Джоан Вулф - Риск

Дверь открыл тот же одетый в зеленый бархат лакей, что и в прошлый раз. Однако обратился он ко мне совсем по-другому.

— Мисс Ньюбери, — промолвил он, — мы вас давно ожидаем. — И с этими словами широко распахнул дверь:

— Заходите.

И вот я снова вошла в зеленый мраморный парадный холл Мэнсфилд-Хауса.

— Лорда и леди Уинтердейл сейчас нет дома, — сообщил мне лакей. — Полагаю, леди Кэтрин у себя в комнате. Позвольте, я пошлю за ней.

— Да, будьте любезны, — сказала я.

Меня провели в комнату слева от холла — гостиную, а не просто приемную, как в мой предыдущий визит. Это знак того, что мое положение в доме значительно повысилось, решила я.

Гостиная была отделана в бледно-розовых и бордовых тонах и имела три огромных окна с выходом на улицу, занавешенных темно-красными портьерами. Мраморный камин окружали несколько изящных стульев, обитых розовой тканью. Хрустальная люстра свисала с потолка, расписанного, по-видимому, в стиле Ангелики Кауфман

. Кроме того, в комнате находились шкаф из розового дерева с выдвижными ящиками, книжный шкаф-секретер, розовый диван и пара кресел.

Я осторожно присела на краешек обитого шелком дивана, положила руки на колени и стала ждать.

Пять минут спустя в комнату вошла девушка примерно моего возраста. Ее волосы неопределенного каштанового оттенка были взбиты у висков в мелкие локоны. Она носила очки, была очень худенькой, и взгляд, который она бросила на меня, был отнюдь не высокомерным — скорее застенчивым.

— Мисс Ньюбери? — смущенно пропищала она тоненьким голоском.

— Да, — сказала я, поднимаясь.

— Я Кэтрин Мэнсфилд. Мне сообщили, что мы будем вместе представлены в этом сезоне.

Вот уж не ожидала, что Кэтрин Мэнсфилд выглядит именно так!

— Рада с вами познакомиться, — сказала я, с улыбкой протягивая ей руку. — Ваша матушка оказала мне большую любезность.

Она опустила голову, бросив на меня быстрый взгляд. Я успела заметить, что глаза ее, прятавшиеся за стеклами очков, прелестного голубого цвета. Она быстро, но твердо пожала мою руку.

— Да, — тихо промолвила она. — Жаль, что мамы сейчас нет дома. Я покажу вам вашу комнату.

— Благодарю, — сказала я. — Это очень мило с вашей стороны.

В этот момент в комнату вошла высокая полная женщина и встала за спиной Кэтрин.

— Вы, должно быть, мисс Ньюбери, — объявила вновь прибывшая властным тоном. — Меня зовут миссис Хокинс, я экономка его светлости. — Она бросила на Кэтрин суровый взгляд. — Я провожу мисс Ньюбери в ее комнаты, леди Кэтрин.

— Д-да, конечно, — пролепетала Кэтрин.

Думаю, именно ее смущение и беспомощность заставили меня сделать то, что я сделала. Я многие годы заботилась об Анне, и материнский инстинкт во мне сильно развит. Я шагнула вперед и высокомерно промолвила:

— Это очень любезно с вашей стороны, миссис Хокинс, и я очень рада познакомиться с вами. Однако леди Кэтрин только что сказала, что сама покажет мне мою комнату. — Я взглянула на Кэтрин и улыбнулась. — Это даст нам возможность поближе познакомиться друг с другом.

Миссис Хокинс воззрилась на меня в безмолвном изумлении. Очевидно, она не ожидала, что юная подопечная ее хозяина осмелится ей перечить. Но я слишком рано начала вести хозяйство в доме своего отца, чтобы позволить какой-то экономке взять над собой верх.

— Идемте же, леди Кэтрин, показывайте мне дорогу, — прибавила я уже более спокойным тоном, направляясь к двери. Кэтрин засеменила за мной, словно утенок за своей мамашей-уткой.

Как только мы оказались в огромном холле, отделанном зеленым мрамором, я остановилась и с улыбкой повернулась к леди Кэтрин.

— Теперь я пойду за вами, — сказала я.

— Пожалуйте сюда, — промолвила она голосом чуть более твердым, чем несколько секунд назад, и повела меня к огромной винтовой лестнице, по которой я уже раз поднималась в библиотеку графа. Лестница была окрашена в белый цвет, перила — из полированного дерева, под потолком на третьем ярусе имелось гигантское окно, сквозь которое лился дневной свет.

— Этот дом выглядит огромным даже для лондонского особняка, — заметила я, чтобы поддержать беседу, пока мы поднимались по лестнице. — Те дома, что мне приходилось видеть раньше, гораздо скромнее и не такие просторные.

— Да, он вдвое превосходит другие особняки. Поэтому мой дедушка смог разместить на втором этаже бальную залу, — сказала леди Кэтрин. Мы прошли первый пролет, остановились на втором этаже, и она жестом указала на ряд широких дверей вдоль стены. Двери были заперты.

— Здесь находится бальная зала, а позади лестницы — еще две гостиные и приемная, которая выходит в сад на заднем дворе.

Она рассказывала о расположении комнат так, словно выросла здесь, и я подумала, что так оно, вероятно, и было.

— Спальни находятся на третьем этаже, — добавила Кэтрин и повернулась к лестнице. Когда мы дошли до третьего этажа, я увидела, что он состоял из коридора, по обеим сторонам которого тоже виднелся ряд дверей.

Мы пошли по коридору.

— Вот моя спальня, — сказала леди Кэтрин, помедлив перед дверью, находившейся Примерно посередине коридора, а потом замялась и в замешательстве прикусила губу. — Вы знаете, кажется, я забыла спросить миссис Хокинс, куда она предполагала вас поместить, мисс Ньюбери.

— А что, если я расположусь в соседней с вами спальне? — спросила я.

— О, я не знаю… — Она замялась в нерешительности. — Полагаю, это можно устроить. Если матушка не будет против.

— Видите ли, я никого не знаю в Лондоне, и мне было бы так удобно жить по соседству с подругой, — сказала я и нахально распахнула соседнюю дверь.

Комната оказалась премиленькая, с голубыми стенами, белым оштукатуренным камином и старым голубым турецким ковром на полу. Дверь направо, вероятно, вела в гардеробную. Огромная кровать с голубыми шелковыми драпировками, удобный мягкий стул, обитый тканью с набивным рисунком, придвинут к камину. Два маленьких окошка располагались высоко на стене, вероятно, с таким расчетом, чтобы быть выше уровня парадной двери дома напротив. Одно из неудобств лондонских домов заключается в тесноте улиц — свет почти не попадает в окна.

— Какая прелестная комнатка, — заметила я.

Позвякивание ключей в конце коридора возвестило о приближении экономки.

— О, — пробормотала я, — вот и сам дракон пожаловал.

Леди Кэтрин бросила на меня изумленно-испуганный взгляд.

Миссис Хокинс появилась в дверях спальни, заслонив от нас коридор своей мощной фигурой.

— Это вовсе не та комната, что леди Уинтердейл собиралась отдать мисс Ньюбери, — заявила она, обращаясь к леди Кэтрин.