Тэсса Дэр - Зачем ловеласу жениться

Но почему же она сказала «да»? Что заставило ее так поступить?

Безумие — иначе нельзя назвать этот ее поступок. Минутное умопомрачение.

Но об этом никто не должен знать. Принять предложение руки и сердца на первом же балу — это, разумеется, глупейший поступок. Но расторжение помолвки на следующий день — еще хуже. Если она так поступит, то все подумают, что Бел Грейсон — чрезвычайно легкомысленная девица, склонная к бесконтрольным эмоциональным порывам. А влиятельная леди ни в коем случае не должна быть такой. Конечно, решение это было принято в момент безумия, но, как резонно заметил сэр Тобиас, она в любом случае сумеет добиться своей цели. Главное — держаться с достоинством, так, чтобы никто не заподозрил ее в легкомыслии.

— Да, верно, все произошло очень быстро, и я этому рада, — добавила Бел, усаживаясь за стол. — Но зачем нам понадобилось так рано уезжать с бала? Ведь люди хотели нас поздравить…

— Не с чем вас поздравлять. Пока не с чем. — Грей воткнул вилку в кусок ветчины и ожесточенно полоснул ветчину ножом. — Я еще не дал своего согласия.

Бел уставилась на него во все глаза:

— Ты берешь обратно свое слово? Ты ведь обещал мне, что я смогу выйти замуж за любого мужчину — по собственному выбору.

— Не надо было ничего обещать, — проворчал Грей. — Я ужасно сглупил с этим своим обещанием.

Взяв на себя роль посредника, София сказала:

— Грей хочет поговорить с Тоби, прежде чем даст свое официальное согласие. Джосс тоже хочет с ним встретиться. Пусть он не твой опекун, но он тоже твой брат.

— А где сейчас Джосс? — спросила Бел.

— Понес завтрак в детскую. У маленького Джейкоба зубки режутся, и он капризничает.

— Черт возьми, что сказал тебе этот человек? — спросил Грей, снова взявшись за газету. — Как он заставил тебя принять предложение?

— Ничего особенного он не говорил, — ответила Бел. — И он не лгал мне. Просто мы побеседовали… и пришли к выводу, что прекрасно подходим друг другу.

— Прекрасно подходите друг другу? — переспросил Грейсон. — Но если он действительно тебе не лгал, то тогда он, наверное, рассказал тебе о…

— Подожди, Грей… — с укоризной в голосе прошептала София.

Грейсон с женой обменялись выразительными взглядами, после чего он со вздохом кивнул. София же, повернувшись к слугам, жестом дала им понять, что отпускает их. Потом, взглянув на Бел, тихо сказала:

— Прежде я не знала, до какой степени могу быть с тобой откровенна, но сейчас… — Она опять посмотрела на мужа, и тот снова кивнул. — Так вот, дорогая, я должна кое-что тебе рассказать. До того как я встретила твоего брата, я была помолвлена с другим мужчиной. Я была помолвлена с Тоби.

Бел подавилась гренком.

— Нет, не может быть…

— Да, моя дорогая. Мы должны были пожениться в декабре прошлого года.

— И что же произошло?

София разглаживала на скатерти несуществующую складку.

— Я солгала ему и всем своим друзьям и родным. А затем убежала.

— Но что такого ужасного совершил сэр Тоби? Что заставило тебя сбежать от него?

— Нет-нет, ничего не совершил. Тоби был истинным джентльменом. И вел себя безупречно. С сожалением вынуждена признать, что все ужасное и непростительное совершила я. Разумеется, я счастлива с Греем. Но мне до сих пор стыдно за себя, за то, как я поступила с Тоби.

Бел в изумлении смотрела на Софию. Выходит, сэр Тоби был с ней помолвлен… Но если так, то, может быть… нет-нет, невозможно!

Грей вполголоса выругался и процедил сквозь зубы:

— Грязная трюмная крыса — вот кто он такой, этот твой сэр Тоби. Он зол на меня за то, что его невеста досталась мне, поэтому сейчас пытается мне отом… — Он замолчал, перехватив осуждающий взгляд Софии.

— Отомстить тебе, женившись на мне?! — возмутилась Бел. — Ты полагаешь, что сэр Тоби мог сделать мне предложение только для того, чтобы тебе отомстить? А ты не думаешь, что я могла ему понравиться? Неужели ты считаешь, что я такая…

— Успокойся, дорогая, — пробормотал Грей. — Конечно же, ты должна нравиться мужчинам. Но, учитывая события недавнего прошлого и его поспешную напористость… — В очередной раз посмотрев на жену, он со вздохом умолк.

— Ты ошибаешься, — заявила Бел. — Ведь сэр Тоби даже не знал, кто я такая.

Грей и София уставились на нее во все глаза.

— Да, не знал, — продолжала Бел. — Когда мы… Когда мы с ним вышли из бального зала, он даже не подозревал, что я — сестра Грея. Когда же я сказала ему об этом, он искренне удивился. И еще больше удивился, когда я сказала, что ничего о нем не знаю. Он был уверен, что вы говорили мне о нем.

— Это моя вина, — пробормотала София. — Мне следовало тебе все рассказать. Очень жаль, что я не рассказала тебе об этом раньше. Извини, дорогая…

— Не извиняйся, — проворчал Грей. — Ты ни в чем не виновата. Как ты могла предвидеть то, что произошло вчера на балу? Обычно между знакомством и помолвкой проходит какое-то время, так что подобные дела можно спокойно обсудить, а тут… — Грей снова вздохнул. — Бел, ты должна признать, что поспешность, с которой было сделано предложение, не может не настораживать.

— Он тоже ни в чем не виноват. Это я заговорила о браке. Даже не знаю, что на меня нашло… — Бел пожала плечами. — Как-то так получилось… Сначала он был для меня просто красивым незнакомцем, а потом я вдруг заговорила с ним так, словно знала его целую вечность. И он… Мне с ним было очень легко. Он заставил меня улыбаться.

И он поцеловал ее. Этот факт, пожалуй, был самым значительным. Бел не могла забыть тот поцелуй. Всю ночь она вспоминала чудесные ощущения, которые испытала в тот момент, когда губы Тоби прижались к ее губам. И она до сих пор помнила вкус его губ — вкус запретный и необыкновенно сладостный.

— Ладно, не переживай, — сказал Грей. — Когда эта крыса явится к нам сегодня с визитом, я вышвырну его вон. Тебе не придется выходить за него замуж.

— Но я должна за него выйти, — возразила Бел. — Иначе что скажут люди?

— Они скажут, что ты пришла в чувство, что к тебе вернулся разум.

«Тогда люди узнают, что я в тот момент действительно лишилась рассудка, — подумала Бел. — Они будут считать меня чрезвычайно легковерной и впечатлительной девушкой. Или, что еще хуже, на редкость легкомысленной».

— Я выйду за сэра Тоби, — решительно заявила Бел. Она повернулась к Софии: — Что было, то прошло. Я не понимаю, почему твоя прежняя помолвка должна как-то влиять на мою. Говори что хочешь, но я не вижу в его поступке злого умысла.

— Если честно, то и я не вижу, — сказала София.

Пока Грейсон ворчал и фыркал, делая вид, что занят своим завтраком, София отодвинула тарелку и, освободив место на столе, положила перед собой пачку газет, перевязанную бечевкой.