Киви Берд - Гигабайты власти

Позволит загадочный «брат» раскрыть свое имя или нет – пока неясно. Не исключено, что завеса тайн так и будет окружать всю эту историю. А потому при подготовке данного материала я решил связаться непосредственно с профессором Майком Ли, благо он, с одной стороны, вроде как давно уже не при деле, а с другой стороны просто не может не знать, что там происходило на самом деле вокруг Irvine 3D VASP и Blue Gene.

К моему, честно говоря, удивлению господин Ли ответил на первый же краткий запрос практически моментально – в тот же день. Ответ его, правда, оказался весьма скупым на подробности и практически неинформативным (по сути дела, он лишь вежливо поинтересовался, что мне вообще известно о Irvine 3D VASP). Относительно же моих предположений о прозрачной связи между сворачиванием совместного терафлопсного проекта Irvine Sensors/Aspex Microsystems и последующим запуском программы Blue Gene, профессор Ли выразился так: «Ваши построения выглядят интригующе, но, вероятно, они безосновательны».

Тогда мне пришлось «обосновать»: развернуть аргументацию и подробно рассказать то, что известно – и о тотальном молчании прессы про Irvine 3D VASP, и об изъятии в Интернете всех страниц с информацией о пакетировании процессоров Aspex, и вообще об отсутствии содержательных упоминаний о технологии VASP (даже на сайте университета Brunei, где она рождалась). Ну и о весьма похожих характеристиках аппаратной части Blue Gene, естественно.

Ничего не ответил на это профессор. Да и что тут может ответить порядочный человек, желающий оставаться честным, если на правду – словно на постыдную историю – почему-то наложен запрет.

Глава 4. Важнейшее из искусств

Начало 1930-х годов в Америке – это полный упадок экономики, бездеятельность коррумпированных властей и мощный расцвет криминальных империй, чувствующих свою безнаказанность. Как естественное следствие – общий «кризис ценностей» в обществе. Газеты, журналы и фильмы переполнены историями о героях-гангстерах и об их громких преступлениях – похищениях миллионеров с целью выкупа, грабежах банков средь бела дня и прочих дерзких налетах. Правоохранительные органы на этом фоне выглядят тупыми и неэффективными, так же как, впрочем, и все остальные правительственные структуры.

В 1933 году, пообещав американскому народу «новый курс», к президентской власти приходит Франклин Делано Рузвельт. Для ведомства Гувера (который в этот раз умудрился сохранить свой пост буквально чудом) новый курс означал прежде всего необходимость каких-то эффективных, ярких действий по обузданию преступности. И случилось так, что именно в это время в Бюро расследований находится весьма подходящий человек – глава чикагского отделения ФБР Мелвин Первис. Под руководством спецагента Первиса проводится целая серия успешных операций, в ходе которых были застрелены самые знаменитые в ту пору бандиты – Джон Диллинджер, «Красавчик» Флойд и «Мордашка» Нельсон.

Наряду с успешными рейдами Бюро против гангстеров, в средствах массовой информации Гувером разворачивается активнейшая пропаганда нового образа доблестных служителей закона. На радио создали серию радиопередач под общим названием «G-Men» («джи-мены», от Government Men, как начали называть федеральных агентов), содержание которых взялся контролировать лично Гувер. Правда, у директора ФБР не оказалось ни малейших драматургических талантов, и он все время норовил заменить драки – погони – перестрелки тонкой аналитической работой сыщиков и криминалистов. В результате радиосериал получился сухим и скучноватым, посему долго не протянул.

Чуть позже, в 1936 году была запущен комикс «Война преступности» и пара бульварных журнальчиков под названиями G-Men и The Feds («феды», так называли федеральных агентов гангстеры). Вся эта незамысловатая печатная продукция предельно доступным для детей и простых людей способом всячески прославляла деятельность ФБР, а его шефа Эдгара Гувера изображала просто-таки национальным героем номер один.

Вообще-то поначалу главнейшим героем в глазах американской прессы был спецагент Мелвин Первис. Ведь именно он непосредственно возглавлял главные операции по захвату и уничтожению преступников. (В ходе этих рейдов Первис вопреки всем полицейским инструкциям неоднократно лично добивал раненых гангстеров.) Естественно, на первых порах столь энергичный и успешный в делах сотрудник был любимцем Гувера, остро нуждавшегося в эффектных результатах. Но по мере роста восторгов публики и обостренного внимания прессы к личности Первиса, уже успевшего заслужить в народе титул «ас джи-менов», шефа ФБР начала обуревать ревность. Гувер стал поручать Первису совершенно безнадежные дела, засовывать в нудные бюрократические комиссии, превращая некогда яркую службу в невыносимую своим занудством пытку.

Не желая сносить унижения, Мелвин Первис довольно скоро, летом 1935 года, уволился из ФБР. Однако ревнивый и злопамятный шеф приложил максимум усилий, чтобы и вне его ведомства бывший фаворит не нашел себе сколь-нибудь приличной работы. Преследования и тихая месть Гувера продолжались до конца жизни Первиса в 1960 году. Сначала шеф ФБР мощно надавил на Голливуд, заставив киношников отказаться от мысли взять Первиса консультантом по криминальным вопросам. Далее же делалось все, чтобы не подпускать Первиса к работе, хоть как-то связанной с деятельностью правоохранительных органов. В 1952 году Гувер помешал Первису стать федеральным судьей, а когда Первиса пригласили на работу в Сенат, директор ФБР приказал своим сотрудникам подготовить на него компромат.

Но все это будет много лет спустя, а в 1935 году, убрав на пути к славе досадное препятствие в виде этого «аса джи-менов», Гувер еще активнее занялся рекламой собственной персоны и возглавляемого им ведомства. Особая роль здесь отводилась кинематографу, поскольку Голливуд и сам был готов оперативно реагировать на перемены. В 1935 году было начато производство целой серии кинофильмов под общим названием «Джи-мен». Отважный и бескомпромиссный облик борцов с преступностью из ФБР стал особо удаваться еще и потому, что новые американские законы о цензуре теперь дозволяли изображение гангстеров на экране лишь в тех случаях, когда их в конечном счете либо арестовывают, либо убивают федеральные агенты.

Поворотной точкой в развитии жанра гангстерских фильмов историки кино чаще всего называют картину «G-Men» режиссера Уильяма Кейли. Фильм был, в общем-то, рядовой по всем художественным параметрам, но вплоть до этой ленты в подавляющем большинстве такого рода картин главными героями были сами гангстеры. В этом же фильме, напротив, настоящими героями становятся федеральные агенты, преследующие бандитов. Причем главную роль – опытного адвоката, поступившего в ФБР, чтобы отомстить преступникам за смерть друга-агента – исполняет кинозвезда тех лет Джимми Катни, прославившийся именно в ролях благородных и неуловимых гангстеров.