Андрей Тепляков - Антитело

Глеб заглушил пилу и уронил ее на землю. Присев на корточки, он поднял глаза на Аленку.

— Что ты сделала с ним?

— Ничего.

Девочка качнулась и подошедшая к ним Настя прижала ее к себе.

— Я чуть не описалась от страха!

Глеб усмехнулся, встал и взвалил пилу на плечо.

— Я тоже.

— Настя, мне кажется, я не дойду, — слабо сказала Лиза.

— Мама, надо идти. Мы не может ждать!

— Может вам вернуться? — спросил Глеб.

— Ты что? — набросилась на него Настя. — Как она вернется!?

— Никто не вернется, — тихо сказала Аленка. — Назад дороги нет. Мы внутри него.

Все посмотрели на нее удивленно.

— Господи! — протянула Лиза. — Господи.

— Идем, мама.

Настя нежно взяла ее под руку.

— Идем.

Лиза послушно шагнула вперед, и тут по лесу гулким эхом пронесся грохот выстрела. Через несколько секунд раздался второй. А потом снова стало тихо.

— У нас мало времени, — сказала Аленка.

Трактор медленно полз по просеке, проваливаясь в глубокие вымоины, увязая в липкой грязи. Вокруг все было спокойно. Лес, похожий на выцветшую фотографию, застыл, уходя в небо изогнутыми колоннами деревьев. По мере продвижения вперед, местность становилась все более сырой, в старых колеях матовой пленкой блестела вода — просека постепенно спускалась к болоту.

Путь им преградила поваленная сосна. Ее огромные корни щупальцами торчали во все стороны. Это дерево упало давно и лежало здесь, по меньшей мере, несколько дней. Борис остановил трактор и заглушил двигатель. Их окутала вязкая тишина, нарушаемая лишь треском остывающего мотора. Мужчины напряженно всматривались в стены деревьев, но лес выглядел спокойным.

— Как по заказу, — заметил Борис. — Специально для нас.

— Не удивлюсь. Ну, что будем делать?

Едва Анатолий закончил фразу, как сзади раздался громкий звон разбитого стекла, и что-то сильно ударило его в спину.

— Что за…

Он обернулся и увидел, как тонкий, блестящий от грязи, гибкий побег какого-то растения изогнулся дугой и уперся в спину Борису. Анатолий повернулся и вцепился руками в беснующееся растение, почувствовав исходящий от него жар и быструю пульсацию. То, что он сжимал, напоминало огромную змею, но, тем не менее, это было дерево — на тонких «ножках» колыхались вытянутые, бледные цветы. Анатолию удалось отвести побег в сторону, Борис распахнул дверцу и вывалился наружу, подняв фонтан грязных брызг. В слабом солнечном свете блеснул ружейный ствол.

— Твою мать! — закричал Борис и дважды выстрелил в извивающийся побег. Тот конвульсивно выгнулся, разорвался пополам, разбрызгивая во все стороны капли вонючей белой жидкости. Борис едва успел повернуться спиной и почувствовал, как она ударилось о ткань куртки. Обрубок пару раз слепо качнулся, а потом быстро втянулся под дерево.

— Что за дрянь?!

— Вот черт!

— Смотри — вон еще!

Из-под серых и до поры безжизненных стволов показались новые побеги. Они вытягивались из-под земли, скидывая комья грязи, встряхивались и скользили по траве туда, где рядом с трактором, стояли ошеломленные люди.

— Это корни какие-то!

Борис преломил ружье и принялся лихорадочно всовывать патроны. Анатолий метнулся к кабине, выхватил из-под кресла топор и, повернувшись обратно, увидел, что куртка напарника, в то месте, на которое брызнули белые капли, оплыла, словно оплавилась.

«Кислота!» — успел подумать он.

— Осторожней! С ними что-то не так! Брызг берегись!

Борис не глядя на него кивнул, сомкнул ружье и, направив его на ближайший побег, выстрелил. Тот дернулся и остался лежать, источая на землю яд. Тут же на этом месте появились два новых.

— Нам не удержаться! Гаденышей слишком много!

Анатолий перехватил топор и, размахнувшись, ударил что было сил. Лезвие с громким чавканьем вошло в податливую плоть, перерубив побег надвое. Вонючая жидкость потекла по штанинам.

— О черт!

— Что там?

— Жжется — зараза! У них кислота там!

Борис снова выстрелил, но перезарядить ружье не успел. Две лианы быстро обвились вокруг его щиколоток, затянулись, словно удавки и, рывком повалив на землю, потащили к деревьям. Они разошлись, огибая ствол, и раздвинули его ноги в стороны. Борис закричал. Анатолий подбежал к нему, схватил под мышками и, упираясь ногами в грязь, потащил на себя. От напряжения заныли руки. Новые зеленые щупальца обвились вкруг его груди и сжали. Он шумно выдохнул, но Бориса не отпустил, продолжая тянуть его на себя.

И вдруг что-то вклинилось в извивающийся клубок, в центре которого отчаянно боролись двое мужчин. Сильный горячий ветер всколыхнул волосы и опалил кожу. Хватка на груди Анатолия ослабла, побеги отпустили свою добычу и множеством змей устремились обратно в землю. Среди деревьев пронесся приглушенный рев, словно проворчало огромное раздраженное животное, и стало тихо.

Борис с трудом сел и принялся растирать онемевшие лодыжки. Рядом застонал Анатолий.

— Толик, ты как?

— Грудь болит. Кажется, они мне ребро сломали.

— Дай посмотрю.

Борис осторожно приподнял его одежду и присвистнул. На дряблой груди Анатолия темнела широкая полоса гематомы. Он осторожно коснулся ее пальцем, и Анатолий вскрикнул.

— Вот сволочи! И впрямь покалечили. Толь, ты дальше не пойдешь. Весь план к чертям собачьим! Возвращаться нужно.

— Нет! — прошипел Анатолий. — Я обратно не дойду. Ты бери канистры и давай дальше. Нужно, чтобы ребята добрались.

— Добрались! А мы?

— Я тебе горло перегрызу — Настя там! Дочка моя! Ясно?

— Чего ж неясного?

Борис задумался, тоскливо глядя на грязную просеку. Анатолий прав — им вдвоем не вернуться, а иди назад одному нельзя. Невозможно. Совесть сожрет. Где-то неподалеку раздался тихий звук, словно гремела погремушка. Потом снова стало тихо.

— Ладно.

Борис встал, подтащил Анатолия к трактору и, подсунув под него свою куртку, облокотил на колесо. Затем зарядил ружье и положил рядом с ним вместе с коробкой патронов.

— Вот. Если что — пали по гадам.

— Сам возьми, тебе нужнее.

— Нужнее. Но толку?

Борис отвернулся и полез в кабину, откуда извлек обе канистры с бензином, которые они взяли с собой. Подняв их, он в последний раз посмотрел на друга.

— Дураки мы, — сказал он. — Дураками жили — дураками и помрем.

Он повернулся и, оскальзываясь в грязи, побрел дальше в лес.

— Удачи.

Глеб не узнавал местность, и это его настораживало. Дорогу к водопаду он запомнил хорошо, но сейчас не имел никакого представления, где они находятся. Аленка продолжала уверенно идти вперед, держа Настю за руку, остальные гуськом следовали за ними. Вдруг девочка остановилась и подняла вверх указательный палец.