Дылда Доминга - Erratum (Ошибка)

   Политик явно нервничал, потому что теперь он пытался устранить несуществующий недостаток в галстуке.

   - Почему Вы не позволили мне прийти с моими консультантами?

   - Потому что я заключаю сделку с Вами, а не с ними. В сделках такого рода участвуют только двое. Когда их время придет, они также будут наедине со мной.

   - Что им может понадобиться такое, чего не могу дать я? - Высокомерно скривился мужчина.

   - Жизнь, например. - Ответил дьявол. - Или смерть.

   - За деньги можно убить кого угодно.

   - Но не избавить от смерти.

   Политик замолчал, тревожно глядя на контракт.

   - Хорошо, - наконец, сказал он, открывая последнюю страницу с местом для подписей. - Могу я получить какие-то дополнительные выгоды?

   - О чем Вы? - Глаза Абы сузились, он с радостью размазал бы мерзкого слизняка по поверхности стола. Хотя нет: даже стола было жаль.

   - Я слышал, что в кровавые жнива, - он опасливо посмотрел по сторонам, словно их мог кто-то подслушать, а даже если и так, словно он мог это заметить, - тут много народу, и очень красивых женщин.

   - В слоях варятся женщины со времен китайской и римской империй, - произнес Аба, - Вы можете взять любую.

   Клиент жадно облизнул губы, а хозяин с удовлетворением подумал, какие развлечения его будут ожидать после смерти.

   - Но вернемся к делам, - заметил Аба, подталкивая к мужчине контракт.

   Глаза политика испуганно округлились, и он снова начал тянуть время. Аба искренне не понимал, чего он тянет. В контракте не было никакого подвоха, ничего сверх меры: человек развязывает войну - ад получает кровавые жнива, а ничтожество, сидящее перед ним - власть и деньги, и долгие годы на посту президента. Другое дело, что пост скоро упразднят, сведя его поправками в конституции до марионеточного состояния. Но знать это клиенту необязательно. Аба выдал человеку одну из своих самых обворожительных улыбок.

   - Смелее, иначе я вынужден буду засомневаться, что вы способны выполнить свою часть контракта.

   - Не сомневайтесь, - жадно оскалился мужчина, глядя на контракт и доставая свою ручку.

   - Кровью, любезный, - все также сладко улыбаясь, заметил ему Аба.

   - А, да, простите, привычка, - спохватился тот и заерзал на месте, а в комнате стало душно от страха.

   - Ник? - Лили заглянула в комнату, но заметив, что у него посетитель, остановилась, - извини.

   - Калеб, - с досадой вскрикнул хозяин, и человечек возник в дверях, увлекая за собой Лили.

   - Позвольте, проходите, я настаиваю, - галантно произнес политик, приподымаясь из-за стола, и Нику нисколько не понравились загоревшиеся при этом в его глазах огоньки.

   - Нам необходимо закончить с делами, - настойчиво произнес хозяин, внутренне уже начиная закипать.

   - Но кого вы так прячете? - Вскинул бровь гость.

   - Я никого не прячу. - Голос Абы разнесся по комнате раскатами. - Я у себя дома.

   Калеб вежливо отошел, пропуская Лили внутрь.

   - Это моя хозяйка, Лили, - представил он Лили гостю. Она вежливо поклонилась, но ей сразу не понравился хищный взгляд холеного гостя. Таким взглядом на ее человеческой памяти обладали подлецы.

   - Очень приятно, - улыбнулся гость, слегка склонив голову. - Я готов подписать контракт, - неожиданно заявил он, - если в качестве бонуса получу ее.

   - Вы не расслышали? Я сказал, это моя хозяйка. - Процедил Ник, но Лили уже знала этот его взгляд и дрожь в руках - он едва сдерживался от гнева. Возможно, он посмеялся бы над смертным и даже не утруждал бы себя извинениями перед ней, случись это несколькими днями раньше, но теперь, когда они сказали друг другу все и полностью раскрылись, он не мог допустить даже подобной мысли.

   - Я знаю, что означает этот термин, - нагло усмехнулся гость, уверенный в своей незаменимости и неприкосновенности. - Всего лишь очередная ваша подстилка. Так разве вы не уступите ее ненадолго мне?

   Эти слова были самой глупейшей его ошибкой в жизни, и увы, последней. Лили даже не успела заметить молниеносного движения Ника, как голова гостя уже поскакала по полу отдельно от грузно осевшего тела. Еще какое-то время его рот пытался что-то произнести, а глаза смотрели не то изумленно, не то возмущенно, но вскоре сменились застывшим посмертным оскалом.

   Лили задрожала.

   - Не стоило так, он просто...

   - Просто что? Позволил оскорбить тебя и меня в нашем же доме? - Заорал Ник, трансформируя успевшую стать звериной лапу обратно.

   - Я не хотела помешать твоим делам, - расстроено произнесла Лили. Она действительно меньше всего хотела разрушить сделку, о которой гудел весь ад, с которой было связано столько ожиданий. Но как-то так все время получалось, что она постоянно становилась причиной тех или иных разрушений в его мире. Лили удрученно смотрела перед собой, понимая, что уже ничего не исправить.

   - Разве тебя не радует, что ты помешала войне? - Спросил он, продолжая сердиться, только теперь она уже не уверена была, что он по-прежнему зол на гостя.

   - Войне, - повторила Лили, задумавшись по-настоящему о том, о чем он говорил. Сколько людей лишилось бы своих лет жизни, за которые они могли бы измениться в лучшую сторону, сколько из них вынуждены были бы убить других, стать злее и отчаяннее. Она помнила какие-то куски из тех войн, что пришлись на ее век, но и этого было достаточно. То, что для ада было празднеством, для людей было адом на земле. Она помнила, сколько грязи и низости в войне, и ноль геройства. Почему-то на ум ей пришел Таната с его мальчишеской улыбкой - сколько таких Танат умирает на одной войне, а тем более, на современной, с кучей оружия и техники? Пока эта безголовая сволочь нежилась бы под солнцем, попивая коктейли или играя в гольф со своими приятелями, тысячи простых людей погибали бы в жерновах войны. Кровавые жнива - так называли их в аду, теперь не будет крови, не будет толп новых душ в слоях, не будет пира.

   - И да, и нет, - произнесла Лили, - ни дреги, ни демоны не будут рады новому известию.

   - Не будут, - Ник уже совершенно успокоился и сел в кресло, снова развалившись в нем и теперь не играя. - Можно будет изобразить теракт, но придется очень потрудиться.

   - Теракт? - поразилась Лили. Он ни на минуту и не думал отказываться от своих планов? У него всегда был запасной вариант?

   - Если войны не будет наверху, она будет здесь, - пояснил он, словно читая ее мысли.

   - Как это? - спросила Лили.

   - Ты верно заметила, что дреги не будут рады, более того, они поднимут бунт. К ним присоединятся те, кто обычно встает на их сторону во всяческого рода конфликтах. Часть демонов окажется по одну, а часть - по другую сторону баррикад. Ведьмы, скорее всего, все-таки останутся верны престолу, и скользящие твари, и демоны судьбы. Но весь остальной сброд, и те, кто считает себя истинными обитателями этих земель, подымут головы из всех своих нор. Это будет война, грандиозная война, но только уже в аду.