Сергей Пономаренко - Кассандра

— Где она? Почему ты ее сюда не принес? — сразу оживилась, заулыбалась Мари.

— Она в автомобиле. Извини, я хотел, чтобы ты прочувствовала, как было непросто мне ее достать, и только то, что я тебя… — Мари приложила палец к его губам, не дав закончить фразу.

— Я это поняла. — Она прижалась к нему, и они слились в долгом поцелуе. — Я это ценю, — произнесла она, чуть задыхаясь, на мгновение оторвавшись от его уст. — Тебя ожидает награда. Ты сможешь провести со мной эту ночь?

Леонид от восторга чуть до неба не подпрыгнул:

— Конечно! Все это время я только об этом и мечтаю.

— Это будет романтический ужин с огромным количеством свечей. Мы откажемся от электричества, только естественный свет огня. Мы поедем в деревянный домик моей подруги: запах свежеструганных досок будет пьянить нас — это запах из моего детства. Жаль, что там нет сеновала, — было бы здорово провести ночь, зарывшись в душистое колючее сено. — Глаза Мари мечтательно затуманились, а Леонид, чувствуя приятное головокружение, уносящее его вдаль, распахнул халат и покрывал ее тело поцелуями.

Заиграла мелодия мобильного, и он, находясь в сладком тумане, механически полез за ним, даже не глянув, кто звонит.

— Говорите! — тяжело дыша, хрипло выкрикнул он, в мыслях продолжая обцеловывать тело Мари.

— Ты не забыл, что сегодня приезжают наши дети и ты должен их встретить? — услышал он голос Богданы.

«Как я мог забыть?! Совсем потерял голову от Мари… А ведь еще намечена вечером важная встреча с Ксаной — она наконец согласилась предоставить мне возможность пройти через Перекресток времен!» — спохватился Леонид, понемногу остывая от вспыхнувшей в нем страсти.

— Помню и встречу. Возможно, мне придется ночью выехать во Львов на несколько дней, — есть интересные предложения, — на ходу сориентировался Леонид.

— Судя по твоему прерывистому дыханию, можно подумать, что ты уже в Львове, — едко заметила Богдана. — Приезжай — поговорим на эту тему. Да, не забудь принять душ, а то в последнее время от тебя постоянно воняет дорогими женскими духами!

Леонид понял, что вечером его ожидает грандиозный скандал, который приезд детей, Валечки и Юрика, вряд ли предотвратит. «Ну и пусть! Будет повод хлопнуть дверью и уйти. Она уже совсем забыла, как наставляла мне рога со Стасом».

— К сожалению, мне надо сейчас уйти, но поздно вечером я обязательно приеду и отправлюсь с тобой в домик твоей подружки, — сказал он виновато, отстраняясь.

Мари запахнула халат, под которым было лишь обнаженное тело.

— Это звонила твоя жена? Дала задание купить картошку и селедку к ужину? — насмешливо, даже с издевкой спросила она. — Смотри, если ты сегодня не можешь, то придется перенести это на будущее, которое не всегда наступает.

— Я обязательно сегодня приеду, не вижу причины, которая может этому помешать. Я очень хочу провести ночь с тобой! — воскликнул Леонид.

— Смерть, — с улыбкой произнесла Мари, — смерть, бывает, перечеркивает наши планы, какими бы они ни были. Поэтому будь внимателен и осторожен. Автомобиль оставь на стоянке и приезжай на такси. — Внезапно спохватилась: — Ах, картина! Как я о ней забыла? Подними ее сейчас ко мне — я хочу до твоего прихода вдоволь ею налюбоваться. Какое название у этой картины?

— «Жук, терзающий девушку». Постараюсь не задерживаться. — И Леонид поспешил выйти из квартиры.

Спустившись к автомобилю, он собрался было открыть багажник, чтобы достать картину, как вновь заиграла мелодия мобильного. Это оказалась Ксана.

— Хорошо, что ты позвонила, — обрадовался Леонид. — Мы могли бы перенести наш поход на другой день? А то сегодня…

— Ты передумал? Хорошо, я только поддерживаю твое решение.

— Нет. Я не передумал, но только сегодня очень много дел. Детей я должен встретить — гостили у родителей жены.

— Как хочешь, но следующий раз будет не скоро.

— Почему?

— Для этого надо выбрать подходящий день, а какой — я пока не знаю. Вот сегодня — как раз в точку!

— Чем же подходит этот день?

— Посмотри на календарь, сегодня — Всемирный день предотвращения самоубийств[12].

Леонид еле сдержался, чтобы не расхохотаться.

— Думаешь, сегодняшний день свободен от суицида из-за того, что какие-то умники решили его так назвать? Никто в этот день не лезет в петлю, не травится, не топится?

— Как хочешь, — отстраненно бросила Ксана. — Сегодня или не знаю когда. Выбирай.

— Сегодня, как договаривались, — мрачно согласился Леонид.

Закончив разговор, он нервно сел в автомобиль и проехал бóльшую часть пути до вокзала, но вдруг позвонила Мари:

— Я тебя ожидаю, а ты все не идешь — уже начала волноваться. Так хочется посмотреть на картину, с которой связано столько печальных событий! — зазвучали в ее голосе капризные нотки.

— Мари, прости подлеца, но — забыл! Я уже слишком далеко, чтобы возвращаться. Вечером принесу картину, не волнуйся.

— А я так ждала… Ты прав: ничего не изменится, если ты принесешь картину вечером — просто в мелочах познается отношение человека к тебе. Внимание к человеку как любовь: оно есть или его нет. — Послышались гудки, созвучные ударам сердца Леонида.

Мари посмотрела на мужчину, сидевшего напротив, изучающего ее сквозь бокал с коньяком. В этом человеке, несмотря на темный парик и такие же усы, Леонид смог бы узнать бывшего администратора крематория, а ныне беглеца, скрывающегося от милиции.

— Он уже уехал, Фил, — виновато произнесла Мари. — С картиной «Жук, терзающий девушку». Но, думаю, он сейчас вернется.

— Было бы хорошо — порой случайность губит первоклассные планы. Жаль утратить эту последнюю картину из коллекции Смертолюбова — она уже готова проявить свои возможности. На ком — выбор за тобой.

Вскоре раздался звонок в дверь, и запыхавшийся Леонид на пороге отдал картину Мари, на ходу сорвав благодарный поцелуй.

Полное имя Мари было Марина, но оно ей ужасно не нравилось, так как напоминало о безрадостном прошлом. Родившись в глухом селе, где главным занятием мужчин было беспробудное пьянство, а женщины как каторжные трудились на поле и дома, преждевременно старея, зарабатывая болезни спины и ног, она зачитывалась сентиментальными романами со счастливым концом, мечтала о своем суженном, который явится за ней пусть не под алыми парусами, пусть на четырехколесном чуде с мощным мотором и откидным верхом, но умчит ее в сказочные края. Она фантазировала, как это будет, — четырехколесное чудо вдруг забарахлит, а владелец за чем-то отправится в село, находящееся в двух километрах от трассы. Там он встретит ее и, пораженный стрелой Амура прямо в сердце, будет просить ее руки у родителей.