Брайан Ламли - Вамфири

— Тебе не удастся воткнуть этот кол мне в сердце, женщина! — вскричал я, вырывая у нее из руки деревяшку, и оттолкнул ее так сильно, что она буквально отлетела от меня.

Пока она шипела и скалилась из угла, я оделся, вышел из комнаты и запер за собой дверь. Да... Следует быть поосторожнее в будущем. Если бы Фаэтор был по-прежнему жив, она вполне могла бы улизнуть от меня и открыть ему вход в замок. Очевидно, ее в тот момент больше занимал вопрос о том, как покончить со мной, чем самочувствие Ференци. Он, безусловно, был ее господином, но, судя по всему, она не получала от этого удовольствия.

Я обошел замок, чтобы убедиться в его надежной защите. Все было в порядке. Я заглянул к Эригу и второй женщине. Поначалу мне показалось, что они дерутся, но тут же я убедился, что это не так...

После этого я поднялся на зубчатую стену. Сквозь тяжелые, темные дождевые тучи проглядывало бледное солнце. Мне показалось, что оно хмурится и недовольно мною. Мне не доставило никакого удовольствия прикосновение слабых солнечных лучей к моим обнаженным рукам, и я рад был снова вернуться в замок. Будучи теперь хозяином своего времени, я отправился в деталях осматривать замок, чтобы ознакомиться с ним более подробно.

Я искал награбленные Ференци сокровища, и кое-что мне удалось найти: немного золота, несомненно, древнего происхождения, блюда и кубки, мешочек с драгоценными камнями, небольшой сундук с кольцами, ожерельями и браслетами из драгоценных металлов. Этого было вполне достаточно, чтобы до конца дней жить так, как мне хочется. Во всяком случае, на век обыкновенного человека хватало. Что касается замка в целом, он производил впечатление запущенности и развала: пустые комнаты, сгнившие шторы и гобелены, изъеденная червями мебель. Обстановка была угнетающей, и я решил, что следует как можно скорее уйти отсюда. Но сначала необходимо было убедиться в том, что Ференци где-нибудь не поджидает меня.

Вечером, после ужина, я задремал возле огня в покоях Ференци. С приходом ночи, однако, меня начали беспокоить смутные мысли. Они таились в глубине моего сознания, тревожили меня, но по-прежнему оставались неясными. Волки снова завыли, но плач их звучал уныло и слышался издалека. Летучих мышей не было. Огонь убаюкивал меня...

— Тибор, сын мой, — раздался вдруг голос. — Будь настороже!

Мгновенно проснувшись, я вскочил на ноги и схватился за меч.

— Вот как? Ха-ха-ха! — послышался смех, но поблизости никого не было.

— Кто здесь? — закричал я, хотя уже знал ответ на свой вопрос. — Выходи, Фаэтор! Мне известно, что это ты!

— Ничего тебе не известно. Подойди к окну. Я стал дико озираться вокруг. По комнате плясали тени и отблески огня, но я был один. И тут до меня дошло, что я не «слышал» голос Ференци в обычном значении этого слова — звук его голоса раздавался у меня в голове и походил, скорее, на мои собственные мысли, но, в действительности, моими они не были.

— Подойди к окну, дурак! — снова раздался голос, от которого я вновь вздрогнул.

Совершенно потрясенный, я подбежал к окну и раздвинул шторы. В небе появились первые звезды, всходила луна, с вершин стоявших в отдалении гор доносился жуткий, леденящий душу вой волков.

— Смотри! — произнес голос. — Смотри! Как будто повинуясь чьему-то указанию, я повернул голову и уставился на видневшуюся на горизонте горную цепь, черным силуэтом возвышавшуюся на фоне последних слабых лучей заходящего солнца. Там, в вышине, что-то сверкнуло, поймало солнечный луч и направило его мне прямо в глаза. Ослепленный блеском, я закрыл руками лицо и отпрянул от окна.

— Вот! Вот! Теперь и ты чувствуешь, как это больно, Тибор! Ощути на себе плоды своих деяний. Когда-то солнце было тебе другом. Но отныне все изменится.

— Оно не причинило мне боли! — подойдя снова к окну и грозя пальцем в сторону гор, прокричал я в пустоту. — Я всего лишь был застигнут врасплох. Так это и в самом деле ты, Фаэтор?

— А кому же еще быть? Ты решил, что я мертв?

— Я хотел твоей смерти.

— Значит, плохо хотел, у тебя слабая воля.

— Кто помогает тебе, Фаэтор? — спросил я, смирившись со странностью происходящего. — Это не твои женщины, потому что теперь они со мной. Кто подает сигналы зеркалом, ибо ты не из тех, кто распространяет вокруг себя солнечный свет?

Зеркало вновь вспыхнуло, но я успел отскочить в сторону.

— Мои вассалы следуют за мной повсюду, куда бы я ни направился, — ответил голос. — Они несут мое скрюченное и обугленное тело и будут нести до тех пор, пока я вновь не стану прежним. Ты выиграл этот раунд, Тибор, но битва еще не окончена.

— Тебе повезло, старый ублюдок! В следующий раз судьба не будет к тебе столь благосклонна.

— А теперь послушай меня, — вновь зазвучал его голос, не обратив никакого внимания на мои слова. — Ты навлек на себя мой гнев. И будешь наказан. Тяжесть этого наказания зависит от тебя. Оставайся здесь и охраняй мои земли, замок, все, чем я владею, и тогда, возможно, я проявлю милосердие. Но если ты предашь меня...

— Что тогда?

— Тогда тебя ждут вечные адские муки. В этом клянусь тебе я, Фаэтор Ференци!

— Фаэтор, я сам себе хозяин. Даже если бы я и захотел служить кому-то, я никогда не назвал бы тебя своим господином. Надеюсь, тебе это хорошо известно, ибо я сделал все, что в моих силах, чтобы уничтожить тебя.

— Тибор, ты так до сих пор и не понял, что я одарил тебя многими силами и возможностями. Но я также наделил тебя рядом недостатков. Обычный человек, когда он умирает, покоится в мире. Большинство людей...

Я понял, что в последних словах таилась угроза. Он шепотом произносил мне приговор.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил я.

— Посмей только предать меня, и ты узнаешь. Я дал тебе клятву. А теперь прощай!

И он исчез.

В последний раз сверкнув, словно яркая звезда на вершине отдаленной скалы, зеркало тоже пропало...

Я уже по горло был сыт вампирами — мужчинами и женщинами. Поэтому я запер ту, что делила со мной, постель прошлой ночью, в темнице — вместе с ее подругой, Эригом и прятавшимся под землей существом, после чего отправился в апартаменты Ференци и уснул в кресле перед огнем. Как только рассветет, никто не сможет воспрепятствовать моему отъезду. Разве что... да, прежде чем покинуть замок, я должен сделать еще кое-что, Ференци угрожал мне, а я не из тех, кто с легкостью прощает подобное.

Выйдя из замка, я подстрелил из арбалета пару жирных кроликов и отнес их в темницу. Показав их Эригу, я объяснил ему, что мне нужно, и сказал, что он должен помочь мне. Вдвоем мы крепко связали обеих женщин и оставили их в углу. После этого, несмотря на его бурные протесты, я связал и Эрига и усадил рядом с женщинами. А затем зарезал кроликов и швырнул их окровавленные тушки на землю, туда, где были подняты каменные плиты.