Юлия Басова - Миссия – любовь

Ознакомительный фрагмент

– Вот и прекрасно. – Он как-то сразу успокоился, как будто покупка нового автомобиля была главной темой разговора; вопрос решился, и теперь можно вздохнуть с облегчением. – Я завтра улетаю в командировку. Алжир, Марокко, – уже совершенно безмятежно сказал он. – Так ты мне позвони. С утречка, часиков в десять. Идет?

– Конечно, Алексей Львович. Конечно, – с готовностью воскликнула я.

Мы вышли из автомобиля и направились к моей машине, затем Руднев потянул меня за руку, и я остановилась. Он вплотную подошел ко мне и несмело погладил по волосам. Его губы дрожали, будто от холода. Я отвела глаза, посмотрела в сторону и чуть не задохнулась: метрах в пятидесяти от нас стоял знакомый «Рэйнджровер».

Я снова почувствовала холодный насмешливый взгляд, преследовавший меня весь сегодняшний день. Казалось, он всегда существовал в моем воображении, чтобы теперь, наконец, стать реальностью.

Роберт Стронг наблюдал за мной и Алексеем Львовичем. Я разволновалась не на шутку. Охранники Руднева тоже напряглись и, хотя не подавали виду, явно были готовы к любым вариантам защиты. Я кивнула Рудневу на прощанье, и он, наклонив голову, задумчиво пошел к «Майбаху». Казалось, он не замечал никого и ничего вокруг.

Я заторопилась к своей машине, с трудом закинув на плечо объемную сумку с деньгами. Охранники, как всегда, подозрительно покосились на меня.

После того как Алексей Львович уселся в автомобиль, его шофер торопливо юркнул в салон и завел двигатель. Охрана моментально запрыгнула в джипы. Включив мигалки, процессия шумно унеслась вперед.

Я немного постояла на месте, прикидывая, подойти ли мне к злосчастной машине англичанина или с гордым видом проехать мимо. Подумала пару мгновений и все-таки решила выяснить, что происходит. Оставив в «Мазде» сумку с деньгами, я резко захлопнула дверцу машины, щелкнула пультом сигнализации, а затем решительно направилась к «Рэйнджроверу».

Меня сразу же заметили. Роберт вышел из джипа и встал рядом, скрестив руки на груди. Больше всего в это мгновенье он походил на прекрасного и неумолимого бога войны. Высокий, статный, грациозный. Казалось, он готов отразить любую атаку неприятеля. Спутанные волнистые волосы золотом переливались на солнце, загорелая кожа таинственно мерцала в свете дня. Длинная шея, чувственные, манящие к себе губы, обманчивая мягкость контуров и плавность линий. Никогда не думала, что мужское тело может так меня взволновать. Я шла к Стронгу, на ходу теряя решительность и способность трезво рассуждать.

Наконец, поравнявшись с Робертом, я посмотрела ему прямо в глаза и громко спросила:

– Вы ничего не перепутали? Лекции проходят в другом месте. Я могу вас проводить.

– Можно на «ты», – усмехнулся он, снова удивляя меня чистотой своей речи.

– Вы не потерялись? – упрямо повторила я, подчеркивая дистанцию между нами. – На шоссе много поворотов. Вы, наверное, заехали не туда.

– Прекрати строить из себя идиотку, – вдруг резко сказал он, – ты знаешь, зачем я здесь.

Я сделала удивленные глаза:

– Понятия не имею.

– Сколько у тебя таких? – спросил Роб, глядя на меня потемневшими от гнева глазами.

Я не на шутку испугалась: мне еще не приходилось сталкиваться с настоящей мужской агрессией. На меня могли обижаться, но ненавидеть…

Отступив на шаг назад, я постаралась изобразить улыбку и невинно поинтересовалась:

– Не понимаю. Таких – это каких?

– Крутых политиков с мигалками и охраной. Сколько тебе лет?

– Семнадцать.

– И уже так испорчена.

«Дурдом. Меня бог знает в чем обвиняет английский актер, кумир миллионов девочек-подростков и их мам! Что за день сегодня!»

– Я не понимаю. Вы назвали меня испорченной – почему?

– Так вот как ты зарабатываешь?! – воскликнул Роберт, и я опять испугалась.

– Как – так?

– Тебе нужно избавиться от порока, – отрезал Стронг, не отвечая на мой вопрос.

Он приблизился ко мне и пытливо заглянул в мои глаза. Его взгляд уже не был холодным и презрительным, но я не могла понять его. Роберт был так близко, что я почувствовала его дыхание на своем лице. Мое сердце бешено забилось, ладони вспотели. Мне стало нехорошо, и я снова отступила назад.

– Кто-то должен тебя спасти, – угрожающе проговорил англичанин.

«Спасти! Нашел тоже Сонечку Мармеладову, Катюшу Маслову! Бред! Бред! Бред!»

Что ему сказать? Как объяснить, что мужчин просто тянет ко мне? Они влюбляются в меня, предлагают все, что только можно предложить. И иногда, если человек в состоянии помочь мне деньгами или связями, я принимаю от него знаки внимания. Для меня важно ничего никому не обещать и не продаваться ни за какие сокровища мира!

Маму не удивляет то, что время от времени у меня появляются новые вещи или драгоценности. Она и бровью не повела, даже когда я прикатила домой на новенькой «Мазде». Мама всегда знала, в кого я такая. Этот дар – или проклятье – передал мне отец.

Я посмотрела Роберту прямо в глаза и безапелляционно завила:

– Не надо меня спасать, – затем резко повернулась и зашагала к своей машине, ни разу не оглянувшись. Я почти физически ощущала его обжигающий взгляд, брошенный мне вдогонку. Моя кожа буквально плавилась под ним.

Я запрыгнула в «Мазду», завела мотор и, развернувшись, помчалась к шоссе. Мне было видно, что Роберт Стронг все еще стоит рядом со своим автомобилем и смотрит на меня. Наши глаза встретились, и я вспыхнула, словно первоклашка. Потом резко отвернулась и стала смотреть на дорогу – не хватало еще врезаться в елку прямо у него на глазах.

Дурная наследственность

Идти в университет с сумкой, набитой деньгами, совершенно не хотелось. Пришлось ехать домой. Я свернула на ближайшем светофоре и попала на узкую лесную дорогу, где едва могли разъехаться два автомобиля.

Мне сложно было вести машину: голова гудела, словно чугунный колокол. Пытаясь заново воссоздать картину событий этого длинного, странного дня, я вспомнила утро, знакомство с Антоном, недовольные взгляды девиц – все было нормально, ничего особенного не происходило.

Вдруг перед моим внутренним взором предстала лесная опушка, та, на которой я очутилась в перерыве между парами. Мне вспомнился взгляд, напугавший меня тогда, и душу снова наводнила ноющая, странная пустота, возникшая в области солнечного сплетения.

Я вздрогнула и, тряхнув головой, попыталась сбить с себя полуистерическое оцепенение. В голове тут же разорвались сотни микроскопических зарядов. Я дернулась от неожиданной и резкой боли, выпустив руль. Машина тут же свернула с узкой дороги и чуть не врезалась в поваленное дерево. К счастью, моя нога вовремя нажала на тормоз.