Андрей Прусаков - Печать ворона

Иван молча согласился.

— А во-вторых, — продолжила девушка, серьезно глядя на Ивана, — ваш колдун ничего не смыслит в колдовстве. Дилетант-теоретик. Хотя, в принципе, советовал правильно.

Несмотря на ужасное настроение, Иван не мог не улыбнуться. Как она умыла знатока эзотерических наук. Круто. Но за глаза можно говорить что угодно.

— Бабушка знала, что это проклятье можно снять, — продолжила она.

— Тогда почему ничего не сделала?! — воскликнул Иван.

— Она была очень стара. Ей многое мешало. Очень многое.

Они замолчали. Ева-Ядвига смотрела на Ивана, словно чего-то ожидая. А он чувствовал тоску, черным потоком захлестнувшую сердце.

— Ладно, — сказал он, поднимаясь. — Я все равно опоздал лет на десять. Мне на-до идти. Что я тут буду…

— Куда? — спросила Ева. Он не ответил. Ее глаза рассердились, но Ивану поднял сумку, закинул на плечо и остановился перед дверью, стараясь не смотреть на хо-зяйку:

— Спасибо, что выслушали. До свидания.

— До свидания, — улыбнулась Ева, и Иван понял, что сморозил глупость. Какое, к чертям, до свидания, когда он уйдет навсегда?

— Прощайте!

Стиснув зубы, он сбежал по крыльцу. Хозяйка не попрощалась. Иван вышел за калитку и увидел, что вечереет. Ничего, успею! Здесь недалеко. Он повернул налево, в сторону леса, и зашагал по тропинке мимо серо-желтых скирд. Солнце еще держалось на небе, но голосистые лягушки начинали вечернюю перекличку. «Вперед, — думал Иван, входя в перелесок, — надо успеть до ночи!» Он гнал от себя мысли и пер напролом, решив: пойду через болото, а там будь что будет!

Но болото не появлялось. В ботинки засыпалась хвоя, комары нещадно ата-ковали со всех сторон, и наступавшая темень грозила поставить крест на походе.

В гостинице Иван смотрел карту области, вывешенную на стене: сразу за Жабинкой начиналось болото! Ну, не сразу, так через километр-другой Иван бы вышел к топи и пошел вдоль нее, пока не добрался до Вороновой Гати. Но болота все не было… Что за чертовщина! Он хозяин здешних мест, хозяин Гати — и поте-рялся в лесу!? Иван помнил, как после той ночи ему казалось, что лес вокруг — его, он знает каждую веточку и каждую нору, и никогда не заблудится. И вот, по-жалуйста!

Раздавшееся из-под ног шипение заставило подпрыгнуть и шарахнуться в сторону. Черт, опасно здесь, змей еще нехватало!

Да ведь у него есть вороны! Можно призвать одного, и тот покажет дорогу. Но звать птиц не хотелось. И странно, что уже давно он не видел ни одной, а ведь здесь их края, их дом. Будто они не хотели, чтобы он дошел до Гати, и скрывались в верхушках деревьев, презрительно и грозно наблюдая за ним.

Внезапно он почуял присутствие. Кто-то за ним наблюдал. Иван задрал го-лову, но вверху никого не было, лишь стремительно темневшее небо быстро за-глатывало верхушки сосен. Он обернулся. Никого. Но ощущение нарушенного одиночества оставалось. Иван заметил фигурку, мелькнувшую меж деревьев.

— Эй!

Фигурка исчезла. Иван двинулся следом, ускоряя шаг, пока не сорвался на бег, но человек маячил впереди, не давая приблизиться. Ивану показалось, что это — девушка. Ева! Кто же еще? Что ей нужно?

— Э-эй! Ева? — крикнул он и заметил, что лес поредел, а впереди просвет. Он вы-скочил на опушку и, ожидая увидеть болото, замер: он вышел к Жабинке! Он хо-дит по кругу! Вот дерьмо. Идти искать болото сил не оставалось, и Иван побрел к шоссе, обещая, что завтра начнет поход из Подгородского, оттуда точно не заблу-дится. Потом вспомнил, что в гостиницу возвращаться нельзя — мест там нет… Что ж, заночуем под открытым небом. Все-таки лето, не замерзну, подумал Иван, оглядываясь в поисках подходящего стога или сарая. И увидел Еву, стоявшую у калитки.

Она смотрела так, словно ждала его давно. Будто знала, что он вернется этой дорогой.

— Вам, наверно, негде ночевать? — сказала она, когда Иван поравнялся с калит-кой. — Заночуйте у меня.

— Мне есть где ночевать, — соврал Иван, проходя мимо.

— Врете! — крикнула она вослед.

— Вру! — согласился Иван, упорно шагая прочь.

— Это я вас в лесу запутала! — прозвучало вослед.

Иван остановился. Повернулся и подошел к ней. А ведь он чувствовал, что это она! Но как она смогла? Вновь бабушкины гены?

— Зачем? — спросил он.

— Чтобы вы не делали идиотских поступков!

— Чего? — оторопел Иван. Такой наглости он не ожидал.

— Бабушка знала, что вы придете! — добила она.

— Чего? — как попугай повторил Иван. — То есть как?

— Заходите, я все расскажу, — она распахнула калитку, — я же знаю: вам некуда идти. А болото подождет.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

И есть чем платить,

Но я не хочу

Победы любой ценой…

— Перед смертью бабушка сказала, что вы придете, — Ева смотрела пристально и спокойно, словно говорила об обыденных вещах. — Она могла видеть будущее.

Иван стоял у дверей, ожидая, что еще скажет хозяйка. Он был персонажем дьявольской игры, где многое предопределено. Возможно, и его жизнь. Мистика сложившейся ситуации будоражила воображение и расщепляла чувства. Сознание плыло и тонуло, цепляясь за осколки реальности.

— Садитесь! — сказала Ева. — В ногах правды нет.

Он бухнулся на лавку.

— Это невероятно! — проговорил Иван. Спокойно сидеть он не мог, и возбужден-но вскочил на гудевшие от усталости ноги. — Ведь два дня назад я даже не соби-рался приезжать сюда, а теперь ты говоришь, что я должен был прийти! Чертов-щина какая-то! Откуда ты взялась, Ева?

— Бабушка сказала, что ты придешь, и ты пришел, — Ева смотрела странно, с ка-кой-то грустной надеждой, словно чего-то от него ждала… Что-то кольнуло Ивана изнутри:

— Ты что, ждала меня здесь?

— Да, — кротко ответила она.

Иван замолчал, слушая, как за окном поют сверчки. Последние события по-ходили на сказку. «А разве не сказка вся моя жизнь? — подумал он. — Разве я не повелитель воронов? И ты еще удивляешься?»

— И сколько ты ждала?

Вопрос повис в воздухе. Иван понял: ответа не будет. И ладно.

Хозяйка прошлась и задернула старые выцветшие занавески. Ее плавные движения завораживали Ивана, наполняя комнату потоками чего-то, чему он не знал названия. Но чувствовал и кожей и сердцем.

— Можно вас на «ты» называть? — повернувшись, попросила она. Иван кивнул. Конечно. Ему никогда не нравились официальные «выканья». Можно и на «ты» го-ворить вежливо и прилично.

— Тогда слушай. Ни моя мама, ни тетя не хотели быть ведьмами, не хотели пере-нимать бабушкино умение. Это тоже и дар и проклятие. Только я согласилась. Ба-бушка учила меня колдовать с тринадцати лет. Тогда я узнала легенду о Вороно-вой Гати. О воронах и змеях…