницательным взглядом его глаз. Хотя он не сказал ни слова, неведомая сила потянула Дэни к нему, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы остаться на месте. Его иссиня-черные волосы и темные глаза создавали вокруг него ауру темноты, которую не мог развеять даже его насмешливый взгляд. Солнце высветило сетку крохотных морщин и складок возле уголков его глаз. В окружении широких скул и темных бровей глаза его казались глубоко посаженными и затененными. Дэни отметила, что его прямой заостренный нос хорошо гармонирует с остальными чертами лица.

Губы его казались строгими, возможно, потому, что он плотно сжимал зубы, словно сдерживая улыбку. Его длинные суженные к низу пальцы лежали на рукоятке пистолета, заткнутого за пояс. Одет он был так же, как и накануне ночью – в оленью кожу. Черная шляпа висела на тонком кожаном ремне у него за плечами. Поза Фонтейна свидетельствовала о напряженном ожидании. Он был из тех мужчин, которые всегда начеку.

Это был человек, с которым она могла бы иметь дело. В отличие от своего друга, он не был чужаком в этом диком суровом мире, к которому она привыкла. Как и она, Трой Фонтейн знал, как в нем выжить.

Она вдруг обнаружила, что смотрит ему прямо в глаза, слишком удивленная своей реакцией на его неотразимую внешность, чтобы сдвинуться с места. До того момента, как он вышел на поляну, Дэни думала, что никогда не видела такого красивого мужчину, как его друг. Но сейчас, когда она глядела в бездонные глаза Фонтейна и вела себя так, словно совершенно лишилась воли, она поняла, что на самом деле означает слово «красивый».

– Где… где индейцы? – наконец смогла выговорить Дэни, пытаясь рассеять чары.

– Ушли. Они ушли на рассвете. – Легкий акцент и улыбка, появившаяся в уголках его рта, смягчили эти отрывистые слова.

– Я тоже сейчас уеду, – сказала она.

По тому, как ее тянуло к Фонтейну, она поняла, что ей ради собственной безопасности нужно уехать подальше от этого человека. Она была уверена, что Джейк посоветовал бы ей сделать то же самое. Дэни взялась за седло получше и пошла к своей лошади.

– Я отправлюсь, как только вы освободите мой кофейник и котелок.

– Но… вы не можете уехать одна! – сказал Грейди испуганным голосом. Он все еще стоял на месте, не зная, что предпринять. – Трой, поговори с ней. Мы просто не можем позволить девушке уехать одной, правда?

Девушке! Услышав это слово, Дэни бросила седло на землю возле своего пони и резко повернулась к мужчинам. Руки ее сжались в кулаки, глаза остановились на Грейди Маддоксе. Черт бы подрал этого мужчину и его язык! Она перевела взгляд на Фонтейна, не обнаруживающего никакого беспокойства по поводу ее отъезда. Он налил горячий кофе в две оловянные кружки, а остаток вылил на землю.

– Она как-то приехала сюда, значит, сможет сама вернуться.

Кофейник и котелок звенели, ударяясь друг о друга, пока он нес их ей через всю поляну. Он остановился перед Дэни на расстоянии вытянутой руки. Он ничего не говорил, просто стоял и смотрел на нее сверху вниз. Гневные слова и угрозы, которые она собиралась произнести, так и остались невысказанными. Язык ей не повиновался. Дэни могла читать даже самые слабые следы, оставленные на земле дикими зверями, но не могла прочитать мысли в его темных зорких глазах. Ей показалось, что взгляд Фонтейна проник ей в душу; напряженное выражение его глаз заставило ее отвести свои.