Джон Соул - Проклятие памяти

Алекс недоверчиво взглянул на Кэролайн. Неужели она действительно устраивает все это на этой их гасиенде? Ведь в Ла-Паломе только о ней и говорят. Мать еще только вчера сказала – Эвансы ни за что не пустят туда никого еще по меньшей мере с месяц, пока работы не будут закончены. А все так и умирают взглянуть хотя бы одним глазком на то, что там вытворяют со старым домом Эвансы. А вернее – как распорядилась Синтия Эванс деньгами мужа.

Поначалу, как только стало известно, что Эвансы купили этот громадный старый дом в конце Гасиенда-драйв, мнение было единодушным – взяли под снос. Дом Бог знает сколько времени стоял абсолютно пустым, был слишком велик для семьи из трех человек без прислуги и развалился уже настолько, что вряд ли кому пришла бы в голову мысль о какой-либо реставрации.

Оказалось – пришла.

Восстанавливать дом начали с внешней стены, вернее, с того, что от нее осталось. Но стену целиком отстроили заново, восстановили – по выцветшим фотографиям, запечатлевшим гасиенду полувековой давности, – деревянные ворота, сделав точную копию старинных, с той лишь разницей, что открывались они нажатием кнопки на пульте и были нашпигованы разнообразными охранными устройствами. А когда восстановление стены было закончено, Синтия рьяно взялась за "реставрацию" старого дома.

Не будет преувеличением сказать, что практически каждый из жителей Ла-Паломы хотя бы раз да наведывался в конец Гасиенда-драйв, но ворота всегда были плотно закрыты. Алекс и сам, и в компании друзей пару раз пытался заглянуть во двор через высокую стену, но удалось увидеть лишь безошибочные приметы строительных работ – новую штукатурку на стенах, свежую черепицу на крыше и жесть на подоконниках.

И вот Кэролайн как бы сама приглашала одноклассников на эту долгожданную экскурсию!

Алекс не отрывал недоверчивого взгляда от Кэролайн.

– А я думал, твои еще с месяц и на порог никого не пустят.

– А они на уик-энд в Сан-Франциско уехали, – улыбнувшись, Кэролайн подмигнула.

– Не знаю вообще-то... – неожиданно Алекс вспомнил о данном отцу обещании не ездить после бала ни на какие вечеринки.

– Чего это ты не знаешь? – осведомилась Лайза, подойдя сзади и просунув ладошку под локоть Алекса.

– Зову его к себе на вечеринку, а он ни в какую, – пожаловалась Кэролайн; Алекс не успел раскрыть рта.

И без того огромные глаза Лайзы стали еще шире.

– А что, будет вечеринка? Там, у вас? На... на гасиенде?

Кэролайн кивнула с наигранной небрежностью.

– Ага, и вроде все собираются – Боб, Кэйт, Дженни Лэнг... ну все, в общем.

Лайза стремительно обернулась к Алексу.

– Ну поедем!

Алекс с несчастным видом молчал. В этот момент музыканты заиграли последний танец и Лайза, сориентировавшись, повлекла Алекса в гущу танцующих пар.

– Что-нибудь не так? – спросила она обеспокоенно. – Почему мы не можем поехать к Кэролайн?

– Мне не хочется, Лиз.

– Просто ты Кэролайн не любишь, – возразила Лайза. – Но тебе ведь с ней и говорить-то не обязательно. Там еще куча народа будет.

– Да нет, не в том дело.

– А в чем же тогда?

– Да я предкам обещал, что ни на какие вечеринки после бала не поеду. Отец мне даже бабок дал – чтобы кого-нибудь потом колой угостить или гамбургером и сразу домой.

Несколько секунд Лайза молчала, потом снова подняла глаза на Алекса.

– Но нам ведь не обязательно говорить им, где мы были!

– Узнают все равно.

– Неужели тебе совсем не хочется посмотреть их дом, Алекс?

– Да ясно, хочется.

– Ну тогда и поехали! И потом, предки же не за вечеринку волнуются, а за то, что ты станешь пить, а ты за рулем. Так что поехать мы поедем – но даже к пиву не притронемся! И поедем тоже ненадолго.

– Послушай, Лайза. Я ведь обещал им...

Однако Лайза уже тянула его с площадки.

– Пошли, найдем Кэйт и Боба. Заедем вчетвером к Кэролайн на пару минут, а потом все поедем есть эти самые гамбургеры. Так что двух зайцев убьем – и дом посмотрим, и своим тебе врать не придется. О'кей?

Алекс уже знал, что, конечно же, уступит ей, хотя делать этого и не следовало. Вообще спорить с Лайзой тяжело – она умела даже заведомую чепуху представить абсолютно логичной.

Свет фар "мустанга" выхватил из темноты распахнутые ворота гасиенды. Алекс с силой нажал на тормоза.

– Тачки у них здесь или во дворе ставят?

Лайза пожала плечами.

– Вот уж не знаю. Кэролайн вроде и не говорила ничего.

Сзади неожиданно раздался гудок, и к воротам подъехал белый "порше" Боба.

– Вон туда, – махнул Боб из окна. Налево от ворот, как оказалось, у стены уже стояли с десяток машин. Следуя за Бобом, Алекс втиснул "мустанг" рядом с серым "камаро", выключил мотор и повернулся к Лайзе.

– Может, поедем все-таки домой? – предложил он. Но Лайза, рассмеявшись, тряхнула волосами.

– Нет уж, раз приехали, я хочу посмотреть. Пошли – мы же только на минутку.

Она выбралась из машины, и Алекс, секунду поколебавшись, последовал за ней. Минуту спустя из темноты рядом с ними появились Боб и Кэйт и все четверо весело зашагали к ярко освещенным воротам.

– Нет, это... этому просто поверить нельзя, – только и смогла вымолвить Кэйт, когда они, войдя в ворота, застыли, пораженные переменами, произошедшими с развалинами старого дома.

Конюшни, располагавшиеся слева от основного здания, словно по мановению волшебной палочки превратились в комфортабельные гаражи. Причем их вроде бы особенно и не трогали – новыми выглядели лишь кровли, перекрытые, как и сам дом, красной калифорнийской черепицей.

– Ну, не знаю, – пожал плечами Алекс. – Выглядят они так, будто им лет двести с лишком.

– Кроме вот этого, – Лайза протянула руку вперед. – Ты когда-нибудь еще такое видел?

Почти всю площадь двора, еще с полгода назад бывшего обычным пустырем, густо поросшим сорняками, занимало сверкающее зеркало бассейна, в который низвергался с искусственного утеса каскад пенящейся воды, спадавшей на пять прихотливо расположенных террас и уже с них стекавших в бассейн.

Боб Кэри только тихо присвистнул.

– И какой он величины, вы думаете?

– Достаточной, – хмыкнул Алекс. Переведя взгляд на бывший флигель для прислуги, стоявший в глубине двора, он удивленно протянул: – А это теперь что – охотничий домик?

Но прежде чем кто-то успел ответить, доносившийся со стороны дома грохот музыки перекрыл звонкий голос Кэролайн Эванс:

– Эй, входите! Входите все!

Смущенно переглянувшись, все четверо друг за другом медленно пересекли двор и поднялись по лестнице на обширную лоджию, тянувшуюся через весь фасад дома. У причудливо украшенной парадной двери их ждала сияющая Кэролайн.