Рассказы (Сборник) - Алексей Александрович Провоторов

не дошли до двери, как хозяин свистнул перебегавшему двор подручному и кивком указал на моего коня. Я шёл чуть позади и поймал парня за рукав, когда тот пробегал мимо.

— Можешь отвести его в стойло и почистить, но овса ему не давай, — сказал я, наклонившись к нему. — И держись подальше от его морды.

— Хорошо, сэр; — удивлённо ответил мальчишка. — А как его имя?

— Лучше тебе не знать, — ответил я, и, отпустив мальца, вошёл в дверь вслед за хозяином.

…Позавтракал я за отдельным столиком, в углу, разместившись так, чтобы видеть всех входящих в трактир. Впрочем, никто, кроме слуг, так и не вошёл. Лишь позже в дверь просочились двое, и заказали дешёвое пиво.

Сначала в зале было пусто. Мне предложили целое море холодных закусок; но завтрак уже готовился, и я дождался, пока не появились проснувшиеся постояльцы и нам не подали горячее.

Наевшись, я некоторое время наблюдал за людьми в зале, потягивая яблочное вино, среднее и по цене, и по качеству. Дороже здесь ничего не нашлось, хотя кормили тут и вправду неплохо.

Гостями у хозяина были трое мужчин. Два знакомых между собой торговца средней руки, обсуждавших какую-то сделку, из-за которой они здесь и встретились, и ещё один человек, старше их, одетый в чёрное с зелёным. Он подсел к ним, и они заговорили об отвлечённом. Те два худых рыжих мужика, что пили пиво, сидели в стороне. Молча.

Через какое-то время я отставил кружку и принялся за работу. А именно встал, подозвал прислугу, заказал вина на четверых и направился к столику купцов и их знакомого.

Я медлил, чтобы подоспеть к их столу одновременно со служанкой, подающей мой заказ. Мимоходом глянув в окно, я увидел, что поднимается ветер и собирается дождь.

— Доброго вам утра, господа, — сказал я. — Если вы не откажете мне и моему скромному угощению, я хотел бы присоединиться к вашей беседе. Возможно, своими ответами на мои вопросы вы поможете мне в поисках, которые я сейчас веду?..

Когда общие фразы были сказаны, три имени были названы, и об одном было забыто, я решил, что пришло время задать тот вопрос, который искренне не давал мне покоя.

— Не встречали ли вы, господа, в своих странствиях девушку, называющую себя Эдной, с тёмными волосами и босыми ступнями, путешествующую пешком? — Я посмотрел на них с надеждой.

— Она шла в зелёном платье? — спросил первый собеседник.

— Лицо её было печально, будто она только что плакала и вот-вот снова заплачет? — спросил второй собеседник.

— Она шла в сопровождении стаи бродячих собак? — спросил третий из них, одетый в чёрное с зелёным.

Их ответы заставили дрогнуть что-то глубоко внутри меня, и, борясь с горячей волной, я ответил им «да». Гораздо тише, чем хотел.

— Где вы встречались с нею? — спросил я, и голос не подвёл меня лишь потому, что я очень потрудился над этим.

— Она проходила здесь два дня тому назад, — сказал первый собеседник.

— Да, она проходила здесь два дня тому назад, — повторил второй собеседник.

— Я слышал о ней в Лаге, — ответил третий собеседник, тот, что был старше их.

Лаг… Его мне пришлось обойти, по причинам, что некогда зависели от меня. Вспомнилось, как сидя спиной к развалинам цитадели, я выбирал: посещать мне Лаг или нет? И выбрал — не посещать.

— Какое же селение лежит дальше на север по этой дороге? — спросил я. — И сколько до него дней пути?

— Я не знаю, — сказал собеседник, одетый в зелёное с чёрным.

— Алвиния, Город Четырёх Дубов, — хором ответили оба купца.

— А дней пути туда — сутки на коне, — добавил второй из купцов, и на этот раз оба других смолчали.

За моей спиной снова скрипнула входная дверь. Я обернулся через плечо, но это те двое допили пиво и покинули трактир.

— Спасибо, — сказал я, вставая. — В благодарность за помощь я не пожалел бы многого, но обладаю лишь малым.

— Не стоит благодарности — помочь рыцарю отыскать даму. — Человек в зелёном с чёрным наградил меня титулом, который был для меня заказан. — Но вчера её искал ещё один рыцарь.

За окном послышался топот отъезжающих лошадей.

— Какой? — спросил я, зная, что тот, о ком я подумал, вряд ли назовётся чужим именем.

— Он сказал, что его зовут Антуаном из Мелгели; скакал он в латах и на гнедом коне, и спешился у крыльца, чтобы задать те же вопросы, что и вы.

Проклятье. Я вдруг поймал себя на том, что думаю о худшем.

— Успел ли он нагнать её? — спросил я, не заботясь более о том, увидят ли они, как я меняюсь в лице, или нет. — И в какое время суток он проезжал здесь?

Я увидел тревогу в их лицах. И, к сожалению, она была не напрасной, о нет.

— Если скакал всю ночь напролёт — то да, — ответил купец. На улице пошёл дождь. — Он проезжал тут за два часа до заката, и очень спешил.

— День… Ответьте мне, а не заметили ли вы у него на левой руке кольца, из голубого металла, с зерном фиолетового камня, называемого жадеит или джейд?

— Позволь припомнить… — моё волнение явно передалось купцу. — Да, странник, камень был. Был в кольце на левой руке, а правая была в латной перчатке. Вторая же перчатка была заткнута за пояс.

— Благодарю. — Я повернулся к двери, и пальцы мои сжались в кулак.

Потом я обернулся.

— Скажите мне напоследок, — мысленно я был уже на коне, и чувствовал рукоять меча у седла, у левого локтя; — видел ли кто-нибудь из вас или другие его герб?

— Нет, — ответил купец, глядя мне в глаза. В глазах его я увидел сопереживание. Этим длинным словом называют всё-таки хорошее чувство.

— Щита при нём не было, грудь он прикрыл походным чехлом, коим рыцари прикрывают броню от пыли во время скачки; — своим объяснением он дал мне понять, что всё же знает, что я не ношу титула. — Конь же его был без попоны и нагрудника; скакал он на гнедом жеребце не старше четырёх лет. А что, путник, Антуан из Мелгели опасен для той девушки?

— Поверьте мне, добрые люди: для девушки было бы лучше, если бы за нею гналась стая волков, или крылатый-рогатый. Или Знающий Слово.

При этом мои собеседники непроизвольно сложили руки в одинаковом жесте — выставив вперёд мизинец и указательный палец. И моё желание покинуть трактир стало ещё сильнее.

Я вышел, на ходу бросив на стойку тяжёлую золотую монету, с