Это ужасное поместье - Шон Уильямс

так сильно, что у Этты от напряжения надулись вены на лбу.

И всё же ворота стояли насмерть.

– Как видите, заперто, – сообщил вдруг сзади какой-то голос с сильно выраженным сельским говором.

Дети вихрем развернулись. Через кусты вдоль дорожки шагал человек со снопом соломы на плече. Лицо его, да и почти всё тело, тонуло в густых тенях, однако лёгкая хромота показалась Этте знакомой.

– А я вас знаю. Я же это вас тут сегодня видела?

– Меня, – прогудел он через плечо. – Я Сайлас, садовник. Работаю тут – ох, уже и не помню сколько! Сдаётся мне, сам уже стал частью этих земель.

– А вы не могли бы открыть нам ворота? – спросила Этта. – Мы хотим просто проверить надпись снаружи.

– Боюсь, нет, барышня. Ворота останутся запертыми до следующего раза, как их надо будет открыть.

– Кто так велел? Лорд Найджел?

– Можно сказать и так.

– А вы не могли бы попросить у него ключ?

– Силы небесные! Ну конечно нет. Вы уже сами убедились – с ним шутки плохи.

Девочка посмотрела на решётку ворот – вверх, до острых копий. Такое не перелезешь – да и способа перебраться через тянувшуюся с обеих сторон стену она не видела. Ореховые деревья были посажены на некотором удалении от неё, а Сайлас аккуратно обрезал случайно торчавшие в сторону ветки.

– Так мы тут застряли! – вознегодовала она.

– Похоже на то. – Сайлас хмыкнул. Он уходил всё дальше, так что его уже было почти не видно – тень среди теней.

– Но зачем вообще закрывать ворота? – спросил Альманах.

– Хороший вопрос, молодой господин! Правило есть правило, полагаю. И где бы мы без них были?

Альманах моргнул. За эту долю секунды Сайлас успел раствориться в тенях.

– Сайлас, постой! – Этту осенила новая мысль. – Ты не можешь показать нам развалины?

– Или лес? – добавил Альманах.

Они несколько раз окликнули Сайласа, но из сгущающихся теней не последовало никакого ответа.

– Знаешь, можно попробовать поискать развалины самим, – проговорила Этта без особой убеждённости в голосе.

– Да уже вот-вот стемнеет. А вдруг мы заблудимся?

– Ты так говоришь только потому, что знаешь: я права. Насчёт названия.

– А я не… Честно.

– Ты не честный? Ну так я и знала.

– Да нет же, я про… ой, ну то есть поняла.

– Давай пройдёмся вдоль стены – проверим, нет ли какого другого выхода. Если идти вдоль стены, не заблудимся. Пусть даже совсем стемнеет.

Она зашагала вдоль ограды наперегонки с закатом. Альманах заторопился вдогонку.

– А тебе не кажется, что это странновато, что мы никого толком не видим? – спросила Этта.

Альманах вспомнил, как Сайлас скрылся за деревьями, доктор Митили прячется за ширмой, а все остальные «заняты» или у них сейчас «припадок».

– Определённо!

– Как по-твоему, что это значит?

– Может, они все страшные на вид и не хотят нас отпугнуть?

– Бр-р-р. – Она обхватила себя за плечи. Холодок, пробежавший по ней, не имел никакого отношения к подступающей ночи. – Почему-то от этого только хуже.

– Забудь, что я что-то говорил. – Он огляделся, чувствуя себя таким же беззащитным, как она. Надо надеяться, они скоро вернутся в дом. Может, особняк и полон тайн, зато там хотя бы тепло, а в конце дневных треволнений им найдутся постели. И, надо надеяться, еда. Альманах уже ощущал голод – тоскливую сосущую пустоту, которую частенько испытывал в приюте во время долгого перерыва между завтраком и ужином.

– А как называлась твоя деревня? – спросил он у Этты.

– Холсворзинг. Ты, скорее всего, о ней никогда и не слышал.

Альманах признался, что и вправду не слышал. Равно как и она никогда не слыхала о его приюте – «Доме сердечного наставления для мальчиков». От этих признаний оба почувствовали себя ещё более одинокими. Чужие в чужом краю, вместе попавшие сюда и пойманные в одну ловушку.

– Обещаю, мы отыщем твой мешок, – сказала Этта, беря его за руку, чтобы чувствовать себя в темноте чуть увереннее.

На этот раз он умудрился не краснеть и не смущаться, точно она пригласила его на танец на деревенском лугу.

– И твой… этот самый… Граммофон, да? Тоже найдём. Ума не приложу зачем, но отыщем непременно.

Этта на миг снова насторожилась. Но потом, решив, что у неё больше нет повода не доверять ему, рассказала про подсказки, которые доктор Митили дала ей по телефону. Правда, доктор не обещала, что Этта отыщет таким образом и библиотеку, но других подсказок у девочки не было.

– А что будет, когда ты найдёшь источник магии? – спросил Альманах.

– Прочту заклинание.

– Зачем?

– Затем, что тогда чары разрушатся. Если на дом наложено какое-то заклятие, то наверняка оно как-то связано с тем, что все себя так странно ведут, правильно?

– И снять его с них будет достойным поступком.

– Ну да, пожалуй, – согласилась она. – Но, что важнее, я не хочу, чтобы мы сами под него попали.

Глава 8

Никаких дыр или брешей в стене Этта с Альманахом не нашли – и надежды, что новое жилище по их приходу будет благоухать ароматами скорой трапезы, тоже оказались бесплодны. Особняк был пуст, как и прежде, только теперь в нём стало ещё и темно, так что детям пришлось взять по подсвечнику. А очаг и плита на кухне так и оставались холодными. Более того, припасы в кладовке лежали ровно в том виде, в каком Альманах оставил их днём. Если в поместье имелись кухарка или повар, они явно манкировали своими обязанностями.

– Не понимаю, – покачала головой Этта, открыв кухонный шкаф и обнаружив впечатляющий набор кастрюль и сковородок. – Нас же должны кормить, правда?

– Может, предполагается, что слуги сами себе готовят? – Альманах осматривал коллекцию ножей и прочих кухонных инструментов, которые не показались бы неуместными в чемоданчике хирурга.

– А как же леди Симона, и лорд Найджел, и… Ой!

Она отскочила от камина, когда добрая порция сажи и пепла выпала из трубы, чуть не изгваздав её новое платье.

– Осторожнее, я слышал тут крыс, – усмехнулся Альманах. – Впрочем, если ты заорёшь с перепуга, сама их отпугнёшь.

– Я не боюсь крыс! – Этта состроила сердитую гримасу. Впрочем, перспектива, что её покусают крысы, ей тоже не улыбалась, так что она решила впредь шарить вокруг поосторожнее. – Теперь, когда ты сказал, я тоже слышу писк.

Альманах наклонил голову, прислушиваясь.

– По-моему, это не крысы. Скорее похоже на голоса… наверное, наверху кто-то разговаривает.

– Кто, например? – Этта прижалась ухом к ближайшей стене, гадая, что удастся узнать подслушиванием. – Хмм. Всего один голос, причём не взрослый. Мальчик…

Она с трудом подавила новый возглас удивления.