Эдуард Веркин - Большая книга ужасов – 6

Ознакомительный фрагмент

– Какой детский сад? Какое кино? Это же лучшее оружие против вампиров! Возьмем пистолеты, зальем их водой – и бах! Кстати, зачем здесь эти пистолеты?

– Для черепахи, – объяснил Семафоров. – Когда жарко, черепаху поливают водой. Чтобы панцирь не ссохся. Детишкам очень нравится.

Я залил в пистолет минералку и опробовал. Пистолет уверенно лупил на пять метров. Правда, нажимать на курок было трудновато, и пальцы соскакивали. Но это мелочи.

– Ты как хочешь, а я гарпун… то есть багор не оставлю, – воспротивился Семафоров. – Мне с ним увереннее. Пошли, ковбой.

И Семафоров нырнул в подсобку.

Я бросил топор, засунул пистолеты за пояс и направился за ним.

В подсобке имелось две двери, одна, судя по надписи, в кладовку. На другой никаких надписей не было. Семафоров полез за мешки с мукой и вытащил большую связку старомодных тяжелых ключей.

Теперь на шее Семафорова болталось уже две связки, так что он был окончательно похож на какого-то ключника.

Я взял из угла пустое ведро.

– Для святой воды, – пояснил я.

– Понятно, не из тундры, наверное, – сказал Семафоров и отомкнул замок. – Только не удивляйся особо.

Я подумал, что сегодня меня вряд ли что-то сможет удивить. На сегодняшний день удивляющий центр в моей голове омертвел.

Но коридор меня все-таки потряс.

Он был довольно длинным. И каким-то ненормальным. Мрачные черные стены, обитые деревом. Многочисленные рога по стенам. Ветвистые, судя по всему, оленьи. А может, лосиные, я довольно слабый роговед. Еще тяжелые двери с медными ручками, ручки в виде львиных лап.

– Мрак, – сказал я. – В фильмах ужасов такие коридоры встречаются. Они все время складываются и всех раздавливают.

– Хозяин это все из Англии вывез, – похвастался Семафоров. – Там какой-то замок сломали, и он этот кабинет вырезал. Это дуб. Викторианский стиль.

Семафоров постучал кулаком по стене. Будто он сам вывез этот дуб из Англии и устроил тут все это средневековье.

– Он сюда приходит, – сказал Семафоров.

– Кто? Призрак из замка? С кандалами на руках?

– Хозяин. Приходит покурить, о жизни подумать. Это его любимое место.

– Давай двигай, – я подтолкнул Семафорова вперед. – Не будь рабом, избавляйся от слова «хозяин».

Мы преодолели этот страшненький коридор и вышли из-под купола на берег.

На улице было холодно. С реки тянуло влажностью и какой-то тиной.

На выступающей из песка скале торчала островерхая часовенка.

– Почему он построил часовню на отшибе? – спросил я. – Хозяин ваш? Тьфу ты… директор?

– Кто же часовню в зверинце ставит? – резонно возразил Семафоров. – Это все-таки святое место… и народу много шастает.

– Тогда нам как раз туда. – Я ступил на дорожку.

До часовни было, наверное, метров сто, не больше. Я шагал первым, Семафоров за мной.

Преодолев половину пути, я вдруг почувствовал, что Семафоров за мной не идет.

Я обернулся.

Семафоров действительно не шагал за мной. Он стоял и смотрел себе под ноги. Какой-то набычившийся, злобный.

– Семафоров, – спросил я, – чего встал-то? Палец подвернул?

– Ты это, – Семафоров кивнул, – ты это… Голова у меня кружится… Иди сам, я тебя подожду…

Выглядел Семафоров и в самом деле довольно больным, это и по его физиономии было видать. Но что-то мне странным во всем этом показалось…

И вдруг я понял, что именно мне показалось странным.

Здесь, почти на открытом просторе, луна была отлично видна. Она висела над городом и светила в нашу сторону. От креста на часовне падала тень. Прямо на дорожку. Я через эту тень прошел и даже не заметил.

А Семафоров задержался. Через крест он пройти не сумел.

– Плохо себя чувствую, – снова сказал Семафоров и сел на дорожку. – Иди…

Я не стал с ним спорить.

Часовня была закрыта. На маленький и несерьезный китайский замок. Я сбил его ударом ботинка.

Внутри пахло ладаном и свечками. Через окна пробивался сине-желтый цвет. В этом свете я разглядел иконы, кресты и другую малознакомую мне церковную утварь. В углу стоял бак с краном и небольшая чаша из белого металла. В церковных тонкостях я слабо разбирался, но рассудить здраво сумел – если есть чаша, значит, есть вода. А какая еще может быть вода в церкви, кроме святой?

Поэтому я подставил ведро и открыл кран.

Святой воды оказалось мало, еле полведра набежало. Литров шесть, не больше. Я залил под завязку оба пистолета. И почувствовал себя вооруженным.

Семафоров послушно сидел на земельке. Смотрел на луну и перебирал пальцами пуговицы на куртке.

– Ну что? – спросил Семафоров.

– Давай багор окуну, – предложил я. – Воды немного.

Но Семафоров сказал, что окунет сам. Потом. Но я не стал его слушать, я отобрал багор и макнул его в ведро.

– Теперь пойдем разберемся с нашими друзьями, – сказал я.

– Животные все-таки дорогие… – с сомнением сказал Семафоров. – Может…

Я сунул Семафорову ведро с водой, выхватил пистолеты и шагнул в коридор. Было неприятно, что Семафор находится у меня за спиной, но заставить его идти первым нельзя было никак.

Дверь на улицу закрылась, Семафоров прогремел ключами.

Мне показалось, что в коридоре стало как-то темнее. А может, это глаза просто не привыкли.

Я сжал рукоятки пистолетов и двинулся вперед.

Со стороны это, наверное, выглядело здорово – черный коридор, увешанный рогами, я, с безумным взглядом и всклокоченными волосами, с водяными пистолетами в руках.

Как в компьютерной игре.

– Что-то тут не то, – прошептал Семафоров. – Что-то изменилось…

– Темнее стало, – сказал я. – Глаза на улице к луне просто привыкли, вот и все…

– Нет, не то… – шептал Семафоров. – Темнее стало из-за того…

За спиной что-то бумкнуло. Семафоров ойкнул. Я прижался к стене и обернулся.

На полу лежали большущие развесистые рога.

– Рога… – хихикнул Семафоров.

– Бараньи, – сказал я. – Хорошие рога. Тебе бы пошли.

– Тебе бы самому пошли. И это не бараньи, это лосиные.

– Тебе видней.

Тут на пол шлепнулись еще одни рога.

Я поднял глаза к потолку.

К нам крался тигр.

Поверить в это было довольно сложно. Но… тигр крался по потолку. Иногда его заносило, он заходил на стену и задевал рога. Они падали.

Настоящий рогопад прямо образовался.

– Ой… – сказал Семафоров. – Как же…

Тигр остановился. Раззявил пасть и продемонстрировал нам здоровенные клыки.

– Почему он по потолку идет? – как дурак спросил Семафоров.

Тигр зарычал и рванул к нам.

Мы стояли и тупо смотрели на приближающегося зверя.

Тигр прыгнул. Видимо, он еще не очень привык к своему новому положению: прыгнуть-то он прыгнул, но ничего хорошего из этого не получилось – тигр оттолкнулся лапами от потолка и тут же врезался в пол.