Терри Брукс - Бегущая с демоном

Росс натыкается на жаркую стычку на пересечении улиц и поворачивает назад, стараясь скрыться от воюющих. Автоматные очереди прошивают деревянные двери и кирпичные стены и забирают жизни всех оставшихся в живых. Пожиратели, пьяные от своего пиршества, покачиваясь и извиваясь, переполненные восторгом, жадно жрут страх и ярость участников боя. Убийство — самая сильная форма безумия и самый мощный источник их питания, пожиратели слетаются сюда, словно мухи на мед. Они действуют беззвучно, они невидимы. Но в их глазах-фонариках Росс ясно видит наслаждение темными эмоциями, высвобождаемыми при убийстве. Он вспоминает фурий древнегреческих мифов, нагонявших на людей безумие, толкавших их на преступления. Если и были фурии в реальной жизни — именно они и породили пожирателей.

Когда битва затихает, он движется дальше, стремясь к языкам пламени, объявшим город на западе. Ночь опускается на Чикаго, словно гигантский занавес в ужасном спектакле разрушения города. Отвратительные запахи щекочут ноздри — горелая плоть, густеющая кровь. Скоро здесь будут болезни — они-то и добьют выживших после побоища. Тысячи людей впадут в дикое состояние. Сколько их выживет и попробует организовать оборону где-нибудь еще?

Джон достигает развилки, ведущей к главной автостраде восток-запад, но впереди из всех жилищ высыпают нападающие. Они выстраиваются в четыре ряда, и ему непонятна причина таких действий. Росс осторожно отступает, прокладывает путь по задворкам, мимо разбитых витрин, разрушенных учреждений. Он находит возвышение, на котором стоит заброшенное укрепление, и входит в дом, откуда хорошо видна автострада. Из верхнего окна он видит грандиозную процессию, текущую на запад. Чтобы лучше видеть, Джон пользуется биноклем, и тут у него зарождается леденящее душу подозрение.

Там, на полуразрушенной полосе бетона, что тянется к горизонту, он видит первые шеренги захваченных в плен людей. В наручниках, люди движутся длинными цепями, и их жизнь оценивается не дороже жизни рабов. В клетках на колесах содержатся те, кому уготована особая смерть. На шеях у них веревки, привязанные к шестам, и скоро они пополнят ряды тех, кто уже нашел свою смерть.

А потом Джон видит ее. Она едет в повозке, запряженной десятками порабощенных ею людей. Восседает среди демонов, окруженная фаворитами, высокая, царственная, холодная, как сама смерть, королева разрушения. О ее жизни сложены легенды. Легкоатлетка мирового класса, дважды побеждавшая на Олимпиадах. Потом стала активисткой движения за реформы, вылившегося впоследствии в революцию, которую она и возглавила благодаря своей харизматической силе и дару красноречия. Пользовалась всеобщим доверием — и предала всех. Там, на автостраде, прежде-люди, которые служат ей, ходят по струнке и склоняют головы в знак покорности. Джон Росс ощущает тугой ком в желудке. Даже отсюда ему видны ее пустые, холодные глаза. Она лишена эмоций, и так же мертва внутри, как и снаружи — как люди, которых она уничтожила. Это ключевая фигура в беспощадной войне Пустоты против Слова. И самая большая ошибка Джона Росса.

Он знал ее еще тогда, много лет назад, когда она была другой, и ее можно было спасти.

Он знал ее как Нест Фримарк.

Глава 26

Понедельник, 4 июля

Нест Фримарк проснулась от звука голосов, приглушенных и осторожных, раздававшихся у входа в ее спальню. Большой напольный вентилятор был выключен и повернут в сторону. Дверь была закрыта, поэтому она не видела, кто там. Нест попыталась уловить, что говорят, но ей это не удалось. Девочка лежала лицом к двери, разглядывая знакомую резьбу на ней, укутанная в простыню до подбородка, стиснув кулаки. Она не помнила, когда наконец уснула, и не знала, как долго проспала. Комнату заливал странный сероватый цвет, в ней было прохладно, и поэтому Нест решила, что сейчас еще только рассвет. Но, взглянув на часы над кроватью, поняла: уже почти полдень.

Она глубоко вздохнула и повернулась к окну. Сквозь занавески виднелся маленький кусочек неба, по которому медленно передвигались облака, отбрасывая на землю тени. Ветер, дующий в открытое окно, приносил запах сырости и зловоние.

Что же, получается, всю ночь шел дождь? Мысли у нее в голове путались. Ба всегда любила звук дождя.

Глаза ее наполнились слезами, но она быстро вытерла их. Она не станет плакать — не сейчас. Она уже достаточно поплакала. Ее локоть что-то царапнуло, и она вытащила скомканную бабушкину записку. Нест нашла ее под подушкой, когда дедушка отвел ее в постель — после того, как они увезли Ба, после того, как ушли все полицейские, врачи, пожарные и соседи, а она снова и снова отказывалась пойти куда-нибудь переночевать. Лежа в одиночестве в темноте, захваченная врасплох печалью и гневом, она свернулась в клубок на постели, чувствуя, как ее переполняет ужас и тоска. Она прижала к лицу подушку, пальцы скользнули внутрь и обнаружили записку. Нест вытащила ее, развернула и уставилась, не веря своим глазам. Это была записка от Ба. Девочка прочла ее несколько раз, так что уже успела выучить наизусть:

«Когда он придет за тобой,

используй свою магию.

Доверяй Духу.

Она снова и снова смотрела на записку, пытаясь найти новое прочтение, обнаружить скрытый смысл за обычными словами. Но записка была составлена предельно ясно, в ней было сложно ошибиться. Ба написала ее перед смертью. И написала, по всей вероятности, зная, что умрет. Нест все тщательно продумала, рассматривая все возможные варианты, споря сама с собой, пока не удостоверилась в правильности своего понимания. Полиция, пожарные и врачи, соседи могли согласиться с тем, что Ба была старой пьяницей, которой мерещилось все подряд, поэтому, мол, она взяла ружье и давай палить по фантомам, отчего у нее и случился доконавший ее сердечный приступ. Так что они могут пожимать плечами, бормотать всякие вежливые слова, а сами думать, что только психи станут стрелять по деревьям и ограде. Пускай, если от такого объяснения им будет легче жить. Но факт остается фактом: бабушка умерла не потому, что напилась или была сумасшедшей. Ее убил демон.

«У меня есть враги, которых я уничтожу».

Нест все еще слышала его слова, звучавшие там, в темноте пещеры, неосязаемые, далекие, полные зловещего смысла. Демон ушел, потому что у него было дело: уничтожить Ба. Он устранил всех, кто мог ее защитить, а потом явился за ней. Нест знала, что это так. Ни в чем она не была так уверена за всю свою жизнь.

А теперь Ба предупреждает ее в этой скомканной записке, которую Нест держит в руках: демон явится и за ней тоже.