Джон Соул - Опекун

Дорога до ранчо «Эль-Монте» занимала обычно несколько минут. Сегодня, похоже, на это потребуется гораздо больше времени.

— Логан? Где же тряпки? — нетерпеливо крикнула Марианна своему сыну, стоя на верхней ступеньке лестницы. Прошло уже больше десяти минут, как они с Алисон поднялись на второй этаж. Все полотенца в ванной комнате, которыми они собирали воду, были мокрыми, но на полу оставалось еще много воды, а ковер в холле чавкал у нее под ногами, когда она шла к верхним ступеням лестницы.

Переключив внимание на устранение последствий наводнения в ванной комнате, она получила достаточно времени, чтобы успокоить свои нервы. Она уже решила, что у нее нет иного выхода, кроме как выйти на улицу в снежную бурю и отыскать Джо. Если его не закружила вьюга, единственным местом, где он мог спрятаться, был сарай, в котором она уже дважды находила его. Она знает, в каком направлении расположен сарай, и до него не более тридцати ярдов от дома. Она, безусловно, дойдет туда и не заблудится.

— Логан, ты меня слышишь? — крикнула она, ее раздражение из-за того, что сын бездельничает, нарастало с каждой секундой. Не услышав ответа с первого этажа, она глубоко вздохнула, чтобы подавить вспышку гнева, и стала торопливо спускаться по лестнице. Быстро пересекла столовую и была уже на полпути к кладовой, как вдруг резко остановилась и уставилась на пол у двери.

Небольшая горка снега быстро таяла, превращаясь в лужу.

Паника, в борьбе с которой она одержала победу всего несколько минут назад, вновь захлестнула ее. Женщина бросилась к двери и распахнула ее.

— Логан! — крикнула она. — Логан, вернись сюда! Сию же минуту!

Ветер чуть не свалил ее с ног, и она вновь шагнула в дом, захлопнула за собой дверь и услышала, как по лестнице сбегает вниз Алисон.

— Принеси мне что-нибудь из верхней одежды, Алисон! — крикнула она. — Быстрее! — Несколько секунд спустя на кухню влетела Алисон, сжимая в руках тяжелый меховой полушубок. — Логан ушел! — сказала Марианна, выхватывая у нее одежду и засовывая руки в рукава. — Как же он мог поступить так необдуманно? — Не дожидаясь ответа дочери, Марианна вновь резко открыла дверь и, спотыкаясь, выскочила на улицу.

Алисон подбежала к открытой двери на кухне и закричала вслед матери:

— Мама, не надо! Не оставляй меня одну!

Но было слишком поздно: снежный водоворот почти уже поглотил Марианну. И все же она на мгновение обернулась и крикнула дочери:

— Оставайся внутри, Алисон! Не выходи из дома!

Ветер почти заглушил ее слова, но Алисон расслышала их. Секунду спустя после того, как мать исчезла в белом вихре, беспомощно вернулась на кухню, закрыв за собой дверь.

Внезапно дом, который совсем недавно выглядел таким теплым и уютным, показался ей очень большим.

Очень большим и очень пустым.

Марианна, спотыкаясь, продиралась сквозь вьюгу, почти ослепленная бьющей в лицо снежной пылью, не ведая, куда она бредет.

— Логан! — звала она. — Милый, где ты? Если ты меня слышишь, просто крикни! Я найду тебя, Логан.

Она на секунду остановилась, но ничего не услышала. Огляделась вокруг, сознавая, что теперь не видит ни дома, ни сарая.

Где она находится?

Отчаянно пыталась она вспомнить, в каком направлении пошла, когда спустилась с заднего крыльца.

Она направлялась к сараю, но когда Алисон окликнула ее, повернулась.

Глупо!

Но движение было непроизвольное, точно так же, как и охватившее ее стремление выйти на улицу, в метель, чтобы разыскать сына.

Слишком поздно Марианна осознала, что ничего не захватила с собой. Ни фонаря, ни, тем более, дробовика, стоявшего в специальном отсеке в кабинете.

Внезапно в ее сознании возник образ. Огромный клубок нейлоновой веревки, лежащий в нижнем ящике письменного стола Одри. Единственное, что ей надо было сделать, это привязать конец к ручке двери.

Она отогнала прочь эту мысль, не желая терять время на вынесение себе приговора за собственную глупость. Если она в скором времени не найдет Логана...

В какой стороне?

В какой стороне находится дом?

Сарай?

В каком направлении ей идти?

Ее опутывали щупальца панического страха. Она чувствовала, как сжимаются ее легкие, как будто грудь стягивают металлическим обручем. Женщина сделала еще шаг, затем изменила решение и двинулась в другом направлении. Через несколько шагов, внезапно уверившись, что идет неправильно, она вновь остановилась, раздумывая, затем резко повернула налево. Но и на сей раз парализующий страх от мысли, что она лишь удаляется от дома, сразу остановил ее.

«Думай!» — скомандовала она себе.

Ветер!

С какой стороны он дует?

Она стояла неподвижно, сосредоточив внимание, и вспомнила кухонную дверь и ветер, который бил в спину каждый раз, когда она пыталась ее закрыть.

С севера!

Он налетал по горному склону с севера, и проносился над пастбищем.

Если она пойдет по направлению ветра, то рано или поздно доберется до забора, огораживающего пастбище, и двинется вдоль него к сараю. В сердце появилась надежда не только обрести убежище, но и, самое главное, найти Джо с Логаном!

Паника постепенно отпускала ее, и она медленно поворачивалась, пока в конце концов ветер не начал дуть ей прямо в лицо.

Наклонившись вперед, навстречу ветру, прикрывая глаза рукавом полушубка, она медленно двинулась; колючие снежинки хлестали ее по щекам, глаза слезились от холода.

Сделав несколько шагов, почувствовала, что ее левая нога на что-то наткнулась.

На что-то податливое.

Упав на колени, она начала очищать от снега предмет, лежавший во дворе, и едва подавила крик, когда пальцы ее коснулись шерсти Сторма.

Мысли одна за другой проносились у нее в голове, пока она выкапывала из-под снега безжизненное тело пса. Может быть, из-за него Логан выскочил на улицу? Могла собака подойти к задней двери и скрестись о нее когтями только для того, чтобы убежать прочь, когда Логан ее откроет?

Она смела последние снежинки и в ужасе уставилась на сломанную собачью челюсть, вывороченную из морды и висящую где-то сбоку. Поверх зубов болтался розовый язык.

Не розовый...

Красный!

Марианна заметила на снегу, вокруг собачьей головы, пятна. К горлу подступила тошнота. Что могло случиться? Сторм, должно быть, напал на кого-то.

На кого-то, кто нанес ответный удар и убил его.

Услышал ли Логан, лай Сторма, или лишь его последнее завывание, прежде чем тот, кто напал на него, прикончил собаку?

— Логан? — позвала она еще раз. — О Боже мой, Логан! — Кто бы ни убил Сторма, он, должно быть, до сих пор где-то рядом. Тело собаки еще теплое, в пасти свежая кровь — он погиб не более нескольких минут назад!