Гайя Антонин - Вызов

   - Скажем, что он уехал. Гайя, это моя забота, что сказать твоим родителям и что делать с Северусом вообще. Повторяюсь, отныне он принадлежит мне.

   Я закрыла глаза. Надеюсь, я не обрекла брата на существование худшее, нежели смерть?..

   Он пересел за руль и повез меня куда-то. Мне было все равно, куда.

   Однако у подъезда моего дома я испугалась.

   - Я не хочу в свою квартиру.

   Мана, машинально пытающийся подтолкнуть меня к входу, изумился:

   - Почему?

   - Там... пусто. И весь пол в крови.

   Мана остановился, задумался.

   - Гайя, ты же не перестанешь заходить в свой дом из-за того, что твой брат немного пал духом и слегка заляпал кафель в ванной?

   - Мана, это совсем не смешно.

   - Я не смеюсь, я издеваюсь, - его холодный голос почему-то ранил. - Твой брат проживет долгую и счастливую жизнь, это я тебе гарантирую. Если меня, наконец, ухайдакают, то о нем позаботится Тристан... Так что возьми себя, наконец, в руки, мне некогда нянчиться еще и с тобой.

   Я не выдержала и снова заплакала. Такое чувство, будто каждый нерв как оголенный провод.

   - Ну какого хрена ты раскисла, а? - в его голосе отчетливо сквозили теплые нотки, как бы ни старался Мана сейчас грубостью привести меня в чувство.

   Он ловко втолкнул меня в подъезд и закрыл дверь.

   - Хочешь, я вылижу тот заляпанный пол? - спросил он.

   Против воли вместо смешка я издала хрюканье, потому что нос был забит соплями.

   - Идем.

   Я постаралась взять себя в руки. В самом деле, Северуса спасла... наверное, так чего же раскисать? Тем более, перед зеленоглазым. Ох, да я же на коленях перед ним ползала... Вернуться предлагала...

   Пока мы ехали в лифте, я старалась не смотреть на Ману. Мне было неловко и не по себе от того, что он рядом после стольких дней разлуки.

   Он оставил меня стоять перед дверью квартиры на пару минут. Когда же впустил, оказалось, что все следы несчастья ликвидированы. Я пыталась поискать стекло, но Мана нашел и выбросил его до меня.

   Отворачивая манжеты пурпурной рубашки, вампир извлек из моего бара бутылку бехеровки. Крепче там уже ничего не было.

   - Тебе выпить надо, - сказал он мне, доставая телефон.

   Я повесила пальто Маны на тремпель в шкафу в коридоре. В спальне сняла испачканные джинсы и тунику, надела теплые колготки и домашнее свободное синее платье с треугольным вырезом и широким рукавом. Нет, мне не все равно как я выгляжу, даже сейчас не все равно.

   Мана говорил по телефону. Я налила себе портвейна, самое крепкое из вин, что нашлось.

   - ... один пусть сидит в палате, прямо у постели. Другой - за дверью, третий - в противоположном конце коридора, - говорил Мана. - Еще двое внизу, в холле, двое - в машине перед больницей. Все понял? С пацана глаз не спускать...

   О, Мана, видимо, боится, что на Севу выйдут медики. У меня уже не было сил бояться чего бы то ни было. Сейчас я выпью, сказала я себе, а потом снова стану прежней Гайей.

   - Я поеду через полчаса к нему в больницу.

   Мана вылупился на меня не без раздражения.

   - И какого хрена?

   - Буду охранять его от медиков.

   Вампир хмыкнул, пряча телефон в карман брюк. Налил себе бехеровки, уселся в кресло и закинул ногу на подлокотник.

   - В этом нет нужды, там половина Ордена во главе с Эриставом. Да и то, лишь для профилактики. Хотя если хочешь - вперед...

   Я почувствовала себя неловко в еще большей степени. Как-то непривычно, когда тебя никто не останавливает, не стреноживает и не пытается взять все на себя.

   - Каким он будет, когда очнется? - спросила я, наконец, чтобы хоть как-то нарушить тишину.

   - Иди сюда.

   Я не сразу поняла, о чем он просит.

   - Куда - сюда?

   Мана с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, похлопал рукой по креслу между своих ног.

   - В это вот шикарное широкое кресло, Гайя.

   - Зачем?

   - Хочу, чтобы ты здесь сидела.

   - Нет.

   - Ты что-то там говорила насчет вернуться ко мне?

   О нет... Я машинально допила последний глоток портвейна, налила себе еще, затем встала и подошла к Мане. Он с готовностью, сверкая азартно глазами, сдвинулся к спинке кресла так, чтобы я могла сидеть, опираясь о его закинутую на подлокотник ногу спиной. Присела. Вампир притянул меня ближе.

   - Ноги перекинь... Вот так, - он положил руку на мои колени, тоже прижимая их к себе. - Гораздо лучше. Так что, ты не отказываешься от своих слов?

   Я старалась не смотреть на него.

   - Нет, - наконец, сумела выдавить я.

   - И не станешь больше покушаться на мои здоровье и жизнь, ммм?

   - Не могу обещать.

   Мана хмыкнул.

   - Гайя, у меня есть твой брат. И, как я понял, ради него ты пойдешь на что угодно. А, Гайя?

   Я взглянула на Ману, но у меня не было сил ни испепелять его взглядом, ни обдавать великолепным презрением. Я лишь обессиленно кивнула.

   - Мне не нужно, чтобы ты ко мне возвращалась, - жестко сказал он. - Глянь на меня.

   Я подчинилась. Глаза Маны были злы и холодны. Чего он бесится, я ведь не собираюсь возражать ни единым словом...

   - Мне нужен секс с тобой и твоя кровь. Ты - не нужна.

   Если он чувствует меня, значит, и эту щемящую боль от своих правдивых слов тоже почувствовал. Мне большого труда стоило не отвести глаз и сказать:

   - Понятно.

   - Что понятно?

   - Понятно, что тебе нужно. Я не могу отказать. Только секс и кровь. Хорошо.

   - В самом деле? - недоверчиво спросил он.

   - Да...

   Он все равно был недоволен. Я отпила вина, опустила глаза в стакан, грея его в руках.

   - Ладно, тогда раздевайся.

   Я встала, не видя никаких причин протестовать. Нырнула руками под юбку, принялась стягивать колготки.

   - Я давно не была в душе, может...

   - Продолжай раздеваться, Гайя.

   Я скинула колготки, вынула руки из рукавов, стянула платье через бедра. На мне остался только комплект черного трикотажного белья - майка и трусы.

   - Помнится, раньше ты носила кружево и атлас...

   - Помнится, раньше у меня был ох...енный любовник, а не постылый хозяин.

   Выражение изумленного ужаса на лице Маны дорогого стоило. Его рука, держащая стакан, чуть дрогнула, губы разомкнулись, он словно хотел что-то сказать. Зеленые глаза расширились. Впрочем, вампир быстро взял себя в руки. Он решил не поддаваться на мои провокации.

   - Продолжай.

   Я потянула вверх майку, бросила ее на пол. За ней последовали трусы. Я стояла, совершенно нагая перед зеленоглазым, который, вальяжно развалясь в кресле, рассматривал меня. Абсурд, какой абсурд... Спасая своего брата, я плачу своим телом тому, которому отчаянно хотелось бы принадлежать.