Джози Литтон - Замки в тумане

Как ни странно, ужин не разочаровал ее и не вызвал скуки. Да, обстановка за столом была непривычной, но любопытной. Ожидая десерта, Брайанна заметила, что сидящий напротив джентльмен не сводит с нее широко открытых глаз. Не понимая, зачем она понадобилась незнакомцу, Брайанна решила, что его пристальный взгляд ей почудился, но спустя краткое время подняла глаза и снова заметила, что за ней наблюдают.

Незнакомцу уже перевалило за сорок, но еще не исполнилось пятидесяти; редеющие рыжеватые волосы были зачесаны назад и открывали высокий лоб. За Брайанной он наблюдал внимательно, но не слишком. А еще он был чем-то удивлен, и настолько, что не замечал, как перед ним ставят новые блюда, и даже не отвечал на реплики соседки слева.

Не зная, как быть и надо ли что-нибудь предпринимать, Брайанна стала прислушиваться к разговору во главе стола. Пару раз бросив мимолетный взгляд на незнакомца, она убеждалась, что он по-прежнему наблюдает за ней, но вскоре ее надолго отвлекли.

Брайанна думала, что за столом Атрей забудет о ее существовании. И просчиталась. Принц-регент как раз жадно поедал апельсины в желе, когда Атрей объявил:

– В Карлтон-Хаусе впервые не только я, сэр. Брайанна тоже никогда не бывала здесь раньше.

Принни поспешно прожевал желе. Брайанну ему представили в самом начале вечера, но как и следовало ожидать, принц-регент едва заметил ее.

– Да? Ну и как впечатление, юная леди? Удивленная тем, что Атрей намеренно заговорил о ней с принцем-регентом, Брайанна отозвалась:

– Здесь удивительно, ваше высочество. Откровенно говоря, я не ожидала такого великолепия.

Принц-регент просиял, приняв ее слова за комплимент.

– Уж, ради этого стоило трудиться не покладая рук. Архитекторы – все до единого пьяницы и мошенники, но у меня они были в кулаке! «Никаких мне попоек! – велел я. – А дворцу чтоб не было равных!» И они взялись задело. А ведь другой на моем месте мог бы и опустить руки.

– Но не вы, ваше высочество, – произнесла Брайанна.

– Верно! И слышать всю эту чушь о деньгах я тоже не желал. Мерзость какая! – Он скривился, как ребенок, которому не дали конфетку, и продолжал, обращаясь к Атрею: – А у вас, наверное, все гораздо проще? У вас же нет парламента – кажется, так говорил Хоукфорт. В старину и у нас так было. Не отказался бы пожить в то время!

– В Акоре все не так просто, – ответил Атрей, переглянулся с Ройсом и поднял бровь.

– Я объяснил его высочеству, как устроено правительство Акоры, – сказал Ройс и обратился к Принни: – Если помните, ваше высочество, я говорил, что в стране нет только официального парламента; зато есть обычай советоваться с народом и в случае необходимости идти на уступки.

– Должно быть, морока несусветная, – буркнул принц, поразмыслив пару минут.

– Ко всему можно привыкнуть, – заверил его царственный гость. Разговор продолжался, Атрей время от времени втягивал в него Брайанну и часто поглядывал на нее.

Она так увлеклась беседой, что испытала настоящий шок, обнаружив, что рыжеволосый джентльмен сидит на прежнем месте и наблюдает за ней. Так продолжалось до самого финала чрезмерно обильной трапезы. Едва гости встали из-за стола, незнакомец растворился в толпе. До конца визита Брайанна больше его не видела.

Только после возвращения в резиденцию Алекса и Джоанны выяснилось, что этот вечер приготовил еще один сюрприз. Выйдя из экипажа, Атрей повернулся и подал руку Брайанне. Она машинально оперлась на нее и ощутила пожатие сильных пальцев. Удовольствие спиралью взвилось в глубине ее тела и вызвало острую тревогу.

– Вам понравился прием? – спросил он. Брайанна услышала вопрос, но не сразу поняла его смысл, потому что Атрей положил ее ладонь на свой согнутый локоть и повел ее по каменным ступеням к широкой двустворчатой двери.

– Мне было чрезвычайно интересно, – наконец выговорила она.

Он рассмеялся – сочно, весело, лишая ее остатков самообладания.

– А вы дипломат!

– Ничуть. Просто стараюсь не ранить чужие чувства.

– В этом и состоит суть дипломатии: знать собеседника, понимать, как он поступит в том или ином случае, и не вызывать у него отрицательной реакции.

– Уверена, этим дипломатия не исчерпывается.

– Остальное – уже нюансы. Кстати, ваше платье бесподобно. После белых нарядов английская мода выглядит особенно свежо.

Поскольку в Акоре девственницы носили только белое, Брайанна не сомневалась, что до свадьбы не наденет платье другого цвета. Но в Англии ей пришлось привыкать к другим обычаям. В сущности, ей нравился темно-синий наряд, при всей своей скромности выгодно оттеняющий глаза и волосы.

Вернее, нравился лишь до тех пор, пока комплимент Атрея не навел ее на слишком сокровенные мысли.

– Благодарю...

Двери распахнули стражники из Акоры, стоящие в карауле в холле. При виде ванакса они низко поклонились.

Атрей кивнул им и выжидательно посмотрел на Брайанну:

– Позвольте ваш плащ.

Сконфузившись от собственной неловкости, Брайанна завозилась с завязками плаща. Наконец она сбросила его на руки Атрею, он легко улыбнулся и отдал плащ лакею.

– Стаканчик на сон грядущий? – предложил Алекс.

– О нет, – с улыбкой отказалась Джоанна. – Скоро утро, а Амелия просыпается в самую рань. А вы втроем идите.

– И меня прошу простить, – пробормотала Брайанна, – я едва стою на ногах.

– Вы прекрасно держались весь вечер, – заметил Атрей. – Ваша усталость вполне понятна.

Брайанна запрокинула голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Как он все-таки высок ростом! Вечная усмешка Атрея уже начинала ее раздражать.

– Я весь вечер бездельничала.

Атрей собирался что-то ответить, но тут вмешалась Джоанна.

– Хватит разговоров, – решительно заявила она. – Иди спать, Брайанна. Алекс, дорогой, я жду тебя наверху.

– Это ни к чему, милая, – возразил муж.

– Я все-таки дождусь. – И Джоанна стала подниматься по ступеням, ведя за собой Брайанну. Оглянувшись через плечо, она добавила: – Нам еще надо поговорить, Алекс. Спокойной ночи, Атрей. Хорошо, что ты приехал.

Гадая, о чем собралась беседовать с Алексом Джоанна, Брайанна никак не могла придумать повод и спросить ее. Усталость навалилась на нее, несмотря на перевозбуждение. В своей спальне она поспешно отослала горничную, улеглась на высокое и широкое ложе и снова задумалась об Атрее.

Ее влекло к нему, он вызывал в ней трепет, наполнял ее вожделением и даже страхом.

С его стороны это неучтиво. У нее и без того полно забот.

Но почему-то Брайанне не хотелось его винить.

Значит, ему по душе те, кто живет своим умом? Только теперь Брайанна начинала в это верить.