Кирилл Клерон - Вампиры в Москве

Нет, я не критикую блевотный общепит и замшелую туалетную индустрию. Не тяну время в поисках ускользнувшего вдохновения. Я просто доходчиво объясняю, что привело законопослушного советского инженера на технический этаж десятиэтажки, что заставило его свернуть с натоптанного пути вечернего променажа от работы до дома. Именно на этом техническом этаже, кое-как устроившись за небольшим выступом, опершись рукой на железную ступеньку лестницы, ведущей на чердак, инженер спустил штаны и начал… Ну да прочь натурализм!

Он еще ничего не успел, как на этаже остановился лифт. Весь напрягся бедный Гарольд и колоссальной силой воли сжал желудок, дабы задержать вонючий поток. Вот сейчас жильцы почувствуют едкий фекальный запах или услышат шорох, поднимутся. Ему будет очень стыдно, как в детстве, застигнутом за воровством варенья из холодильника. Но тогда, помимо стыда, он отделался формальным подзатыльником и короткой нравоучительной лекцией. А сейчас можно и в милицию загреметь за антиобщественный поступок! Кошмар!!!

Впрочем, у поднявшихся на лифте превалировали другие заботы, нежели желание застукать нарушителя порядка. Краем глаза — единственной подвижной частью своего окаменевшего тела, инженер видел, как два свирепых бугая грубо выталкивали связанную девушку с заклеенным пластырем ртом. Несчастное создание умудрилось ненадолго «застрять» в дверях лифта, упершись ногами в проем и некоторое время безуспешно сопротивлялась. На шум открылась дверь одной из квартир, откуда выскочил еще один бугай — соучастник, как сразу просек Гарольд. Втроем-то они и затащили девушку во внутрь.

У бедного и изрядно побледневшего инженера временно прекратился понос, ибо не оставалось никаких сомнений в интерпретации происходящего. Он видел таких же бугаев с мощными торсами и бритыми затылками в передаче Человек и закон. Если отбросить вариант с изнасилованием, оставалось одно — похищение.

Надо срочно бежать в милицию и все рассказать, но как же сподручнее надеть штаны? Он ведь и не подумал газетку захватить, но не пальцем же?! А если все-таки пальцем и о стену вытереть?

Тем временем, та дверь снова открылась и два злодея вышли на лестничную клетку покурить да побазарить:

(— ну, все, инженер, отчертился. сейчас тебя самого в шестеренку согнут и не поморщатся)

И действительно, один из злоумышленников, жирный такой, в майке с короткими рукавами и с татуировкой змеи, пронзенной кинжалом на огромном бицепсе, подозрительно повел чуть расплюснутым носом и поморщился:

— Превратили подъезды в сортиры, срут везде. Пидоры…

— А квартиры — в КПЗ, — второй амбал пребывал в лучшем настроении и шутил.

— Да, на хрена мы девку сюда приперли?! Нет бы сразу вывезти на дачу в Лыськово.

— Как сказали, так и сделали. Седого учить будешь?

— Да нет, я просто…

Через две затяжки жирный снова забеспокоился:

— Ну, Вась, а как думаешь, папаша-то раскошелится?

— Раскошелится в натуре, куда денется. Дочка то одна. А нет, так и его долбанем.

— У него охрана.

— Охрану — по боку. Всех положим. А бабок у него — море. Видал, какое здание на Тверском бульваре отгрохали? А тачка — шестисотый, и не простой. Говорят — бронированный, как у американского президента.

— Да ну?

— Вот тебе и да ну. Все отдаст и еще спасибо скажет. Говорю тебе, .ля буду. Бабок у него море. Во всех газетах только и видишь: Прогма, прагма.

— Ты что, газеты читаешь?

— Рассказывали. Так что пустим козла голым в Африку… Мечтательно причмокнув и недоверчиво оглядевшись по сторонам, сообщники скрылись за дверью.

Ждать дальше становилось все бессмысленнее и опаснее, да и неприятный запах быстро распространялся. Это инженер вычислил. Вычислил и то, что сейчас желательно забыть о грязной заднице, ибо надо вспомнить о сохранности ее самой. Не до жиру!

Кое-как натянув штаны, инженер на карачках, чтобы в дверной глазок не увидели спустился до девятого этажа, потом быстро сбежал на пятый и только там вызвал лифт. На выходе из подъезда ему попалась милая девушка, которая так презрительно и уничтожительно посмотрела на него, словно он обгадился. Да уж, чего греха таить, вид непрезентабельный — весь в пыли, коленки брюк грязнущие, а какой «аромат»… Но разве это имеет хоть какое-то значение, если жив?

На улице моросило, мокрые машины тщетно пытались пробить фарами туман и дико сигналили, дабы избежать столкновений. Эта погода, не характерная для июля, навевала неприятные размышления о московском климате, который быстро портится, как и все остальное, но Гарольду было не до метких наблюдений и умных вывод. Он трусцой бежал до дому, косясь по сторонам и принимая каждый куст за преследователя, а каждую торчащую ветку — за дуло автомата или даже пушки. Дрожали поджилки — дурацкая фраза, но предельно точно описывающая состояние Гарольда. И, все-таки, опасность уже миновала. Никакие это не преследователи, а обычные кусты. Он их обманул, бритоголовых бугаев, и знает их тайну. Да что с ней дальше делать?!

Дома Гарольд отдышался, помылся, подмылся и принял целых пять таблеток активированного угля — отлично помогает при поносах, рекомендую. Испачканную одежду завернул в несколько слоев газет, в полиэтилен и спрятал на балконе, чтобы жена не унюхала. Завтра он незаметно отнесет сверток в прачечную и — концы в воду. Далее принял тридцать капель валерианы, которая отлично успокаивает, а еще далее рюмочку отличной наливки Брусника на спирте, которую держали для особых случаев.

Сегодня он заслужил рюмочку, и не одну. И не три. Он сегодня просто герой!

Чуть позже пришла жена со второй работы и, как обычно, начала выступать-выговаривать:

— Что ты так поздно заявился? Я уже устала звонить, чтобы не забыл купить куриных яиц. Забыл?

— Завтра куплю.

— Ну тогда останешься без завтрака. И, кстати, чем это пахнет?

— Пахнет? Может, канализация у соседей протекла…

— Не валяй дурака, какая еще канализация?! К наливке прикладывался?

— Да я лишь глоточек…

— Может праздник какой, денег заработал?

— Нет, но скоро…

— Эх, ты…

У жены по причине усталости отсутствовало настроение в очередной раз объяснять Гарольду, какой он пустоцвет и недотепа, как она кошмарно ошиблась, выйдя за него замуж. Отсутствовало — ну и хорошо. Сейчас ему не до семейных сцен, он так взвинчен, что и табуреткой огреть может. Догадливая жена благоразумно хлопнула дверью в свою комнату, а догадливый муж понял, что не только завтрашний завтрак, но и сегодняшний ужин отменяются. Да какая разница, если жив?!

А наутро и по телевизору, и по радио трубили о похищении дочери известного банкира, предпринимателя и даже мецената. Вышла дочурка из модного бутика с дорогими покупками, телохранителя битой по башке огрели, череп проломили, а банкирскую «кровиночку» затолкали в тачку — вроде белые Жигули и увезли. Неизвестно куда и зачем. Выступал расстроенный отец, обещая крупное вознаграждение за помощь в розыске.