Мэри Патни - РОЖДЕСТВЕНСКАЯ КУКУШКА

Едва эта мысль пришла ему в голову, вернулась хозяйка в сопровождении двух миниатюрных белокурых очаровашек и лохматого жизнерадостного пса неопределенной породы.

– Рада видеть, что вы отдохнули от тягот путешествия, майор. – Мэг ловко сняла плащ и шляпку с маленькой девочки. – Вы ведь еще не встречались с моими крестницами, верно? – Она указала на девочку повыше: – Это Тиззи. А это, – указала она на вторую девочку, – Лиззи. Девочки, это майор Ховард.

Обе девочки с серьезным видом сделали книксен. Пока Тиззи застенчиво изучала незнакомца, дерзкая малышка Лиззи забралась к Джеку на колени. Пятнистая кошка, до этого там находившаяся, поспешила благоразумно удалиться.

Лиззи выразительно на него посмотрела.

– Я кормила с мисс Мэг цыплят. У нее самые красивые цыплятки в мире.

Не желая отставать от сестры, Тиззи добавила:

– А я помогала доить коров.

– Какие умницы! Мисс Мэг очень повезло, что у нее такие помощницы, – с восхищением произнес Джек, решив, что держать теплую бесхитростную малышку было очень приятно. – Он перевел взгляд на девушек. – Если я буду называть вас Мэг и Фиби, вы в свою очередь должны звать меня Джеком.

– Справедливо. Вы уже заметили, что у нас дома не слишком придерживаются формальностей. – Мэг сняла капор и тряхнула блестящими каштановыми локонами. – Девочки мне уже очень помогли, а мы еще будем готовить рождественскую выпечку.

Видения орехов и фруктов заполнили голову Джека, и он с надеждой спросил:

– А можно мне тоже помогать?

– Конечно. Чем больше компания, тем веселее. Однако, думаю, мы это отложим на вечер. Кажется, будет снег, поэтому сегодня днем нам лучше воспользоваться хорошей погодой и набрать зеленых веток.

Когда собака подбежала к гостю и положила голову ему на колено, Мэг добавила:

– Это Раггер. Он «смешка» охотничьей собаки.

Джек улыбнулся такой характеристике и потрепал пса за ушами. Будет снег? Это наверняка задержит капитана Ховарда. Возможно, он может еще ненадолго отложить свое признание.

Дверь вновь открылась, и переменчивый Раггер бросился приветствовать вошедшего красивого юношу. Мэг приветствовала вновь прибывшего любящими объятиями.

– Ты как раз вовремя, Филипп! Мы собирались садиться за стол. Уверена, в Глостере тебя ужасно недокармливали.

– Ужасно, – со смехом согласился тот.

Взяв брата за руку, Мэг подвела его к Джеку.

– Как видишь, наш гость приехал, а Джереми на несколько дней задерживается. Джек, уверена, вы бы в толпе определили, что Филипп – брат Джереми. Они похожи, как две капли воды.

– Рад познакомиться, Филипп. – Поскольку Лиззи не выказывала желания уйти, Джек протянул юноше руку, не поднимаясь.

– Такая честь, что вы приехали к нам, сэр. – Филипп с энтузиазмом пожал ему руку. Юноше было лет четырнадцать или пятнадцать, и он был похож на брюнетку Фиби.

– Это для меня честь. Ваши сестры очень радушно меня приняли.

Мэг была приятна искренность в голосе Джека. Она волновалась, что друг Джереми будет обескуражен тем, как скромно они живут, потому что знала, что сам он вырос в гораздо лучших условиях. Однако высокий майор чувствовал себя вполне комфортно. На самом деле, с удивлением подумала она, когда Тиззи подошла и прижалась к нему, Джек, похоже манил к себе детей и животных, как цветок – пчел.

Майор привел себя в порядок, и Мэг надеялась, что он произвел на Фиби хорошее впечатление.

Укутавшись и вооружившись корзинами, члены экспедиции за зелеными ветками покинули дом. На улице было холодно и ясно, лишь мягкая земля под ногами напоминала о вчерашнем дожде. Джек вдохнул бодрящий свежий воздух и решил, что Мэг права насчет вероятности снегопада.

Когда они проходили амбар, тишину прорезал пронзительный птичий крик. Джек подскочил, так как мимо него пронеслась большая блестящая и разноцветная птица.

– Господи, это что, павлин?

– Верно, это один из тех, кого Лиззи называет моими красивыми цыплятками. Глупая птица снова сбежала, – со вздохом сказала Мэг. – Филипп, поймай, пожалуйста, Лорда Пернатого и отнеси обратно в загон.

– Хорошо, но это займет несколько минут, – ответил ее брат. – Фиби, понеси мою корзинку. Я вас догоню, когда верну эту тупую птицу на место.

Дальше они двинулись без Филиппа. Фиби шла впереди с Тиззи, Лиззи и Раггером, а старшие члены группы – за ними. Джек покосился на хозяйку.

– Павлины?

– Они, конечно, из Пикок-Хилл, – пояснила Мэг. – Поскольку технически они не были частью особняка, мы забрали их с собой. Птицы довольно бесполезны, но мы подумали, что самое меньшее, что мы можем сделать, – это заставить лорда Мейсона купить собственных павлинов. – Она посмотрела на Джека со смесью вины и веселья в глазах. – По обеим сторонам от входа в Пикок-Хилл всегда стояли два великолепных дерева, подстриженных в виде павлинов. Через неделю после нашего переезда в Брук-Фарм кто-то подрезал обоим хвосты. Подозреваю, что это сделали Джереми и Филипп, но я побоялась спрашивать.

– Это был довольно безобидный способ выразить свой гнев. Ветки-перья снова отрастут.

– Так и было, – согласилась Мэг. – Это больше, чем заслуживает лорд Мейсон. – Они постепенно поднимались на холм и наконец достигли вершины, откуда открывался великолепный вид на окружающую местность. Юные участники похода устремились вперед, а Мэг остановилась и указала вдаль. – Вон там стоит Пикок-Хилл. Поскольку лорду Мейсону была нужна только земля, теперь дом пустует. Жаль, это всегда было такое счастливое место.

Сквозь голые ветки зимних деревьев Джек смог различить очертания симпатичного котсуолдского каменного особняка. В свете бледного солнца, он казался волшебным, сказочным королевством, из которого семью Ламбертов изгнали.

– Я обычно не копаюсь в прошлом, как сегодня, – виновато призналась Мэг. – Нам очень повезло, что мы смогли поселиться в Брук-Фарм, и я очень горжусь тем, как младшие приспособились к жизни на ферме. После переезда никто из них ни разу не жаловался.

– Возможно, потому что вы показываете им хороший пример.

Встретившись взглядом с майором, Мэг застыла, увидев восхищение в темно-синих глубинах его глаз. Она слабо подумала, что ему не следовало смотреть на нее так, словно она так же молода и привлекательна, как Фиби. От такого даже благоразумная старая дева могла потерять голову.

К счастью, в этот момент их нагнал Филипп. Когда они продолжили путь к зарослям падуба, он с застенчивым интересом обратился к майору:

– Сэр, Джереми писал нам, что вы совершили в битве при Витории [5]. Он говорил, что никогда в жизни не видел подобного мужества. Если вы не против, мы бы с радостью послушали ваш рассказ о сражении.