Сьюзен Грейс - Проказница

— Слушаюсь, милорд. До встречи.

В экипаже, приближавшемся к дому, Диана нервно вертела на пальце правой руки кольцо с печаткой. Стивен пытался ее успокоить:

— Тебе не о чем волноваться, Ана. В газетах не было никаких упоминаний о смерти Ренвика и…

— Ш-ш-ш-ш! — Диана бросила опасливый взгляд на дремавшую рядом с ней женщину. — Я тебе говорила, что моя старая няня плохо слышит, но Тилли не глухая. Говори потише!

— Как я уже сказал, — зашептал Стивен, — никто не знает, что ты была в «Утехах сатаны». Тебе не о чем беспокоиться.

— Сколько раз тебе напоминать: Глэдис знает, что твой «кузен Антон» — женщина. Вероятно, расследование ведется втайне ввиду обстоятельств смерти Баркли. Хотя он и негодяй, но он пэр Англии. Его убийство не останется безнаказанным. Это только вопрос времени. Они допросят Глэдис, и она упомянет интерес, проявленный Баркли к твоему странному спутнику. Так они выйдут на твой след.

— А если я в отъезде, если я в гостях у друзей или родных, до меня им не добраться. Ты знаешь, я никогда тебя не выдам, Ана.

Она погладила его по руке:

— Конечно, Стивен. Но многие знают о нашей дружбе и рано или поздно доберутся до меня. Я не могу этого допустить, по крайней мере пока.

— Что значит «пока»? — нахмурился он. — Ана, ты не сделала ничего плохого. Пистолет выстрелил, когда ты только защищалась.

— Я знаю. Но скрывать все это нечестно. Когда вернутся родители, я расскажу им о случившемся, и мы решим, как действовать дальше.

Диана натянула перчатки.

— Мне не хватает Джеймса. Первый раз в жизни моего брата-близнеца нет рядом со мной, чтобы спасти меня от последствий моей опрометчивости. Как мне жаль, что он сейчас далеко.

Стивен содрогнулся.

— А вот мне не жаль. Джеймс обвинил бы во всем меня. Он насадил бы меня на свою любимую шпагу, а печень мою пустил бы на наживку.

От резкого толчка кареты на повороте женщина в углу проснулась.

— Ай-яй-яй! — смущенно захихикала она. — Я снова задремала? Подходящее занятие для того, кто взялся присматривать за молоденькой девушкой! Простите меня, миледи.

Улыбнувшись, Диана поправила на женщине чепчик.

— Ты ни в чем не виновата, Тилли. Наоборот, я признательна тебе за то, что ты согласилась поехать со мной без всякого предупреждения.

— Морские путешествия не для меня с моим ревматизмом. Поэтому, когда ваша матушка забрала с собой вашу сестрицу Сару, я осталась без дела. — Ее бледно-голубые глаза наполнились слезами. — Отрадно сознавать, что старуха еще может вам пригодиться, миледи.

Со слезами на глазах Диана обняла свою старую няню.

— Ты заботилась обо мне с младенчества, Тилли. Быть может, няня мне теперь и не нужна, но ты всегда будешь нужна мне как друг.

Тилли посмотрела ей в лицо.

— Я многих деток воспитала, Ана, но ты всегда была моей любимицей. Я только того и жду, чтобы взять на попечение твоих крошек.

Заметив сдвинувшиеся брови Дианы, Тилли усмехнулась:

— Я знаю, знаю. Ты все время твердишь, что не хочешь выходить замуж и иметь детей. Но ты передумаешь, а когда это случится, я буду готова воспитывать еще одно поколение вашей семьи.

Диана покачала головой. Карета остановилась, и лакей открыл дверцу, чтобы помочь ей спуститься. Не успели еще ее ноги коснуться земли, как она очутилась в объятьях тетки.

— Вот это сюрприз, Ана! Юстин говорил, что он пригласил тебя, но он не был уверен, что ты приедешь. Я так рада, что ты все-таки собралась.

Диана улыбнулась ей. Виктория Прескотт и ее мать были близнецы. Золотоволосые блондинки с зелеными глазами и стройными фигурами, они были похожи как две капли воды. Но сходство было только внешнее. Обе они были очень умны, но Кэтрин отличалась пылким, подчас неукротимым нравом. Она была упряма и резка, в то время как Виктория сдержанна и дипломатична. Ее трудно было вывести из себя. Но если это случалось или если кто-то из любимых ею людей оказывался в опасности, рассудительная супруга Юстина могла обнаружить темперамент не меньший, чем у сестры.

— Приглашение дяди Юстина явилось даром небес. Я обожаю бабушку Ванессу, но провести с ней несколько месяцев в Бате мне вовсе не улыбалось. Простите, что я вас не известила заблаговременно.

— В этом не было никакой необходимости. Ты здесь, и это главное. — В этот момент она заметила стоявшую за спиной Дианы няню. — Тилли, неужели это ты?

Тилли сделала реверанс:

— Я, миледи. Леди Диана пожелала, чтобы я ее сопровождала, а я всегда рада ей услужить. Виктория одобрительно кивнула:

— Спасибо, Тилли. Я рада, что моя своевольная племянница не совсем забыла о приличиях. — Она снова повернулась к Диане: — Итак, ты побывала в Таттерсолле и в конюшне, конечно. Что бы на это сказала твоя мать?

Услышав этот вопрос, вперед выступил Стивен:

— Трудно предположить, что бы она сказала. Все зависит от настроения: может, она сделала бы Ане выговор или пожалела бы, что сама не попала на аукцион.

Сняв шляпу, он почтительно поклонился Виктории. Она улыбнулась.

— Bonjour, madame la comtesse. Puis je dire que vous etes ravissante aujourd'hui[2].

— Merci beaucoup, monsieur le due. C'est tres gen-til de votre part[3]. Приятно слышать, что по-французски ты говоришь безупречно, Стивен.

— Мама хочет, чтобы через три года, когда я вступлю во владение своим поместьем во Франции, я не выглядел иностранцем перед прислугой.

— Твоя мать — очень мудрая женщина. Но раз ты проделал такой путь, могу я пригласить тебя остаться на несколько дней? Ты давно у нас не бывал.

— Благодарю вас, но на этот раз не получится. Мне придется сразу же отправиться в дорогу, чтобы добраться к родителям до темноты.

Пока Тилли разбирала багаж, а Виктория распоряжалась, куда его отнести, Диана обняла Стивена и поцеловала его в щеку.

— Я хочу тебя поблагодарить за все, что ты сделал для меня. Когда Джеймс вернется, я расскажу, как ты заменил мне его и спас меня, как брат.

— Я буду скучать по тебе, Ана. Мне было хорошо с тобой.

Обнимая его, Диана прошептала ему на ухо:

— Если ты услышишь что-нибудь о смерти Баркли и о расследовании, немедленно дай мне знать.

— Разумеется. Ты можешь на меня положиться.

Простившись с леди Викторией, Стивен сел в карету. Он уже захлопнул дверцу, когда Диана подбежала к окну.

— Стивен, я тебе кое-что на всякий случай положила в карман.

Нахмурившись, Стивен извлек из кармана пачку банкнот. На лице его выразилось изумление.

— Это те же пятьсот фунтов! Когда ты… Как ты… Я не видел, как ты положила мне их в карман.

— Ну, конечно, ты не видел, — подмигнула ему Диана. — Это еще один фокус, которому обучил меня дядя Рори.