Джон Соул - Опекун

Намыливая волосы, он вдруг почувствовал в них какую-то странность. Его пальцы ощущали шершавость, которой он не замечал прежде. В недоумении он сполз вниз, задержал дыхание и окунулся с головой под воду, смывая с волос мыло. Лишь когда появилась боль в легких, снова сел, судорожно хватая ртом воздух. Взяв мыло, он принялся намыливать руки и грудь. Странное, вызывающее зуд ощущение усилилось. И вдруг его захлестнула волна клаустрофобии.

Ванна показалась ему крошечной, а стены комнаты словно надвигались на него. Он поднялся на ноги, яростно отряхнулся, разбрызгивая воду. Задыхаясь от жары, он открыл окно над ванной и глубоко вдохнул холодный воздух, ворвавшийся с улицы. Почувствовав себя лучше, шагнул на пол, снял полотенце с вешалки на стене и начал вытираться. Увидев себя мельком в зеркале над раковиной, он протянул руку и стер со стекла пар.

Мальчик с удивлением рассматривал свое отражение в зеркале.

Это было совсем не то лицо, которое он видел еще сегодня утром.

Глаза, похоже, слегка сузились.

Нижняя часть лица как будто потемнела, и создавалось впечатление, что на щеках обозначилось некое подобие бороды.

Он пробежал пальцами по влажным спутанным волосам и вновь ощутил странную шершавость кожи головы. Наклонившись вперед, стал внимательно ее рассматривать.

Сквозь кожу пробивались крошечные волоски, похожие скорее на ворсинки, почти невидимые невооруженным глазом.

И все же они там были.

Он сглотнул, рассматривая себя в зеркале.

Что с ним происходит?

Джо вновь охватила паника. Неожиданно, несмотря на открытое окно, ванная комната, дом — все стало неудержимо надвигаться на него.

Рик Мартин припал к земле, пытаясь укрыться за поваленным деревом. Высота снежного покрова быстро увеличивалась, стало наметать первые сугробы, ветер, срываясь с горного склона, подхватывал ледяные кристаллики, едва они касались земли, и тут же вновь подбрасывал их вверх, смешивая с густыми пушистыми хлопьями, летящими с невидимого неба. Он должен был добраться до «джипа» полчаса назад, но где-то свернул не в ту сторону, и теперь понимал, что заблудился. Быстро набирающий силу буран сократил видимость до нескольких ярдов.

Стоит ли ему продолжать поиски «джипа»?

Если он так поступит и не сможет найти его, дело закончится тем, что просто заблудится в лесу, где не сумеет укрыться от бури. Тогда Рик знает, что ждет его в конце дня.

Он будет часами кружить по лесу, внушая себе, что постепенно приближается к спасительной безопасности «джипа», но так и не найдет его.

В конце концов его одолеет холод. Рано или поздно — возможно, еще до наступления темноты — он присядет отдохнуть. И потеряв силы, пытаясь преодолеть панический страх, изнеможение и голод, он почувствует, что ему очень хочется заснуть.

Ненадолго — лишь на несколько минут.

Несколько минут, которые обернутся вечностью.

Отказавшись от поисков «джипа», Мартин принял решение двигаться вверх в надежде найти пещеру или, по крайней мере, достаточно глубокую расщелину в скалах, в которой он сможет переждать снежную бурю. Если он будет защищен от ветра и завален сверху снегом, у него появится реальный шанс пережить ночь. А утром, когда буря закончится, он определит, где находится, и пойдет либо назад к «джипу», либо просто вниз по горному склону, в долину.

Сейчас перед ним стояла одна задача — выбраться отсюда.

Мысленно повторяя ее про себя, он попытался представить себе маршрут, по которому шел с тех пор, как оставил тела у подножия утеса. Как далеко он отошел? На полмили? На две мили? В какую бы сторону он ни смотрел, все теперь выглядело одинаково.

Вокруг белоснежное покрывало, среди стволов кружатся снежные вихри, в верхушках деревьев тоскливо завывает ветер.

Все выглядело незнакомым, и он знал, что так будет, пока не стихнет буря. Снег изменил все вокруг.

Контуры гор.

Вид леса.

Больше он не мог доверять даже опоре у себя под ногами. Снег, усиливаясь, засыпал скалы, заполнял расщелины, превращая горный склон в минное поле, по которому ему придется пройти предельно осторожно, проверяя каждый шаг, прежде чем он рискнет перенести свой вес с ноги на ногу.

Лучше повернуть назад, подняться наверх и попытаться найти укрытие.

Он встал, стряхнул с ботинок налипший снег и, низко опустив голову, тронулся в обратный путь, вверх по горному склону. Он неуклонно двигался вперед. В этом месте склон был относительно пологий, а кустарник не настолько густой, чтобы он не смог пробраться сквозь него с достаточной легкостью.

Он ощутил подножие утеса раньше, чем дошел до него: пробираясь вперед, под его прикрытие, он почувствовал, как начал стихать ветер, и смог спокойно выпрямиться, не опасаясь, что лицо тут же залепит снегом.

Он на мгновение остановился, распрямил плечи и двинулся дальше. Наконец из-за снега проступила темная каменная стена, и он почувствовал, как его захлестнула волна надежды, силы прибавились, и он упорно продвигался вперед до тех пор, пока не подошел достаточно близко к вертикальной поверхности, чтобы дать отдых измученному телу. Толщина снежного покрова у подножия утеса уже превышала фут, но снег продолжал падать, мягко опускаясь на землю, где его не мог подхватить ветер. Хотя он по-прежнему слышал завывание бури, рев ее был приглушен снегом, казалось, буря бушует далеко от него, и Рик почти забыл, как лишь несколько минут назад ветер валил его с ног, а снег тысячью иголок колол лицо, стоило ему поднять голову, чтобы попытаться сориентироваться.

Но где же он находился?

Он попробовал мысленно представить себе подобный утес, но сердце у него упало, едва он осознал, что Сугарлоафская гора, как и любая другая гора в горной цепи, была усеяна отвесными скалами, точно такими же, как эта.

Он мог находиться где угодно.

Он двинулся вдоль утеса, осторожно пробираясь по отколовшимся от него обломкам камней. Где-то здесь обязательно должна быть расщелина, глубокая трещина, что-то, что могло бы послужить ему укрытием. Наконец он нашел одну — небольшое углубление в скале, но и оно могло послужить ему каким-никаким убежищем, если ветер изменит направление.

Рик опустился на колени и начал торопливо сооружать барьер из снега, затем отыскал на ощупь несколько обломившихся веток, стряхнул с них снег и сложил кучей в просвет между каменным ликом утеса и перегородкой, которую построил. Если бы он смог найти побольше сухих веток и разжечь огонь спичками, которые всегда носил с собой в водонепроницаемом футляре, его шансы пережить снежную бурю сильно бы возросли.

Он продолжил поиски, все дальше и дальше удаляясь от своего примитивного убежища, как вдруг носок его правого ботинка на что-то наткнулся.