Евгений Кусков - Из тьмы

Двигатель по-прежнему был заведён, поэтому водитель не услышал скрипа заднего сиденья, а когда перед его глазами мелькнул нож, было слишком поздно. Лезвие вонзилось точно в сердце, не оставляя человеку никаких шансов. Джейсон выбрался из салона через заднюю дверь и подошёл к водительской. Открыв её, он наклонился и расстегнул куртку на теле Фрэнка. По рубашке стремительно расплывалось огромное красное пятно. Харпер разорвал её, вынул нож из убитого и провёл им по своему запястью, вскрывая вены. Из пореза не вытекло ни капли крови — вместо этого оттуда медленно поползла густая чёрная жижа. Он поднёс руку к ране на груди водителя, смотря, как вещество перетекает прямо в неё. Спустя минуту он отстранился, встал в полный рост и рухнул на землю, спиной вперёд.

Джейсон Харпер снова стал тем, кем и должен был быть — трупом.

В салоне "Меркюри" возникло движение.

Фрэнк Вэттер повернул голову и посмотрел на останки подле машины. Всё удалось как нельзя лучше — мало того, что новое тело давало больше преимуществ и возможностей ввиду своей свежести, так ещё и полиция более не представляет угрозу, ведь они будут думать, что "преступник" мёртв. Теперь-то можно продолжить прерванное продвижение к цели.

Фрэнк вышел наружу, безразлично переступил через труп и, обойдя автомобиль, как следует захлопнул едва прикрытую правую заднюю дверь, через которую Джейсон проник в салон. После этого он вернулся за руль.

"Меркюри" неспешно развернулся и двинулся в сторону Питтсбурга.

Рэю сразу стало понятно — что-то не так.

"Плимут" остановился в десятке ярдов от "Блейзера", который стоял уже в другом положении. Полицейский "Джип" объехал "Фьюри" и тоже замер. Водитель покинул автомобиль и сразу же увидел тело, распростёртое посреди дороги. Взглянув на выходящего из "Кристины" Дженсона, он направился к покойнику.

— Осторожно! — предупредил Рэй, не имевший никакого желания отходить от своей машины и приближаться к чёртовому зомби.

Офицер подошёл к трупу и присел рядом с ним. Уже практически не сомневаясь, он всё-таки проверил пульс и убедился в его отсутствии. Судя по травмам на лице, этот парень умер явно не в блаженстве.

— Что там? — услышал он за спиной и обернулся, вставая.

— Он мёртв.

— Вы уверены? — в голосе Рэя отчетливо прозвучало сомнение.

— Определённо. Так, — полицейский подошёл к "Чероки" и открыл заднюю дверь, — залезайте.

— Не понял? — переспросил Дженсон.

— Произошло убийство, и вы в нём замешаны.

— Минуточку, — поднял руку Рэй, — этот тип сам на меня напал. Кроме того, он был жив, когда я уезжал.

— Или доживал последние мгновения. Если ваша версия событий подтвердится, и вы действительно действовали в рамках необходимой обороны, то вам нечего переживать. Если же нет… В общем, лучше садитесь в машину.

— Ну… не знаю, — пробурчал Дженсон, выполняя приказ и забираясь на заднее сиденье патрульного "Джипа". — А как же "Кристина"?

— Кто?

— Моя машина. Что с ней будет?

— Ах, машина, — офицер мельком улыбнулся. — Отгоним её на нашу стоянку, где она будет в полной безопасности. Не волнуйтесь об этом.

После этого захлопнул за ним дверь и взял рацию, натянув шнур на полную длину, чтобы разговаривать, находясь снаружи:

— Центральная, это снова девятый…

Рэй машинально слушал полицейского, пытаясь привести мысли в порядок. Он не винил копа за то, что тот его заподозрил, ведь это более чем логично. Откровенно говоря, его даже не волновало то, что у полиции могут возникнуть сомнения относительно "необходимой самообороны" (в конце концов, "угонщик" и пальцем его не успел тронуть). Что его действительно беспокоило, так это труп, лежащий в десятке футов от "Чероки". Как-то не верилось, что он и вправду мёртв — ведь он был таковым с самого начала, едва Дженсон его увидел возле своего "Плимута".

"Может, показалось? — задал себе банальный вопрос он и сразу ответил: — Ну да, как же! Можно подумать, такая рана на спине, как у него, совместима с жизнью! Но если ошибки нет, то почему он, МОЖЕТ БЫТЬ, дохлый сейчас? Не логично, что-то упущено. Что-то…"

Закончив разговор с диспетчером, офицер положил рацию обратно в салон и облокотился о дверь, глядя на тело. Чутьё подсказывало ему, что сидящий на заднем сиденье парень невиновен. Да и не нужно было обладать какими-то сверхъестественными способностями, чтобы понять — убийство произошло не пятнадцать минут, не полчаса и даже не час назад, а много раньше. Но почему тогда Дженсон утверждает, что этот человек напал на него?

"Мда, загадка", — покачал головой полицейский, продолжая глядеть на покойника.

— Эльза, стой! — раздался откуда-то издали мужской голос, и руки, сжимавшие голову Стивенса, отпустили его.

Чувствуя невесть откуда взявшуюся сильную слабость и озноб, Джон облокотился о стену, другой ладонью потирая лицо. Перед глазами всё плыло, однако завеса быстро рассеивалась, и он уже мог более-менее сносно видеть.

Женщина, схватившая его, молчаливо стояла рядом, опустив глаза. На ней было надето довольно простое и скромное платье. Из-за её спины вышел средних лет мужчина, в волосах которого уже местами проступила седина, облачённый в рубашку и брюки.

— Вы в порядке? — спросил он у Стивенса.

— Не знаю, — честно признался тот, хотя с каждой секундой чувствовал себя лучше, возвращаясь в обычное состояние.

— Вы должны простить Эльзу — она не могла предполагать, что здесь окажется нормальный человек.

— В каком смысле? — удивился Джон.

— Давайте пройдём в более уютное место и там поговорим.

— Некогда мне разговаривать — я должен найти выход отсюда!

— Боюсь, что в настоящий момент это проблема, но немного позже ситуация переменится.

— Чего?

— В общем, идёмте. Заодно отдохнёте немного.

— Ладно, — махнул рукой Стивенс, — прийти в себя мне не помешает.

— Вот и хорошо. Следуйте за нами, — кивнул мужчина и обратился к женщине: — Эльза, домой.

Она послушно пошла вперёд. Джон и незнакомец направились следом.

Шли не очень долго — минут пять, но за это время было преодолено столько поворотов и развилок, что Стивенс окончательно запутался и мог лишь удивляться уверенности, с которой "местные" находили дорогу. У него созрела масса вопросов к этим странным людям, однако слабость давала себя знать, и в первую очередь ему хотелось присесть или — ещё лучше — прилечь.

Наконец, они оказались у лифта явно грузового предназначения, такого же мрачного, как и всё вокруг, и прошли в него. Мужчина нажал несколько кнопок с цифрами, стоя так, чтобы недоумевающий Джон не увидел, что именно он набирает.