Фрэнсис Вилсон - Врата

Джек упал на колени, прицелился, выстрелил. Метко. Мощный заряд разорвал налетавшую тварь, только брызнула зеленоватая кровь и остались еще трепетавшие крылья. Он бросился к Карлу, приставил дуло «раджера» к глазу впившегося в плечо существа и спустил курок. На сей раз не осталось и крыльев.

— Больно, Джек! — простонал Карл, зажимая окровавленной левой рукой плечо под разорванным пончо. — Господи боже, как больно...

Джек мельком глянул на голую кость, на десяток кристаллических зубов, застрявших в ране, и снова повернулся к кеноте. К ним летели еще три твари. Он схватил «бенелли» и начал стрелять. Не все пули попали в цель, но крылья одной оторвали.

— Где у тебя обоймы? — прокричал он.

Карл, оскалив от боли зубы, не в силах вымолвить ни слова, кивнул на землю.

Джек начал перезаряжать автомат. Если бы знать, что встретишься с такими чудовищами, попросил бы Эйба прислать ракетные снаряды.

— Можешь идти?

Садовник кивнул.

— Хорошо. Тогда иди к отцу. Я тебя сзади прикрою.

В бою с членами клана следовало рассредоточиться, а с этими тварями это смертельно опасно. Пора сгруппироваться.

— Это Семели... она их посылает... — Карл, скрипя зубами, встал на ноги, побрел прочь.

Оглядываясь на кеноте, Джек увидел собравшийся над отверстием рой примерно в десяток, нырнул за ствол пальмы, выстрелил в самый центр, пару сбил. Они упали в бездну, а на смену вылетели еще четыре.

Живот свело в тугой комок. Дело плохо. Он захватил с собой мало боеприпасов, но взял отца и Карла. Отвечает за них.

Позади отец методично, ритмично стрелял по лодкам. Экономь патроны, пап, мысленно попросил Джек. Они нам пригодятся.

К рою добавились еще четыре твари. Впрочем, рой к нему не летел... существа лениво порхали, словно не знали о его присутствии, суетливо тыкались из стороны в сторону. Чего ждут? Подкрепления?

Если оно придет из кеноте, возможно, удастся устроить засаду. Джек снял с пояса гранату — осталась всего пара, — выдернул чеку, бросил. Она пролетела сквозь рой и упала в дыру. Через несколько секунд полыхнула вспышка, громыхнул взрыв — и только. Рой над отверстием даже не среагировал.

В кино вроде «Рио-Браво» герой нашел бы ящик динамита, услужливо оставленный строительной фирмой, и взорвал бы кеноте. А мы живем в другом мире, где таких чудес никогда не случается.

Сзади снова раздался крик, Джек узнал голос Карла, оглянулся, увидел его, кружившего у кромки воды, с впившейся в шею тварью...

Откуда она взялась?

Он вскочил, побежал, не стреляя из автомата, чтоб не попасть в Карла, выхватил «раджер», не успел им воспользоваться — садовник рухнул в воду.

Хорошо. Видно, тварь из кеноте воду не любит. Ослабила хватку, зависла с жужжанием в воздухе, полетела к берегу, к Джеку. Он уже вскинул «раджер». Обождал, пока подлетит, выстрелил, полетели зеленые брызги, крылышки осыпались на землю. Джек бросил «бенелли» и «раджер», прыгнул в воду на помощь Карлу, которому приходилось несладко.

Вода глубиной по грудь была холодной, вспененной дождем и ветром. Грязное скользкое дно постепенно шло вниз. Мимо просвистела пуля, за ней другая. Кто-то на «Плавучем Быке» их заметил. Послышался залп отцовского «моссберга», крик из плавучего дома, выстрелы прекратились.

— Карл, — крикнул Джек, бросившись вперед и протянув руку, — держись!

Садовник в пончо, расплывшемся, словно кувшинка, изо всех сил колотил по воде руками-ногами, пытаясь выбраться на берег. Джек схватил его за левую руку и начал вытаскивать.

Карла вдруг потянуло назад. Он завопил от боли, Джек еле-еле его удержал.

— Ох, нога! — стонал Карл. — Нога! Дора схватила... Помоги!

— Помогу.

— Не хочу умирать, — всхлипнул Карл. — Прошу тебя...

Голова садовника ушла под воду. Джек старался удержаться на ногах, но дно было слишком скользким. Последовал очередной мощный рывок, и он упал в лагуну. Через несколько секунд вынырнул, потеряв руку Карла. Ноги нащупали дно, он встал по плечи в воде, вытирая лицо и глаза.

— Карл!

Молчание. Ни звука, кроме плеска взбудораженной дождем и ветром воды. Он снова крикнул, кажется видя, как что-то мелькнуло футах в пятидесяти — на секунду, а потом исчезло.

— Ох, бедняга, — тихо пробормотал Джек, глядя вперед. — Прости меня... прости...

В горле встал ком. Нет больше симпатичного простака. Они были знакомы всего пару дней, но парень вызывал уважение. Так и неясно, что у него было с правой рукой, хотя это уже значения не имеет. Карл все равно жил полной жизнью, приспособился к увечью, не извиняясь и не оправдываясь.

Мимо свистнула пуля — пора убираться отсюда.

Я во всем виноват, думал Джек, поспешно вылезая на берег. Не заставил бы Карла с помощью подкупа вернуться в лагуну, не взял бы сегодня с собой, он до сих пор был бы жив. Сидел бы у себя в трейлере, смотрел телевизор...

Я виноват. Хотя не только я.

Их посылает Семели...

Конечно, Семели.

Джек выбрался на грязную землю, взглянул на кеноте, насчитав около двадцати крылатых тварей, роившихся над отверстием, которые развернулись и полетели к нему.

Кровь в жилах заледенела. Им с папой никогда их не перестрелять, даже стоя спиной к спине с автоматами. Кое-кто прорвется. А как только прорвется — конец.

Крылатых чудовищ не остановишь... впрочем, наверно, можно остановить ту, кто их насылает...

Преследуемый тварями, он побежал к стрелявшему по лодкам отцу, слыша радостные крики на палубах. Оттуда не стреляли. Видно, думали позабавиться, глядя, как он гибнет следом за Аней.

— За мной, папа! Пошли!

Том, присевший под деревом между лодками, оглянулся. Джек упал на землю, проехался на животе по скользкой грязи.

— Куда?

— За мной!

При вспышке молнии стало видно, что у отца отвисла челюсть.

— Господи Иисусе, что это...

— Молчи, стреляй!

Отец за спиной у него замолотил в воздух из «моссберга». Джек не стал оглядываться на результаты, надеясь, что они удачные. Когда «моссберг» умолк, бросил «бенелли» отцу на колени и сел к нему спиной, лицом к «Плавучему Быку». Семели, скорей всего, там.

Он вытер залитые дождем глаза, прицелился в надстройку. Мощный заряд пробьет стену. Может быть, не попадет в девушку, но хотя бы собьет ее с толку...

9

Ох, как трудно...

Сидя в темной хижине, Семели крепче прижимала раковины к глазам. Зубастые осы не хотели вылетать из дыры до заката, но она их заставила. Вчера старалась понапрасну, сегодня сумела. Может быть, дело в буре, почти в ночной тьме. Как бы там ни было, они явились. Только очень медленно... по одной.

Выманив их из дыры, она почти ничего не видела. Наверно, из-за солнца. Хоть его и закрыли грозовые тучи, оно еще стояло над горизонтом, и, должно быть, оставшийся свет попадал в глаза осам.