Ричард Кнаак - Повелитель крыс

— Тебе не лучше?

— Немного… не очень. — Тереза посмотрела на него измученными глазами. — Все кончено?

— Что касается Франтишека, я бы сказал: да. Думаю, дом его в конце концов заполучил.

В итоге Петера не спасли ни заколдованное кресло, ни путы. Григорий сожалел об участи, постигшей Франтишека, но не забыл о том, что этот человек желал именно такой участи ему.

— Но не случайно же зов послышался именно в этот миг, правда? Все было подстроено? — спросила Тереза.

— Да, — кивнул Григорий и рассказал ей о том, как очнулся в больнице, и о том, как там его посетил грифон. — А как только Фроствинг исчез, я оказался на улице прямо напротив дома Франтишека. Я еще тогда понял, что меня для чего-то используют, но это уже не имело для меня значения.

— Из-за меня? — вяло улыбнулась Тереза, и все же улыбка осветила ее лицо.

— Из-за тебя.

— А я все думала о тебе, и вот… — Она не договорила. Глаза ее снова затуманились, взгляд стал отсутствующим.

Григорий пересел ближе к Терезе.

— Тереза! — прошептал он. — В чем дело? Что случилось?

— Башня… Она так черна… Но они уже идут, а заклинание не произнесено до конца… Где же этот треклятый кусок камня?.. — Голос ее вдруг стал властным, царственным: — Вы плоть от плоти моей, все до единого! Будьте благодарны мне за то, что я прогоняю вас сегодня… прогоняю вас… — Рука грезившей наяву женщины поднялась, но Григорий поспешно опустил ее, положил на колени.

— Я дал вам поручение, дети мои, поручение, ради которого вы родились на свет, мои драгоценные…

— Тереза! — прошептал Григорий как можно громче, надеясь, что она услышит его.

— Крылатый… кости земли и кости человеческие… — Она часто заморгала. Взгляд ее перестал блуждать. — Григорий?

Он прижал ладони к ее щекам. Он так боялся за нее!

— Тереза, что произошло с тобой?

— Я… я не знаю. Я видела этот… что-то вроде замка. Там были высокие холмы, а может быть, даже горы. А потом — поток воспоминаний. — Она помедлила. — Я все еще слышу, как дом зовет меня, Григорий. Я не могу избавиться от этого, вот ведь проклятие! Вспомни, что случилось с Франтишеком. А он был такой могущественный!

Николау тоже слышал призывный голос дома. Время от времени и его память тревожили воспоминания, подобные тем, что сейчас пережила Тереза. Но, похоже, ее воспоминания были более яркими, более живыми. Франтишек сболтнул что-то насчет кровной связи. Родство…

Все это только подстегивало его решимость. И вокзал этот он выбрал не случайно. Смуглокожий маг посмотрел в глаза своей подруги и сказал негромко и спокойно:

— Слушай меня внимательно, Тереза. Тебе выбирать. Мы должны покинуть этот город хотя бы на время и уехать как можно дальше. Вот почему я перенес нас сюда.

— Ты… предлагаешь уехать на поезде? — Тереза окинула взглядом зал ожидания, по которому сновали люди, расходившиеся в разные стороны, к той или другой платформе. — Просто… вот так — взять и уехать?

— Да. Я понимаю, я требую от тебя многого. Я бы понял тебя, если бы предпочла какой-то другой выход, но сейчас я ничего, кроме бегства, не могу тебе предложить. Притом на земле мы будем в большей безопасности, чем в воздухе.

Взгляд Терезы вернулся к Григорию.

— Я больше так не могу. Я готова отправиться куда угодно, лишь бы только всему этому пришел конец.

— Этого я обещать не могу, но, думаю, у нас прибавится сил, если мы уберемся подальше отсюда. Тогда я сумею лучше защитить и тебя, и себя.

— Но ведь зов звучит по всей Земле. Ты ведь помнишь: многие прибыли сюда издалека.

— Ну а какой еще у нас есть выбор? — обреченно пожал плечами Григорий.

Она поняла, что он прав.

— И куда же мы отправимся?

Григория порадовало, что Тереза так быстро согласилась бежать с ним, хотя в глубине души искренне сожалел, что ее привычная жизнь перевернута с ног на голову. Это было несправедливо. Тереза по сравнению с ним была просто невинна.

— Думаю, лучше всего нам отправиться на юг. Я слыхал, что Нью-Орлеан — довольно забавный город.

— Я всегда мечтала побывать в тамошнем французском квартале, — кивнула и вымученно улыбнулась Тереза. — Надо ведь будет билеты купить и кое-какие мелочи в дорогу. — Тереза опустила взгляд и поморщилась, заметив, в каком затрапезном виде ее одежда. — Неплохо было бы переодеться, но, видимо, с этим придется подождать.

— Мне очень жаль, но с этим действительно придется подождать, Тереза, но как только я немного передохну, думаю, я сумею тебе помочь. А сейчас медлить больше нельзя.

Они встали и поспешили к билетной кассе. Вскоре отправлялся поезд, на котором можно было добраться до Нью-Орлеана. Григорий очень обрадовался тому, что в составе имелись вагоны с отдельными купе. Они расплатились за билеты и заглянули в небольшой вокзальный магазинчик, чтобы купить еду и мелочи в дорогу.

Поход за покупками за счет своей обыденности положительно подействовал на Терезу, а Григорий постоянно оставался начеку. Он не спускал магического взгляда с толпы, что сновала по вокзалу. Петер Франтишек исчез, но это не означало, что его приспешники не могли проявить инициативу и пуститься в погоню за парочкой беглецов. Правда, прошло всего несколько минут после их побега, но этого было вполне достаточно. Вероятность погони станет меньше, как только они с Терезой окажутся вдали от Чикаго. Франтишека больше не было, следовательно, некому было управлять его прихвостнями. Пройдет еще немного времени — и все они разбредутся на все четыре стороны, а потом каждого из них рано или поздно покарает судьба или закон.

Тереза была готова расплатиться за покупки, и тут внимание Григория привлекли рулоны билетов мгновенной лотереи, сложенные возле кассы. Григорий попросил у кассирши два разных билетика. Кассирша, привыкшая, видимо, к эксцентричности любителей лотерей, со скучающим видом подала ему билетики.

Оба они оказались выигрышными. Сумма выигрыша составила более ста долларов. Такую сумму, согласно правилам лотереи, Григорий мог получить прямо в магазине, не отходя, так сказать, от кассы.

Когда они с Григорием вышли из магазина, Тереза подозрительно посмотрела на счастливчика:

— Послушай, а ты ведь знал, какие билетики выбрать, правда?

— Знал. Виноват. Но так я поступаю только в случаях крайней необходимости.

— А ты не мог бы угадать все шесть номеров в суперигре? Там же можно выиграть несколько миллионов!

Григорий покачал головой.

— Это даже мне не под силу, хотя, наверное, я мог бы угадать больше правильных чисел, чем большинство участников. И потом… эти миллионы… ведь с ними приходит слава, а она мне совсем ни к чему.