Фрэнсис Вилсон - Кровавый омут

— Хочешь знать, что я выяснила?

— Хочу. — Он взял свою бутылку, опустошил ее жадным глотком на несколько дюймов. Хорошо бы только найти другой способ для выяснения. — Расскажи, пожалуйста.

Джиа рассказала о Джо Портмене, о матери и брате Тары, о том, что они пережили после ее похищения. Описала день исчезновения: девочка в той же самой одежде вышла из конюшен, прошла вниз по кварталу за пряником, и больше ее никто не видел.

— Она делала это каждый четверг? — уточнил Джек.

Джиа кивнула.

— А что? Это важно?

— Возможно. Значит, следовала определенному распорядку. Возникает хорошая вероятность, что похищение не случайное. За ней кто-то следил. Ее наметили.

Джиа мороз прохватил. Невинная девочка, бегавшая каждый четверг одной и той же дорогой за лакомством, даже не подозревала о слежке. Сколько раз похититель смотрел, как она покупает пряники, прежде чем совершил прыжок?

Она растерла руки, покрытые гусиной кожей.

— Просто бред сумасшедшего.

— Потому что мы имеем дело с сумасшедшими. Вроде... — Он вдруг замолчал и нахмурился.

— Что?

— Вроде Беллито с его дружком. Мальчик, которого они схватили в тот вечер...

— Дук.

— Верно... тоже придерживался определенного распорядка, по крайней мере по словам его матери. Каждый вечер примерно в одно время выбегал за мороженым. Был уже в магазинчике, когда подъехали Беллито с Минкином и остановились у входа. Знали, что он должен выйти. Поджидали его.

— Точно так же, как кто-то ждал Тару между конюшнями и кондитерской тележкой. Одинаковый способ?

Джек вытаращил глаза:

— Ты хочешь сказать, похитители действуют одинаковым способом, намечая жертвы, которые придерживаются какого-то распорядка?

— Неужели ты думаешь, будто Беллито причастен и к похищению Тары?

— Было бы потрясающее совпадение, черт побери!

— Но...

— Да. Помню, — мрачно кивнул Джек. — Совпадений больше не будет.

— Все равно ничего не ясно.

— Мне тоже. Давай согласимся: не обязательно принимать за истину утверждение лишь потому, что оно прозвучало из уст сумасшедшей старухи. — Джек мысленно слышал голос с русским акцентом, сказавший, когда он склонился к могиле Кейт: «Это не совпадение. Совпадений у тебя больше не будет», и встряхнул головой, прогоняя воспоминания. — Что еще удалось узнать?

Джиа прищелкнула пальцами:

— Ох, оказывается, песня, которую она поет, на самом деле не шестидесятых, а восьмидесятых годов! Это Тиффани...

— Точно! Тиффани пела «Наконец мы одни»... Как же я мог забыть? Особенно во время выступлений в «Плейбой-клубе».

— Правда? Когда это было?

— Не помню. Слышал по радио или еще где-нибудь.

— Ну, по словам отца, Тара без конца пела эту песню. А знаешь, что меня по-настоящему потрясло? Она была поклонницей кролика Роджера.

Джек не то чтоб побелел, но его загар вдруг слинял на три тона.

— Господи Иисусе...

— Ты что?

Он поведал о запертом шкафе в магазине Илая Беллито, полном детских игрушек, включая брелок для ключей с кроликом Роджером, с которым хозяин не желал расставаться ни за какие деньги.

Джиа снова покрылась мурашками.

— Он у тебя с собой?

— Нет, дома. Давай не будем делать скоропалительных заключений. В восьмидесятых годах было продано миллиона два таких брелоков.

— Ты можешь пойти с ним в полицию и...

Он заморгал.

— Я?!

— Извини. — Совсем позабыла, что Джек несовместим с полицией.

— Хорошо бы точно выяснить, ее это брелок или нет. Беллито пока можно только подозревать.

— Может быть, принести его в дом, посмотреть, как она среагирует?

— Потрясающая идея! — охнул Джек. — Как я сам не подумал?

— Ты же просто Наладчик Джек. До этого может додуматься лишь Наладчица Джейн.

— Один — ноль, — улыбнулся он, взмахнув в ее честь пивной бутылкой. — Думаешь, среагирует?

— Для проверки есть единственный способ. Когда пойдем?

— "Пойдем"? — Он встал, тряся головой. — «Мы» больше туда никогда не пойдем. Ни за что. Одна половина останется тут, а другая пойдет и вернется, представив свидетельства очевидца.

Чего и следовало ожидать.

— Нечестно. Идея моя.

— Это мы уже обсуждали, Джи. Неизвестно, зачем явилось непонятное существо.

— Не «существо», Джек, а девочка.

— Мертвая девочка.

— Но ведь она мне явилась. Не тебе, не Лайлу, не Чарли, а мне. Это наверняка что-то значит.

— Безусловно. А что — неизвестно. И поэтому ты на тысячу миль не подойдешь к тому самому дому. У него поганое прошлое, гораздо страшнее и хуже, чем даже в брошюре Лайла.

Хуже, чем истерзанный ребенок? Разве это возможно?

— Что рассказал агент по недвижимости?

— Очень многое. Я потом тебе перескажу, а пока договоримся, что ты держишься подальше от дома.

— Но она же со мной контактирует!

— Правильно. Передаст сообщение, и ты его получишь. Мы сейчас собираемся раскапывать ее могилу. Если найдем и сумеем обвинить в убийстве Беллито, ты уже много сделала. Путь указала.

— А вдруг улик не найдется?

— Ну, хотя бы достойно ее похороним. Может, отец после этого к жизни вернется.

Джиа в данный момент не интересовал Джо Портмен. Она думала только о Таре. Умоляющий взгляд девочки, словно петля на шее, тянул в Менелай-Мэнор. Если воспротивиться, она ее задушит.

— Она написала, что ищет «маму», Джек. И по-моему, вряд ли имела в виду свою мать — мозг Дороти Портмен мертв. Думаю, она имела в виду меня. Пусть с момента рождения Тары прошло двадцать с лишним лет, она остается ребенком. Ей по-прежнему девять, и она напугана. Ей нужна мать. Я могу ее утешить.

— Как утешить призрак? — спросил Джек, обнял ее, крепко стиснул. Она чувствовала запах его мыла, колючую дневную щетину на щеках. — Пожалуй, если кто-то на это способен, то именно ты. Скажи только, если бы Вики была здесь, а не в лагере, ты точно так же стремилась бы вернуться в дом?

Это еще что такое? Намек, что кипучий порыв вызван тоской по собственной дочери? Конечно, стрела не совсем мимо цели, но тут все-таки нечто большее.

— Не знаю, однако...

— Еще один вопрос: будь тут Вики, ты повела бы ее с собой?

Застигнутая врасплох Джиа мигом решила: конечно же нет! Хотя вслух ничего не сказала.

— Не в том суть. Вики нет, и...

Джек крепче ее обнял.

— Повела бы или нет?

Она поколебалась.

— Ладно, нет.

— Почему?

— Точно не знаю.

— А я знаю. Потому что в доме сложилась неопределенная ситуация, и тебе не хотелось бы, чтобы Вики столкнулась с непредвиденными последствиями. Так?

— Так, — кивнула она через его плечо.

— Зачем же подвергать опасности другого твоего ребенка?

Джиа вздохнула, попавшись в ловушку неопровержимой логики.