Лиз Карлайл - Соблазн на всю ночь

У Федры вдруг неожиданно задергалось веко, и только через несколько секунд тик прекратился.

— Что ж, — наконец проговорила Эдвина, — думаю, нам пора. У Фиби скоро примерка бального платья, и нас будет ждать леди Хенслоу.

Нэш посмотрел на Федру и с задумчивым видом сложил перед собой пальцы пирамидкой.

— А как у тебя дела, моя дорогая? — тихо спросил он. — Будет ли у тебя новое нарядное платье для выхода вместе с Фиби?

Федра покачала головой:

— В этом сезоне я не собираюсь ездить на балы.

— Но я бы с удовольствием, Фе, купил для тебя и для Фиби по новому роскошному платью. — В голосе лорда Нэша послышалась настойчивость. — Пожалуйста, подумайте об этом. Мы назовем это подарком от любящего; брата.

— Большое спасибо. — Федра отвернулась в сторону. — Я уже обо всем подумала и все решила.

Леди Нэш сжала губы и бросила на свою старшую дочь напряженный взгляд, в котором ощущалась с трудом сдерживаемая ярость.

Лорд Нэш изобразил улыбку.

— Если ты сегодня не в настроении говорить о нарядах, то, может быть, останешься у меня ради этого. — Он протянул руку и коснулся лежавшей на столе шахматной доски. — В моем возрасте мне не всегда удается найти достойного противника.

— О, Нэш! — Мачеха любовно потрепала его по руке. — Но у тебя же есть чудесный ребеночек, а скоро появится и еще один! Разве у тебя есть время играть в шахматы?

— Да, очень немного. — Нэш поднялся, продолжая улыбаться. — Ты останешься, Федра?

— Конечно. — Федра была достаточно умной девушкой, чтобы понять, что глава семьи приказывает ей остаться, хотя этот приказ и был облечен в мягкую и вежливую форму.

Вскоре, завернувшись в шали, надев шляпки, взяв свои сумочки и расцеловавшись с лордом Нэшем, леди Нэш и ее младшая дочь отбыли. А Федра молча последовала за своим старшим братом назад в библиотеку, где у окна стоял изящный, инкрустированный драгоценными камнями столик, за которым они частенько играли в шахматы.

— Есть ли у тебя что-то еще, Федра, что мне стоит знать об убийстве на Стрэнде? — тихо спросил Стефан. — Может, ты о чем-то умолчала, что-то тебе не захотелось рассказывать при маме и Фиби.

Федра заколебалась. Ах, как это было бы хорошо — рассказать старшему брату все и сбросить с себя невыносимый груз ответственности! Но она не смела так поступить.

— Нет, все в порядке, мне нечего добавить к сказанному.

— Что ж, хорошо. — Нэш натянуто улыбнулся.

О да, она попала в беду! И Федра сама знает об этом, понял он.

Сцепив руки в замок за спиной, лорд Нэш принялся расхаживать вдоль увешанной картинами стены.

Федра хорошо знала, что ее брат брал на себя всю ответственность за семью и был приверженцем строгой дисциплины. Именно ему приходилось принимать важные семейные решения и улаживать скандалы. В трудный момент они все могли спрятаться за его спину. И так происходило отнюдь не потому, что Стефан был в семье старшим, хотя, конечно, и это обстоятельство играло не последнюю роль. У него был сильный характер, характер лидера. И еще для них для всех — для мамы, для Тони, для нее и Фиби — Стефан был Нэшем, больше титулом, чем смертным человеком.

Так что же с ней случилось? Она попала в беду?

До сегодняшнего дня у Федры и Нэша не было секретов друг от друга.

— Ты хочешь еще раз поговорить со мной о том, что случилось? — спросила Федра.

Стефан остановился.

— Нет, я хочу поговорить с тобой о платье.

— О платье? — Она нахмурилась.

— О платье, которое ты не хочешь покупать, — объяснил он.

Федра чуть не подпрыгнула на месте.

— О, пожалуйста, Стефан, не нужно! Если еще ты…

Он быстро подошел к ней и положил ладони ей на плечи.

— Фе, но почему? Я хочу тебе помочь. Леди Хенслоу, возможно, тоже примет участие.

— Нет, — резко проговорила Федра. — Тетя Хенслоу нам и так много помогала, мы не можем постоянно обращаться к ней по всяким пустякам.

Его губы плотно сжались, он покачал головой.

— Господь знает, я во многом виноват перед тобой, — сказал он. — И я хочу это поправить. Фе, дорогая, но тебе нет и двадцати двух. У тебя вся жизнь впереди, и ты должна быть счастлива. Я хочу, чтобы ты вышла замуж, обзавелась детьми. Это так важно для женщины.

Федра высвободилась из его рук и отошла к окну, которое выходило на Парк-лейн.

— Теперь, когда у тебя появилась Зантия, твое понимание супружеской жизни претерпело серьезные изменения. — В голосе Федры послышалась горечь.

— Ты так говоришь, как будто это какая-то смертельная болезнь.

Она покачала головой.

— Я не должна больше рассчитывать на тебя, Стефан, — прошептала она. — И не надо спорить со мной. Все эти годы ты был рядом со мной, поддерживал меня во всем, но теперь пришло время мне самой позаботиться о маме и Фиби.

Взгляд его карих глаз сделался мягким и нежным. Стефан обнял ее, притянул к себе, и Федра не сопротивлялась.

— Никогда, — прошептал он ей в макушку. — Никогда я не оставлю тебя. Но если ты захочешь, если только ты сама этого захочешь, я все устрою для тебя.

Федра порадовалась тому, что Стефан не видит застлавших ее глаза слез.

— Что ты хочешь устроить? — спросила она.

— Я найду тебе мужа, Фе, — пробормотал он, все еще прижимая ее к себе. — Доброго и порядочного человека.

Федра рассмеялась сквозь слезы:

— Ты имеешь в виду придающегося отчаянию старого вдовца с восемью детьми?

— Нет, я имею в виду мужчину, который сможет дать тебе счастье.

Его руки осторожно разжались, опустились вниз.

— Я понимаю, ты желаешь мне только хорошего, — сказала Федра.

— И пожалуйста, Фе, купи себе новые наряды, — твердо проговорил Стефан. — Не отказывай мне.

— Это приказ?

Он провел пальцем по ее влажной от слез щеке, затем под глазом, стараясь не задеть и не испачкать край очков.

— Это ради твоего блага, — вздохнул Стефан. — Тебя все должны видеть вместе с Фиби. Твое отсутствие может быть превратно истолковано и породит слухи, которые сейчас, после убийства на Стрэнде, будут перекочевывать из гостиной в гостиную.

— Ты очень добр, — сказала она.

Глава 3

Печатью благости отмечено чело,

Хотя от грязи платье у него черно.

Он солнца луч, скользящий сквозь туман,

Рассеивает зло, пороки и обман.

Сегодня Тристан оделся с особой тщательностью. Он отправлялся в Мейфэр. Гонки на лодках по Темзе в компании его товарищей с крепкими локтями и лужеными глотками отменялись.

Сегодня ему на коленки не вспрыгнет пухленькая молоденькая распутница с круглой попкой, не обовьет ручками его шею и не станет шептать ему на ухо всякую чепуху.