Крис Картер - Месть из могилы

— Ах, доказательства тебе нужны?! Да ради Бога!

Малдер выключил магнитофон и вновь взялся за пистолет.

— Интересно, — сказала Скалли. — Что он имел в виду?

— Не знаю. — Малдер сунул пистолет в кобуру. — Но звонил мне Джон Барнет! Теперь я в этом уверен!

Возражений у Скалли не нашлось.

Квартира Реджи Фэрду

Германтаун, штат Мэриленд

День второй

22:45

— Я пришью тебя, малыш! — сказал Барнет Малдеру, и Реджи увидел, как сквозь приятную улыбку этакого рубахи-парня неумолимо проступает волчий оскал.

А потом физиономия у Барнета начала покрываться серой шерстью, вытягиваться. Обнажились клыки. Реджи схватился за пистолет и обнаружил, что пистолет позабыт на работе. Волк распахнул пасть. А на столе у судьи зазвонил телефон.

И Реджи проснулся.

Настольная лампа неярко освещала прикроватную тумбочку. За окном было еще темно. На груди у Реджи угнездилась раскрытая книжка, на носу очки. А на душе — мимолетный страх и давно уже ставшая привычной пустота.

Вновь грянул телефон.

— Тьфу, гроб в стакане! Приснится же такое! — Реджи переложил книжку на подушку, повернулся на бок и снял трубку. — Слушаю!

— Реджи! Это Малдер.

Реджи снова выругался, на этот раз — мысленно.

— Малдер, что тебе надо? Звонишь посреди ночи…

— Сейчас всего десять сорок пять, Реджи!

— Да? — Реджи глянул на часы. — Ну все равно! Я уже спал…

— Подожди, Реджи! Не похоже, чтобы Барнет был мертв!

Реджи вздохнул:

— Ну что ты ко мне пристал?!

Голос Малдера сверлил ухо:

— Он мне позвонил сегодня. А до этого мы побывали в тюрьме «Ташму». И заключенный по имени Крэндолл… Это тот самый, кого Барнет назвал своим наследником… Так вот, этот Крэндолл клянется, что видел Барнета живым в ту ночь, когда он якобы умер.

Реджи переложил книжку на тумбочку и сел:

— Знаешь, Малдер… Шел бы ты домой, гроб в стакане, отдохнул немного. И другим бы дал отдохнуть. Ей-богу, я жалею, что позвонил тебе вчера из ювелирного магазина…

— Реджи, да послушай ты!.. Есть, правда, одна странность в показаниях Крэндолла.

— Да? — Реджи снова вздохнул. — Ну и какая же?

— Записка, оставленная в ювелирном магазине, была написана правшой…

— Ну и что?

— Крэндолл заявил, будто видел, как Барнету ампутировали правую руку…

Реджи начал подбирать слова, чтобы суметь Малдера и отшить и не обидеть, но тут ему показалось, что в спальне он не один. Справа мелькнула какая-то тень, послышался шорох. Реджи, похолодев, вскочил и начал поворачивать голову.

Это движение и стало причиной его гибели — с чужой помощью голова повернулась дальше, чем следовало. Последнее, что увидел Реджи в своей жизни, была рука, мелькнувшая перед его лицом. Кажется, она была желтого цвета, в черных пятнышках. И кажется, на ней было всего четыре паль…

Хрустнули позвонки. Больше он ничего не видел и не слышал.

Тело сползло с кровати на пол. Вновь раздался хруст — это подвернулись под чужой каблук осиротевшие очки. На недвижную грудь Реджи Ферду лег лист бумаги в половину формата А1. чмокнула защелка замка в прихожей. И наступила почти мертвая тишина. Лишь за окном чуть слышно посвистывал ветер, да из валяющейся на кровати телефонной трубки раздавалось гнусавое кваканье:

— Эй, Реджи, ты слышишь меня? Что случилось?… Что происходит? Ответь, Реджи! Ты слышишь меня? Что там у тебя происходит?… Ответь, Реджи! Реджи!!!

Трубка квакала еще секунд десять — до тех пор, пока до Малдера наконец не дошло, что Реджи ему не ответит.

Скалли приехала к дому агента Реджи Фэрду около полуночи. По той суете, которая царила вокруг и внутри дома, ей стразу стало ясно, что произошло непоправимое. Окружающие были очень злы и очень неприветливы — как всегда, когда убивают своего. Наверное, каждый представлял себя на месте убитого.

Малдера она отыскала в спальне — там, где произошло убийство. Он не был зол и неприветлив. Он вообще не был тут — потому что стоял столбом, молчал и смотрел в зеркало, висевшее над лишенным косметики косметическим столиком. Вряд ли он кого-либо там видел…

Работавшие на месте преступления эксперты его не трогали.

— Я надеюсь, ребята, вы были очень внимательны, — сказала Скалли, чтобы хоть что-то сказать. — Любая нитка может оказаться важной уликой. — Она чувствовала себя ужасно глупо, но Малдера надо было вывести из ступора. — Если ничего не нашли, пройдите еще раз… Послушай, Малдер!

Малдер не шевельнулся. Он по-прежнему смотрел в зеркало. Но голос его ожил:

— У него жена умерла от рака шесть лет назад. Он не любил вспоминать об этом. В последнее время он над чем-то работал. Все обещал рассказать мне, но так и не рассказал. А теперь уже и не расскажет. По-моему, Реджи был единственным в Конторе, с кем я мог поделиться. Если что-то не ладилось…

Он несомненно преувеличивал, но Скалли не стала его поправлять.

— Малдер! — Она вздохнула. — Мне очень жаль!..

— Я вот что подумал… — напарник по-прежнему не слышал ее. — Все бы сложилось совсем иначе, если бы я тогда пристрелил Барнета…

— Малдер! А почему ты решил, что здесь побывал Барнет? Мы ведь до сих пор ни в чем не уверены…

Малдер повернулся и молча показал на косметический столик.

Скалли подошла.

На столике лежала записка. «ПОХОРОНЫ ОПЛАЧЕНЫ. СНАЧАЛА — ДЛЯ ДРУЗЕЙ ЛИСА, ПОТОМ И ДЛЯ НЕГО САМОГО».

И Скалли поняла, что, сказав слово «мы», она имела в виду лишь себя. Да и в этой части — соврала.

Штаб-квартира ФБР

Вашингтон, округ Колумбия

День второй

Утро

— Чернила свежие, немного смазаны, — сказала Хендерсон, глядя в микроскоп. — Не буду хвастать, Малдер, но я редко ошибаюсь… Записка наверняка написана правой рукой. Я в этом практически уверена. Видишь — характерное изменение нажима у нисходящих штрихов…

Сегодня соответствовать не требовалось, потому что Хендерсон не прикалывалась. Впрочем, сегодня мог прикалываться только тот, у кого крыша поехала. Или совесть в круиз ушла…

Малдер пристроился ко второй паре окуляров. В поле зрения красовалась хорошо знакомое слово «Fox».

— А что ты еще заметила?.. Кстати, слушай… Не могло ли быть так, что у того, кто это написал, вместо руки — протез?

Хендерсон покрутила ручку предметного стола.

Текст поехал в сторону, и в поле зрения появилось слово «friends».

«Друзья, — подумал Малдер. — Сначала друзья Лиса. Похороны оплачены в первую очередь для друзей. Как Реджи мог впустить к себе убийцу? Или он и не впускал никого… И как можно свернуть шею агенту ФБР, не имея правой руки? Что это должен быть за протез? Разве лишь рука киборга, какими переполнены многочисленные голливудские поделки…»