Гильермо Дель Торо - Штам. Начало

Каждый сотрудник ЦКПЗ, участвующий в проекте «НВС», занимал в этом ведомстве и какую-то другую, постоянную должность. Вот и Пит возглавлял отдел патологии инфекционных заболеваний, в вопросах о том, как и почему вирус воздействует на хозяина, он был настоящим экспертом. Эф и забыл, что отправил ему биопсии и образцы, взятые при первичном осмотре капитана Редферна.

— Это вирусный штамм, Эф. Нет никаких сомнений. Фрагменты ДНК просто поразительны…

— Пит, пожалуйста, послушай меня…

— Гликопротеин обладает удивительными характеристиками связывания. Прямо-таки ключ-отмычка. Потрясающе. Этот маленький мерзавец не просто похищает клетку-хозяина, не просто использует ее для репродукции. Нет, он проникает в РНК. Сливается с ней. Поглощает ее… и при этом не использует. Что он делает, так это воспроизводит копию себя, слитого с клеткой-хозяином. И он берет только те части, которые ему нужны. Я не знаю, что ты видишь у своего пациента, но теоретически этот вирус может воспроизводиться, воспроизводиться и воспроизводиться, чтобы спустя много миллионов поколений, а процесс идет очень быстро, создать свою собственную структуру органов. Он может изменить хозяина. Во что — не знаю… но мне хотелось бы это выяснить.

— Пит… — Голова у Эфа шла кругом.

Слова Пита многое проясняли. Вирус сокрушал клетку и трансформировал ее… точно так же, как вампир сокрушал и трансформировал жертву.

Вампиры, как и вирусы, плодили себе подобных.

— Я бы хотел сам провести полное генетическое исследование, чтобы понять, каким образом…

— Пит. Послушай меня. Я хочу, чтобы ты все уничтожил.

В последовавшей тишине Эф расслышал, как шуршат дворники по ветровому стеклу.

— Что?

— Оставь все свои записи, но образцы уничтожь немедленно.

Вновь шуршание дворников.

— Уничтожить тот образец, с которым я сейчас работаю? Потому что, как ты знаешь, часть мы оставляем на хранение, на тот случай, если…

— Пит, я прошу тебя прямо сейчас поехать в лабораторию и все уничтожить.

— Эф… — Гудуэдер услышал, как включился поворотник. Пит сворачивал на обочину, чтобы закончить разговор. — Ты знаешь, как мы работаем со всеми потенциально опасными микроорганизмами. Принимаем все необходимые меры предосторожности и не подвергаемся риску. И у нас действуют очень строгие правила работы с образцами, которые я не могу нарушать по…

— Я допустил чудовищную ошибку, отправив образцы за пределы Нью-Йорка. Тогда я не знал того, что мне известно теперь.

— О какой проблеме мы говорим, Эф?

— Используй дезинфицирующий раствор. Если не получится, воспользуйся кислотой. Сожги образцы, если придется. Я беру на себя полную ответственность.

— Дело не в ответственности, Эф. Мы говорим о научных исследованиях. Мне нужны внятные объяснения. Кто-то говорил, что о тебе шла речь в новостных выпусках.

Эф понимал, что пора заканчивать.

— Пит, сделай, как я прошу… и я обещаю, что все объясню, когда смогу.

Он отключил связь. Сетракян и Нора услышали завершающую часть разговора.

— Вы отправили вирус куда-то еще? — спросил Сетракян.

— Пит его уничтожит. Он предпочтет перестраховаться, я его хорошо знаю. — Эф посмотрел на стоящие вдоль стены телевизоры.

«Обо мне говорили в новостных выпусках», — подумал он.

— Какой-нибудь из них работает? — спросил Эф.

Работающий телевизор нашелся. И очередной выпуск новостей не заставил себя ждать.

Там показали фотографию Эфа с удостоверения, выданного ЦКПЗ. Затем две короткие видеозаписи стычки с Редферном и двух человек, выносящих упакованное в мешок тело. В комментарии указывалось, что доктора Эфраима Гудуэдера разыскивают, чтобы получить важную информацию о пропавших из моргов телах.

Эф замер. Он подумал о Келли, которая смотрела эту передачу. О Заке.

— Сволочи, — прошипел он.

Сетракян выключил телевизор.

— Хорошая новость в том, что они по-прежнему видят в вас угрозу. То есть время еще есть. Надежда. Шанс.

— Как я понимаю, у вас есть план, — сказала Нора.

— Не план. Стратегия.

— Расскажите нам, — попросил Эф.

— У вампиров есть свои законы, жестокие и древние. Один из них заключается в том, что вампир не может пересекать движущуюся воду. Не может без человеческого содействия.

Нора покачала головой.

— Но почему?

— Причина, возможно, кроется в самом их создании, в незапамятные времена. Вампиры присутствуют во всех известных культурах нашей планеты. Месопотамия, Древняя Греция, Египет, Иудея, Рим. Я стар и знаю очень много, но далеко не все. Запрет этот действует и сегодня, что дает нам определенные преимущества. Вам известно, что такое Большой Нью-Йорк?

Нора сразу схватила идею.

— Остров.

— Архипелаг, — поправил ее Сетракян. — Мы со всех сторон окружены водой. Пассажиров самолета отправили в морги всех пяти районов Большого Нью-Йорка?[79]

— Нет, — ответила Нора, — четырех. За исключением Стейтен-Айленда.

— Значит, четырех. Куинс и Бруклин отделены от материка Ист-Ривер и проливом Лонг-Айленд соответственно. Бронкс — единственный район, связанный по суше с Соединенными Штатами.

— Если бы мы могли перекрыть мосты, — вздохнул Эф. — Установить кордоны к северу от Бронкса, к востоку от Куинса в округе Нассау…

— Мечтать не вредно, — кивнул Сетракян. — Но, видите ли, нам нет необходимости уничтожать индивидуально каждого вампира. У них всех единый мозг, ментально они функционируют, как улей. Контролируются одним разумом, который находится где-то на Манхэттене.

— Владыка, — догадался Эф.

— Тот самый, кто прибыл в грузовом отсеке самолета. Хозяин исчезнувшего гроба.

— И откуда нам знать, что он не находится где-то рядом с аэропортом? — спросила Нора. — Если он не мог самостоятельно пересечь Ист-Ривер?

Сетракян сухо улыбнулся.

— Я абсолютно уверен, что он прилетел в Америку не для того, чтобы прятаться в Куинсе. — Профессор открыл дверь, которая вела на лестницу в подвал. — И сейчас мы должны выследить его.

Улица Свободы, строительная площадка на месте Всемирного торгового центра

Василий Фет, крысолов, сотрудник дератизационной службы муниципалитета Нью-Йорка, стоял у забора, огораживающего «Ванну» — так стали называть котлован, вырытый на месте башен Всемирного торгового центра. «Ванна» уходила в глубину на семь этажей. Ящик на колесиках Василий оставил в микроавтобусе, припаркованном на Западной улице, на стоянке, принадлежащей Управлению нью-йоркских портов. В одной руке держал красно-черную спортивную сумку «Пума» с крысиным ядом и всем необходимым для работы под землей. В другой — стальной стержень длиной в метр, подобранный на какой-то другой строительной площадке, идеально подходящий для того, чтобы разворошить крысиную нору и протолкнуть внутрь отравленную приманку. Иной раз стержень использовался и для вышибания мозгов чересчур агрессивному или испуганному грызуну.